По теории Ломброзо оно (чудовище) похоже на убийцу. Серийного убийцу.
Напомню, Че́заре Ломбро́зо — итальянский психиатр, родоначальник антропологического направления в криминологии и уголовном праве. Ломброзо пришел к выводу: преступления совершают люди с определенной внешностью и характером.
Современная наука отрицает эту теорию. И правильно делает, что отрицает. С такой теорией можно далеко зайти. Мы помним, как нацисты по форме черепа определяли принадлежность людей к «высшей арийской нации». Людям с «неправильными» черепами, носами и т.д. нацисты не оставляли никаких надежд.
И всё же, глядя на это чудовище поневоле появляется мысль – а может, Ломбро́зо был всё-таки прав?
Мы многого не знаем. Как оно проникло во властные кабинеты? Как оно втёрлось в доверие к сильным мира сего? Как оно возглавило странную (это мягко сказано) частную военную компанию? Откуда оно вообще появилось?
Мы всё, конечно, понимаем. Иногда государству приходится идти на всякие там хитрости, чтобы отстаивать свои геополитические интересы. Но когда государство вне рамок строгих юридических процедур доверяет людям оружие, оно должно создать железобетонные механизмы, гарантирующие свою собственную безопасность.
Если для этого надо измерять черепа, измеряй, дорогое государство, делай, что угодно только не допускай, чтобы по улицам наших городов безнаказанно бродили толпы вооружённых до зубов людей.
Совсем недавно мы стояли на краю пропасти. Нас опять спас Бог? Но даже у Бога может лопнуть терпение. Сколько можно нас спасать? Когда мы перестанем делать глупости?
Эй, государство, ты понимаешь, что теперь нас считают банановой республикой, где власть можно захватить с помощью дубины и шайки разбойников?
Нас боятся, нас не любят. Это не самое страшное.
Над нами смеются.
И ещё. Многие наверняка испытали неприятное чувство, которое принято называть испанским стыдом, когда смотрели, как некоторые ростовчане (в основном молодежь) кричали славу разбойникам чудовища.
Одна ростовская дама, обращаясь к чудовищу, воскликнула – я молюсь за вас!
Позор! Какой позор!
Отмыться от него можно только нашей победой. Другого способа нет.