В этом году программе московской реновации исполнилось шесть лет. Выгодно ли переезжать по реновации? Довольны ли переехавшие, остаются ли они жить в новом доме или продают квартиры? И сколько они выиграли от переезда по деньгам?
Мы пообщались с двумя переселенцами по программе московской реновации.
🔹 История первая: «Квартира хорошая, но к качеству отделки есть вопросы»
Сергей получил новую квартиру по программе реновации и доволен. Но кое-что омрачило радость (кстати, переезд до сих пор не случился).
«У меня была трехкомнатная квартира площадью 55,5 кв. м в Южном Медведкове. Жилая площадь составляла 40 кв. м. Дом попал под снос, и нам с семьей предоставили новую квартиру. Это тоже была “трешка”, но побольше — уже 73 “квадрата”, хотя жилая площадь осталась такой же — тоже 40 кв. м.
Сама по себе квартира хорошая — планировка, расположение, площадь. Но к качеству отделки у нас большие вопросы — даже притом что по сравнению с некоторыми ужасами в интернете у нас всё просто прекрасно!
На приемку мы приглашали технического эксперта, и он насчитал недостатков на несколько листов. Вот какие косяки встречаются чаще всего (они есть почти в каждой комнате):
- грязь на обоях и их отслойка от стен;
- зазоры в ламинате;
- неоднородная затирка между плиткой;
- кривые стены — в некоторых комнатах отклонение исчисляется сантиметрами;
- сколы ламинации на дверях;
- некачественное уплотнение окон — резинки-уплотнители".
Сергей cвою новую квартиру хочет продавать — разумеется, после того, как недостатки будут устранены. Именно поэтому он не хочет публиковать ее фотографии: «вдруг это покупателей распугает?»
Сергей пытается продать свою новую квартиру за 18,9 млн рублей.
Похожие на его старую «трешку» квартиры в том же районе, на том же удалении от метро и той же площади стоят в среднем 14–15 млн рублей.
🔹 История вторая: «Не готова жить в “гостиничном номере”»
Ирина свою квартиру, полученную по реновации, уже продала.
«У меня была двухкомнатная квартира в пятиэтажке. Главным и единственным ее недостатком была проходная комната. Незадолго до объявления программы реновации я сделала капитальный ремонт с заменой всего, что только можно было заменить, начиная с проводки и заканчивая кухонным гарнитуром.
Сделала и перепланировку — в итоге получилось две изолированные комнаты. Ремонт, конечно, влетел в копеечку, да и перепланировку я согласовывала очень долго. Но я хотела остаться именно в этом доме. Меня устраивали звукоизоляция (вообще не слышно соседей!), зеленый двор, никаких проблем с парковкой, вся инфраструктура под боком. Можно было продать ту квартиру и переехать в новостройку, но, понимаете, меня всё устраивало, я любила свой дом!
И тут — реновация. Наш дом попал под снос в первую волну, отбрыкаться не удалось: соседи, в отличие от меня, участию в программе очень обрадовались, потому что у многих ремонта не было уже лет 50!
Поводом для расстройства стал типовой ремонт. Не хочу я жить в этой бело-бежевой “овсянке”! В старой квартире у меня были красивые дизайнерские обои с рисунком, керамогранит на полу, каменная столешница, а тут у всех всё одинаковое и дешевое.
На новый ремонт я была не готова — как и жить в этом “гостиничном номере”. Понимаю, что в глазах многих могу выглядеть как капризная тетка средних лет. Но давайте начистоту: я много лет работала и заработала себе возможность жить в стенах, которые меня полностью устраивали и которые были оклеены по моему вкусу. Я хотела эту чертову столешницу и эти чертовы обои — и купила их себе в награду за праведные труды.
Дело кончилось тем, что мы с риелтором выбрали наиболее выгодную квартиру, продали ее за 14,3 млн рублей. Я сразу вложилась в квартиру в строящемся доме. Получилось дороже — пришлось доплатить 2,4 млн рублей и начать копить на новый ремонт.
Можно было бы получить компенсацию вместо квартиры, но несколько риелторов и юристов отговорили меня это делать — говорят, невыгодно. Действительно, размер компенсации составил бы около 13 млн рублей.
Если бы у меня была такая же раздолбанная квартира, как у моих соседей по пятиэтажке, я бы, наверное, выиграла от переезда. В соседних домах наши же «двушки» уходили по 12–13 млн рублей — со всеми их бабушкиными коврами и деревянными окнами. Ясно же, что люди покупали не ремонты, а возможность получить новую квартиру…"