Театр абсурда, в течение которого состояние и эмоции изменялись по несколько раз в течение нескольких минут. Страна подвергалась перевороту. Потом всё закончилось, «Вагнер» уходит на свои полевые «квартиры», Путин благодарит Лукашенко за хорошо проделанную «работу», везде где выкопали траншеи, их закапывают снова. И вот смотришь на это обалдевшими глазами, с подавленными эмоциями и с надрывным пониманием: - «Неужели такое возможно в нашей стране?». Оказалось, возможно, и мы все стали свидетелями этого «театра», билеты на него, не покупая. Именно в этот момент отчетливо понимаешь, что на процесс ты не влияешь, и не понимая и не зная многого, а лучше сказать ничего, находишься в прострации, не зная чему и кому верить. Потому что одни и те же каналы, могут подавать информацию под разными «соусами». В этом болоте, только Путин своим обращением что-то прояснил, и стало как-то спокойнее, но потом снова тупик. Лукашенко звонит Пригожину, о чем-то там говорят, и вот, аллилуйя, Лукашенко решил внутренний конфликт России.
Но у нас же главнокомандующий Путин, а вопросы решает Лукашенко, это получается, у нас не работает внутренний российский закон? Или работает, но тогда вопрос, как и в отношении кого? И что теперь делать с уголовной статьёй, которую приписывают Пригожину?
Чтобы это ни было, это не закончено, поставили паузу, задобрили, уговорили, не особо понятно кого и зачем!
И вот столько вопросов, которые ты даже не задаешь, они просто появляются на основании той информации, которая поступает из всех «щелей». Не зная ответов, смотришь на всё «оголтелыми» глазами и не хочется даже думать про всё, про это. Появляется апатия и равнодушие. Но это результат на происходящее, и если это кто-то затевал, разве не это состояние у российского общества преследовалось как цель?
Конечно, Вагнер не смог бы сменить власть, что за бред, наделал шуму, это да, заявил о себе, это да, напугал гражданское общество, это да. Общество в ступоре – тоже да. Эта была цель задуманного?
Это то, что творилось внутри, посмотрим, что творилось снаружи. Западные страны конечно бенефицианты происходящих событий, но они молчат, они только «советуются» между собой. И вот это «советуются» хуже всего, это напрягает, но и их пока оставим в стороне. Украинский президент заявился сразу и поддержал Пригожина, наши либералы поддержали Пригожина, украинцы сразу захотели воспользоваться отвлечением на происходящее и прорвать фронт. События как по мановению волшебника произошли именно в наступление украинцев, а тут внутри неразбериха. По всему миру собираются СБ стран, что-то все решают, уверяя что происходящее это внутреннее дело России.
И именно в этот момент, престиж ядерной страны просто улетучивается, медленно и постепенно он испаряется. Нас начинают бояться, но не потому что мы сильные и умные, и у нас все отлично, нет. Нас начинают опасаться, потому, что политическая ситуация становится непредсказуемой, если президент чужой, хоть и братской страны, выступает в качестве переговорщика между президентом и начальником частной военной компании. Хотя, президент с ним общаться не должен вообще, это не его дело, дело министерства обороны. Но дело довели вот до такого театра абсурда, где зрители ничего не понимающие жители страны, еще вчера веровавшие в её монолитность. А это страна с ЯО, вот чего все боятся и что обсуждают на своих СБ. А недалеко до перестройки ООН, по инициативе США, и это в тот момент, когда голос России слабнет и страны мира немного, но меняют к ней отношение, на фоне происходящих событий.
И вот, вопрос не решен, он замят, это немного успокаивает, но и тревожит, получается, это может повториться, при определенных обстоятельствах. И если это произошло в такой важный момент, когда на кону сама государственность России, то и в любой другой момент нам этот сценарий могут «показать».
Я не знаю, что это такое было, но тревога остаётся, от непонимания происходящего. И от понимания того, насколько хрупок наш мир. Не мир в целом, а именно наш, вот тут и теперь.
Ах да, вопрос то остался, что это было-то все же? Не знаю и едва ли когда-то это знание мне откроется, я могу только по каким-то проявлениям предполагать что происходит. Но полной картиной обладает только тот самый «волшебник», который всё это произвёл. Остаётся надеяться, что этот «волшебник» наш! Но и тут я могу только надеяться.