К одному дому в одну минуту подошли мужчина и девушка. Мужчина придержал дверь, и они вместе зашли в подъезд. Поднялись в лифте на один этаж. Остановившись перед одной квартирой, они в недоумении переглянулись.
– Вам что, тоже сюда? – спросил мужчина.
– Да... – неуверенно ответила девушка. – Но, может, здесь какая-то ошибка...
– Вы к Свете?
– Нет, я к Эдуарду. А вы, видимо, к Свете?
– Именно так. Но ситуация и впрямь не очень понятная. Ну так что, звоним в дверь?
– А может не стоит?..
Тремя часами ранее
– ... Это конец, Света. Я устал с тобой ругаться. Ты меня не понимаешь. И никогда не понимала. Думаю, нам надо развестись.
– Это я-то тебя не понимаю? Хотя да, Эдик, ты прав, я тебя не понимаю. Не понимаю, как можно быть таким придурком. И это я говорю: все кончено. Я подаю на развод.
– Подавай. Рад, что хоть в чем-то наши мнения совпадают.
– Прекрасно.
– И не говори.
С этими словами супруги разошлись по разным комнатам и одновременно схватились за телефоны.
"Мы решили расстаться. Через часа два она уедет. Приезжай ко мне", – написал Эдуард своей любовнице Кире.
"Мы расстались. Думаю, он надолго не задержится. Сможешь приехать?" – настрочила Света своему любовнику Владу.
Любовники Светы и Эдика каждый в своей квартире одновременно прочли поступившие им сообщения и принялись собираться.
Бросив телефон на постель, Света продолжила ходить по комнате, не зная, куда себя деть. Ей было как-то не по себе после случившегося. Они с мужем и прежде, бывало, сильно ссорились, но речь никогда не заходила о разводе. А тут вдруг так спонтанно и такое серьезное решение.
Она осторожно приоткрыла дверь спальни, куда пару минут назад шумно вбежала, и прислушалась. Ничего не слышно. Видимо, Эдик сидит в гостиной. В эту минуту он громко кашлянул и прочистил горло.
"Как же он меня бесит, сухарь бесчувственный", – подумала Света, прикрыв дверь в спальню поплотней. – "И почему он не уходит?"
Эдик тем временем действительно сидел в гостиной и переписывался уже с виртуальной подругой. "Может, встретимся как-нибудь?" – спросил он, хотя у самого на душе скребли кошки.
Некрасиво как-то они со Светой разошлись, по-детски как-то. Да и повод какой глупый – подумаешь, забыл про ее день рождения. Ну и что, что во второй раз уже. Он что ли виноват, что в его новом телефоне уведомления не приходят вовремя. Как узнал, так и поздравил!
Зато какие он ей принес потом конфеты – загляденье. Одна упаковка чего стоит. Эдуард, как истинный эстет, любил, чтобы все было красиво. А Света – просто незрелый человек, раз может обижаться на такую ерунду.
Ему, со своей стороны, казалось странным, что в квартире подозрительно тихо. "Эта клуша хоть пакует шмотки? Или лежит и плачет", – гадал он про себя. – "И как бы ее спровадить поскорее?"
Все было бы проще, будь сегодня рабочий день. Но размолвка супругов, как назло, выпала на выходной. Что значило, что ни у Светы, ни у Эдуарда не было причин покидать квартиру. Квартира была небольшая, съемная, и они привыкли делить плату за жилье.
У Эдуарда, правда, было некоторое преимущество – у его матери была своя квартира в Москве, где она проживала вместе с его многочисленными сестрами.
Но Эдуард редко и неохотно навещал семью. Как он говорил, они ограничивали его свободу и заставляли его чувствовать себя ребенком. У Светы же никаких родственников в столице не было, поэтому менять квартиру точно не входило в ее планы.
Когда Свете пришло очередное сообщение от Влада, который был уже в дороге, она решила, что пора действовать. Выйдя из комнаты, она решительно прошла мимо мужа в сторону кухни. Может, до Эдика дойдет наконец, что он тут лишний. Она поставила чайник и достала из шкафа семечки.
– Свет! Света-а! – воскликнул Эдуард, побежав за ней. После их расставания он ожидал от жены чего угодно, но только не того, что она будет преспокойно грызть семечки. "Впрочем, клуша и есть клуша..." – подумал он.
– Чего тебе, – равнодушно отозвалась Света, внутренне готовая к борьбе.
– А ты... разве не уходишь? – как-то растерянно спросил Эдуард.
– С чего бы, – в той же равнодушной манере отвечала Света.
– Ну... мы же расстались, – еще растеряннее произнес Эдуард.
