Био-родительница умерла.
Психолог сообщила Веронике о смерти био.
ОТРИЦАНИЕ
Вероника не верила в смерть, я видела, как она начала замыкаться в себе. Всё чего мы смогли достичь за эти 1,5 года резко вернулось к началу. Она бросила учиться, ей было не интересно в школе, учитель мне стал говорит, что она просто сидит и играется. Делает из ручки и линейки самолетик и имитирует полет. Говорить она перестала вообще. Первые несколько недель я просто наблюдала как она скатывается эмоционально и физически к состоянию эмбриона. Если до этого она плохо засыпала, то сейчас спать перестала вообще. Ей не помогали ни выписанные лекарства от психиатра ни даже легкие снотворные. Есть она бросила также, мне снова пришлось кормить её с ложки самостоятельно. Если я её не подкармливала она могла сутками не есть. Она не плакала, её тело и эмоции погрузились в анабиоз.
ГНЕВ
Спустя несколько недель ребенок стал высказываться плохо о био. Какая она плохая и как плохо она обращалась с ней. Я же узнала много подробностей о жизни до... Каждое высказывание болью отдавалось в сердце. Меня не столько волновало, что плохо она говорит о био, сколько меня шокировали сами ситуации бесчеловечной жестокости к моему ребенку. Школьную жизнь она бросила окончательно. Уроки ни дома ни в школе не делала. Уровень её шума увеличился в несколько раз, теперь её никак нельзя было успокоить, она жила уже своей, отдельной от нас жизнью. Она всё чаще и чаще стала злиться и рычать, словно она опять стала собакой. Такое беспричинное и бесконтрольное "р-р-р--р-р-р--р". Стала чаще и больше толкать и пихать Еву, приговаривая "всё из-за тебя", "если бы не ТЫ я бы жила с мамой" и подобные фразы.
ТОРГ
Так же я стала замечать, что Вероника стала больше шепотом разговаривать с "мамой", как-будто она с ней.
У меня самой когда-то в детстве был вымышленный друг-гномик. Он бегал рядом с машиной, когда мы куда-то ехали, я мысленно с ним разговаривала, позже он обзавелся женой и детьми, потому ему стало сложнее меня сопровождать, а я его отпустила к семье. У Оксаны была толпа вымышленных мышей, она их каждого укладывала спать, у каждого были имена. Со временем они тоже были выпущены на волю.
Вымышленная мама для Вероники, на мой взгляд была, опасна, я считала, что она может увязнуть в своих фантазиях, потому решила с ней поговорить.
- Вероника, ты знаешь что такое смерть?
- да
- Вероника, твоя мама умерла. Это данность. Её не вернуть. Она не может с тобой говорить.
- Это я виновата, если бы я осталась с ней, я бы её спасла!
- Нет, ты не могла её спасти, ты - ребенок, а она - взрослая. Она сама выбрала свою жизнь. Ты не виновата!
- Это из-за Евы, если бы не она....
- Это тоже не правда, Вероника, твоя мама сама выбрала свою жизнь, НИКТО НЕ ВИНОВАТ, ни ты, ни Ева, ни Я, ни бабушка. Взрослые сами выбирают как им жить.
Вероника впервые за весь период совместной жизни заплакала, что бы ни случалось раньше, она никогда не плакала. Слезы лились нескончаемым потоком. Я её обняла, гладила по голове, постоянно повторяя "ты не виновата"....
ДЕПРЕССИЯ
Вероникина апатия и не желание жить продолжала набирать обороты. Усугубляло ситуацию и то, что в этот период к нам в гости приезжала сестра био, привезла фото матери и маленькой Вероники. Я предложила Веронике взять себе фото. Она категорически отвергла эту идею, даже пошла и выбросила фото в мусорное ведро. Я тихонько, когда она не видела достала фото и убрала их в укромное место. Вероника стала просто лежать на диване и не вставать, Еву она так же продолжала бить и толкать, но так, что бы я не видела. Есть она бросила вообще, сильно похудела, стала слабой и аморфной. Учебу бросила так же. Учительница чаще стала говорить о возможности перевода Вероники в другую школу. Мне эта идея так же казалась правильной. Я записалась на ПМПК, по результатам Веронике дали направление в нашу нынешнюю школу. После весенних каникул, по договоренности с учителем Вероника перестала посещать школу. Ей ставили присутствие и когда было нужно мама писала за неё работы и сдавала учителю. Вероника же просто продолжала лежать и психологически умирать. Её желание жизни улетучилось, и, вероятно, смерть, казалась ей лучшим исходом.
ПРИНЯТИЕ
К этому моменту я уже вышла на работу и уделять, как раньше, всё время детям не могла. Но и оставить ситуацию как есть тоже. Я решила сделать всё координально и для принятия факта смерти отвезти ребенка на могилу матери. Мать похоронили рядом с бабушкой и дедушкой в деревне, где живет сестра био. За одно я решила и прояснить ситуацию с "недородственницей". Я позвонила сестре био и договорилась о нашем приезде. В назначенный день мы с Вероникой заехали в ритуальный салон и приобрели цветы. Вероника сама выбирала, я не советовала и не подсказывала, что она выбрала, то и купила. В дороге она была молчалива и необычайно тихой. Ехали мы долго, почти пять часов до нужного места. На само кладбище Вероника заходить не хотела, мне пришлось её немного толкнуть, что бы она сделала первый шаг. Впервые она начала осознавать реальность происходящего и потому упиралась как могла. Мы подошли к могиле, там был крест и фото.
- Ты узнаешь кто здесь?, - спросила я ребенка.
- да
- Зайди за оградку и положи цветы.
Вероника не сдвинулась с места, я подошла к ней, присела на корточки и повторила свою просьбу. Не хотя, мелко дрожа она сделала шаг и положила привезенные цветы на холмик земли. Быстро выбежала за оградку.
- Вероника, поговори с мамой. Расскажи, как ты живешь, как у тебя дела.
- .....
- Давай, вместе, повторяй за мной. Здравствуй, мама. Я пришла к тебе, у меня всё хорошо, я учусь в школе, у меня появились друзья, я не болею, у Евы тоже все хорошо. Мы сейчас живем в хорошей семье, у нас есть еда, одежда, игрушки. Не переживай о нас, спи спокойно и наблюдай за мной с небес. Я люблю тебя. Я буду приезжать иногда к тебе.
Сначала Вероника просто повторяла, на фразе "я не болею" у неё появились слезы, к последней фразе она рыдала, сильно, громко и долго. Я сидела на скамейке в сторонке и не мешала ей прощаться с прошлым. Веронику начала трясти, зубы стучали, слезы не прекращали литься.
- Если хочешь, иди ко мне.
Она бросилась в мои объятья, сильно прижалась продолжая плакать. Простояв так какое-то время, успокоившись мы поехали домой. В дороге Вероника спала, впервые просто спала.
После этой поездки, на мой взгляд, наступили существенные изменения, медленно ребенок стал возвращаться к жизни. наступило лето, она поехала в лагерь, где смогла полностью отвлечься от всего что её окружало и от меня и от своих мыслей. Вернулась из лагеря она совершенно другим человеком, более спокойным и отдохнувшим. За этот месяц и я тоже смогла немного отвлечься и отдохнуть.