Впервые я познакомился с творчеством Г.Ф. Лавкрафта в старшей школе. Мифы Ктулху, созданные «отшельником из Провиденса», поразили меня с первых строк своей мрачной красотой и знаменитой недосказанностью. С возрастом я не раз перечитывал его рассказы и повести, и юношеская очарованность уступила место зрелым размышлениям. Благодаря ним сегодня я хочу познакомить вас с одним из рассказов Лавкрафта, который часто обходит стороной начинающий читатель.
Среди множества произведений Лавкрафта рассказ «Холодный воздух» примечателен тем, что в нём автор переносит читателя не в древние руины посреди пустыни, не в холодные льды Антарктики, не в очередной захолустный город Новой Англии, и не в темноту подвала в заброшенном доме. Действие рассказа происходит в Нью-Йорке «ревущих двадцатых», где от неоновых вывесок светло даже ночью, а страшное прячется под маской обыденного.
«Заблуждаются те, кто связывает все кошмары и ужасы исключительно с мраком, безмолвием и одиночеством. Ошибочность такого взгляда открылась мне в сиянии полуденного солнца, в грохоте и шуме большого города, среди жильцов самых обыкновенных меблированных комнат с самой заурядной домовладелицей»
Рассказчиком стал безымянный журналист, приехавший в Нью-Йорк в поисках известности. Но путь к успеху начинающего автора долог и тернист, и молодой человек поселяется в бедном районе для иммигрантов, в отеле сеньоры Эрреро. Рассказчик автобиографичен, поскольку Лавкрафт и сам одно время жил в Нью-Йорке, с трудом сводя концы с концами. Вдобавок, у журналиста проблемы со здоровьем. Внезапный сердечный приступ сводит его с другим героем рассказа, доктором Муньосом.
«В первую минуту внешность доктора вызвала у меня совершенно неожиданную антипатию. Конечно же, оттенок зловещей синевы на его лице и пронзительный холод протянутой мне руки вполне могли стать основанием для подобных чувств, хотя этим недостаткам вполне можно было найти оправдание, вспомнив о болезни доктора. Скорее всего, доктор Муньос был здесь ни при чем, а отвращение у меня вызвал холод — столь подозрительная для такого жаркого дня ледяная свежесть...»
Злодеем в рассказе не выступает очередной монстр из запределья. Никакого зла вообще нет, есть лишь неумолимый рок смерти, которому изо всех сил противится доктор Муньос, поддерживающий в своей квартире низкую температуру с помощью холодильной установки. Искусственный холод стал метафорой достижений научно-технического прогресса, призванных продлить человеческую жизнь. Но что произойдёт, если механизм однажды сломается? Нет ли в этом предупреждения нам, современным людям, чья жизнь так зависит от благ цивилизации?
«Никогда ещё собственное бессилие в решении, казалось бы, простой задачи не приводило меня в такое исступлённое состояние. Я почти физически ощущал неумолимое течение времени, когда безрезультатно звонил по телефону и лихорадочно метался по всему городу в бесплодных попытках сделать хоть что-нибудь».
А теперь вспомните людей, готовых разорваться на части, когда из-за аварии пропадает интернет, или хуже того, электричество. Много ли народу сохранит рассудок в случае глобальной катастрофы? Страх, паника и осознание беспомощности творят с людьми вещи похуже мифического Ктулху.
Я бы сказал, что безымянный журналист и доктор Муньос олицетворяют две стороны самого Лавкрафта. С одной стороны, автор был неутомимым исследователем, и верил в то, что человечество сможет разгадать тайны Вселенной. А с другой, он был убеждён, что некоторых вещей учёным лучше не трогать, чтобы не сойти с ума и не ввергнуть цивилизацию в хаос.
Чем закончился кошмар средь бела дня в Нью-Йорке, вы узнаете, прочитав рассказ целиком. Лично мне он напомнил «Человека-невидимку», и возможно, именно из этого романа Г. Уэллса автор черпал вдохновение.
Как вы считаете, заслуживает ли «Холодный воздух» экранизации?