– И что с этого? По-твоему я должна уйти?
В дверь позвонили. Оба супруга вздрогнули и заглянули в телефоны. "Неужели Кира?" – подумал Эдуард. "Неужели Влад?" – мелькнуло в голове у Светы.
– Я посмотрю, кто там, – опередила мужа Света, резко вскочив и побежав к двери.
– Нет, давай лучше я, – попытался обежать ее Эдуард.
– Зачем это? Или, может, ты мне что-то заказал в знак извинения? – попыталась отвлечь мужа Света, заслонив собой дверь.
– Н-нет, я не заказывал... Да и к чему это я должен извиняться? Но, может, все-таки я...
– Вот и отойди тогда, – заявила Света, прильнув к глазку.
– Может, не будем открывать? – с надеждой спросил Эдуард.
– Может и не будем, – после паузы ответила Света. – К тому же это наша соседка, с которой у меня лично никакого желания общаться. Если хочешь, сам с ней поговори.
– Воздержусь, – с облегчением ответил Эдуард. – Ну так что же...
– Что же? – Света вернулась в кухню и снова принялась за семечки. Эдуард пошел за ней.
– Ты не думаешь, что нам не стоит оставаться тут... вместе?
– Думаю.
– Так почему же ты не уходишь? – решился спросить напрямую Эдуард.
– Не поверишь, дорогой. У меня к тебе тот же вопрос, – напрямую ответила Света.
– В смысле... Ты хочешь сказать, что это... я должен уйти? – Эдуард опустился на соседний стул в полном замешательстве.
– А кто еще? Не я же. Кто из нас мужчина, в конце концов?
– Я не понимаю... – Эдуард посмотрел в телефон. Кира что-то строчила ему, но у него будто бы разом отключились все мыслительные процессы. Все, что он смог ей ответить: "Подожди".
– Что ты не понимаешь? Мужчины всегда так делают, – Света незаметно написала Владу: "Подожди немного, тут проблемка образовалась: муж не хочет уходить".
– Что делают?..
– Бросают жен и уходят.
– Но куда же я пойду?
– Да хоть к матери своей. Мне-то что.
– К маме? – Эдуард выпучил глаза в негодовании. – Ты в своем уме, Света?
– А почему бы нет?
– Ты же отлично знаешь, что я не могу жить с ней и сестрами... – от одной мысли, что он снова окажется в этом кругу нянек, Эдуард побледнел.
– Ну и что ты тогда предлагаешь? Мне идти некуда. Квартира оплачена. Да и квартиру эту я нашла, если уж на то пошло.
– Ну, нашла, и что теперь? А кто за нее платил первые полгода?
– Ври, да не завирайся! Не полгода, а всего два с половиной месяца. И то – только потому, что я уволилась и искала другую работу. Сам еще убеждал, что тебе не сложно. Какой же ты все-таки подлец, Эдик!
– Ладно, извини. Хочешь, я сам найду тебе новую квартиру? – миролюбиво предложил Эдуард.
– А хочешь, я позвоню твоей матери, чтобы она приехала и помогла тебе собрать вещи? – с улыбкой парировала Света.
– Значит, не уйдешь? – в глазах Эдуарда мелькнул нехороший огонек.
– Значит, не уйдешь? – передразнила его Света, тоже напрягшись.
– Ну хорошо, – Эдуарда вдруг осенило. – Давай в Камень, ножницы, бумагу? Кто победит, останется тут жить.
– А давай сразу в русскую рулетку. Кто победит, просто останется жить. Идет?
Спустя три часа
Кира и Влад стояли на лестничной площадке, тихо переговариваясь. Из квартиры слышались какие-то крики и звон посуды.
Света, метнувшая тарелку в стену, расхохоталась.
– Ты с ума сошла? Эту тарелку нам мама на свадьбу подарила! – воскликнул в ужасе Эдуард.
– И что? На развод новую подарит, – отвечала Света, хватая вазу.
– Да как ты... Света! Остановись!
– А то что? Плакать будешь? Ну конечно, для тебя всю жизнь вещи были дороже меня!
– Да причем тут это? Разумеется, ты была дороже. Но надо же и вещам цену знать!..
– Грош цена вещам, которые ты мне дарил. Ты даже не помнишь, когда у меня день рождения! Даже день нашей свадьбы с трудом припоминаешь!
– Да я вообще плохо помню даты!
– Как же, а как день рождения у Тамары Вениаминовны – за неделю начинаешь готовиться!
– Ну это же мама! И я боюсь ее, Света! Ты же сама знаешь, какая она.
– А у начальника в прошлом месяце? Первый побежал поздравлять!
– Ну это же только ради премии! Света!
– Знаешь, Эдик, я еще не все сказала, честно говоря, – заявила Света.
– Ну говори же, говори! Только вазу не бей! Она пятьсот баксов стоит!
– У меня есть любовник, и отныне я буду жить с ним в этой квартире.
– Ну и что, что любовник... А квартира и моя тоже. Оставь вазу, говорю! Погоди-ка... – до Эдуарда только дошел смысл услышанного. – Любовник? У тебя? Очень смешно.
– А чему ты удивляешься?
– Да потому что у таких женщин, как ты, Света, не бывает любовников, – заявил Эдуард с самодовольной улыбкой.
– Да что ты? А у тебя, как я вижу, большой опыт в этом вопросе, – съязвила Света.
– Ну, я бы не сказал... Да и вообще, причем тут я? Мы же о тебе говорим. Точнее, о женщинах твоего склада.
– И какого же я склада, интересно узнать?
– Ну, сама посуди... – замялся Эдуард. – Ты никуда не ходишь. Ну, разве что на работу или в магазин за продуктами. Ты не умеешь красиво одеваться, говорить, пользоваться косметикой... Да и в целом, признай, ты не особо за собой следишь. Или скажешь, я не прав? Вот даже теперь – разве стала бы женщина с любовником в свой выходной сидеть на кухне и грызть семечки?.. Извини меня, конечно, за прямоту, но не бывает такого, Света.
– Не бывает, значит? – мягко переспросила Света, готовая через секунду-другую взорваться.
– Не бывает, – с экспертным видом подтвердил Эдуард.
– А ты не допускаешь, дорогой мой, что есть мужчины, которым совершенно не важно, свежий ли у меня маникюр и умею ли я вести светские беседы? Я бы даже сказала, что чем женщина проще, тем легче ей найти себе любовника. А что ты на меня так смотришь? На женщин, как ты говоришь, моего склада, особо и тратиться не нужно. Что очень по душе большинству мужчин. Но что я тебе говорю... Имей ты любовницу, ты бы и сам это знал, – с нажимом закончила Света.
– С чего это ты решила... – начал Эдуард, но опомнился. – А знаешь, Света, ты и вправду могла бы завести любовника, сейчас я это вижу. Ты достаточно подлая, чтобы пойти на это. Если вспомнить, какие аферы ты проворачивала на прошлой работе... Человеку честному было бы стыдно...
– Кто бы говорил! Это не я, как верный пес, облизываю ботинки начальнику при первой возможности...
– Если бы я, как ты изволила выразиться, не облизывал ботинки хозяину... тьфу, начальнику... Я бы не смог позволить нам ни эту квартиру, ни машину.
– Ой ли! За квартиру мы платим поровну, а с машиной тебе помогла мать, так что нечего тут геройствовать.
– Ты ко мне несправедлива, Света. Впрочем, как и всегда. Ты как не понимала меня, так и... Да, в общем-то, не о чем уже говорить! А если решила оставить квартиру за собой, так и скажи. Нечего выдумывать каких-то любовников из воздуха. Все равно до конца месяца я отсюда не съеду. Так что смирись, – Эдуард с видом оскобленного достоинства поправил очки и вышел из комнаты.
Света машинально села за стол и снова принялась за семечки, но тут вдруг снова встала. "Выдумываю любовников, значит!" – вдруг вспыхнула она. До нее только дошло, как ее только что оскорбил почти бывший муж.
– А ну-ка... Посмотрим, как я выдумываю. Ты у меня все узнаешь! – в негодовании шептала она, ища телефон.
"Ты недалеко? Можешь зайти ко мне прямо сейчас", – настрочила она Владу.
"Встретиться у меня сегодня не получится. Хочешь, я подъеду?" – отправил смс Эдуард в этот момент Кире.
"Я не могу сейчас, извини", – ответил Влад Свете.
"Извини, но я занята сегодня", – ответила Кира Эдуарду.
– Вот блин, – проговорила Света. – И что теперь делать...
– Вот черт, – протянул Эдуард. – И что теперь делать?
Он постоял у зеркала, причесался, слегка взъерошил волосы для ощущения небрежности и подушился любимыми духами, которые ему подарила мама. Провел рукой по своей небольшой, но достойной коллекции дорогих костюмов и примерил несколько шляп.
Через полчаса Эдуард все-таки решился выйти из комнаты. Не сидеть же заложником в своей же квартире. Он вышел из комнаты на цыпочках, но быстро опомнился. Громко топая, он сходил в туалет и зашел на кухню, где Света продолжала грызть семечки.
– Ярко живешь, – не удержался от замечания Эдуард, с гордым видом открыв холодильник. – От любовников, как я вижу, нет отбоя.
– Ну, у любовников тоже бывают дела, – глухо отозвалась Света. – Не всем же заниматься делёжкой съемной квартиры с бывшей женой. Знаешь, как такие люди называются?
– Понятия не имею.
– Нормальные. Не чокнутые. К тому же они не выливают на себя весь флакон с духами, чтобы выпить пиво перед теликом. Фу, открой окно, дышать трудно.
– А с чего это ты взяла, что я останусь дома? – Эдуард с досадой достал пачку сока вместо пива. – Я вовсе не собираюсь проводить свой единственный выходной, как некоторые.
– Я этот сок для себя купила, – не оборачиваясь, заметила Света. – Если хочешь пить и есть, то можно было бы хотя бы иногда покупать продукты.
– Ну, я не удивлен. Только что разбила мою дорогущую тарелку, а теперь зажала простую пачку сока. В этом вся ты.
– Я бы и сердце тебе разбила, Эдик. Жаль, его у тебя нет. А если и есть – то, небось, страшно дорогое и небьющееся.
– Смешно. Надеюсь, ты тут найдешь над чем посмеяться, пока я буду веселиться по-настоящему. Ведь у меня, в отличие от тебя, уж точно найдется, с кем провести время...
– Уж точно! Не забудь только убедиться в ее речевых способностях перед тем, как тащить в постель!
– Уж поверь, не забуду!
– И еще упомяни о том, что ты надутый пижон. Хотя, можешь и не упоминать. Она сама все увидит.
– Всё сказала?.. А теперь я пойду, – после театральной паузы сообщил Эдуард.
– Скатертью дорожка, – отозвалась Света.
Эдуард взял самый красивый зонт –открыв окно, он заметил, что пошел дождь, – накинул плащ и вышел из квартиры, эффектно хлопнув дверью.
Света тут же достала телефон и набрала Владу.
– Алло, ну ты где? Почему не можешь приехать? В смысле дела появились? Сегодня выходной. Какие такие дела у тебя могут быть в выходной? А это кто еще? Ты с кем это там? С Кирой?.. С какой Кирой? Что за Кира? А ну-ка дай мне трубку. Не хочет говорить? Тогда ты мне скажи, кто это. Любовница Эдика? Ты в своем уме? В подъезде встретились? Да ты шутишь...
Через час Эдуард вернулся, тихо положил зонтик, аккуратно повесил в шкаф плащ и направился было в свою комнату.
– Стоять! – напугал его возглас Светы, которая сидела на кухне в темноте. – А ты куда это направился? Между прочим, есть разговор. Может, ты мне расскажешь, что у тебя там за...
– Я не хочу разговаривать с женщиной, которая столько лет лгала, обманывала меня, носила маску, притворялась не той, кем является...
– Да говори уже! В чем дело?
– В чем дело? Она еще спрашивает! В том, что у тебя есть любовник, вот в чем! Я потрясен тем, что ты изменила мне, Света. И не раз. Как ты могла?.. – Эдуард остался доволен тем, как прозвучала последняя фраза, ведь всю дорогу до дома он мысленно ее репетировал.
– Так я тебе сама все и рассказала. О том, что у меня есть любовник. Еще думала, почему ты так спокойно воспринял эту информацию? Стоило догадаться, что у кое-кого рыльце в пушку!
– А я и не скрывал... Я же так тебе и сказал – у меня есть, с кем провести время, повеселиться...
– Что-то не очень ты веселый после своей гулянки...
– Да и ты, знаешь ли, не слишком ли придаешь значение своему роману на стороне? Быстро же этот Влад нашел тебе замену!
– Это все твоя Кира. Я с ней еще разберусь.
– Нет нужды. Я уже с ними обоими расправился.
– Что, отчитал их как следует?
– Не только. Больше этот Влад к тебе и на километр не приблизится…
– Так ты из-за ревности к этой Кире своей?
– Нет… Если бы Кира не проболталась, что он твой любовник, они бы легко отделались.
– Да что ты сделал-то?
– Не боись. Жить будет твой Влад. Но номер его можешь удалить.
– Ладно, – в глазах Светы мелькнуло что-то вроде уважения. – Спасибо тогда, что взял это на себя.
– Да ладно, что уж там… – в глазах Эдуарда мелькнуло что-то вроде нежности.
Супруги смотрели друг на друга, как незнакомцы, которые впервые встретились.
– Ну что ж, Света, значит, не такая ты и клуша?
– Значит, не такой уж ты и сноб, Эдик?
– А семечки еще остались?