Бенедиктов Владимир Григорьевич – «гремучие напевы» отличают его стихи. «Изобретай неслыханные звуки, Выдумывай неведомый язык». ИЖЗ
Бенедиктов явился в литературный мир в конце 1835 года с томиком стихотворений, которые понравились и критике и читателям, не смотря на то, что сборник был издан большим тиражом, быстро разошелся, и весной 1836 года потребовалось новое издание.
Для первого сборника Бенедиктов выбрал эпиграф - «Угрюма жизнь, светло искусство» (Шиллер), этот эпиграф стал его литературным девизом.
Получив образование в кадетском корпусе, участвовал в трех войнах; поступив на гражданскую службу секретарем в министерство финансов, дослужился до должности - директора Государственного Заемного Банка, и вышел в отставку в чине действительного статского советника.
Бенедиктов - самородок, он не напоминал никого из прежних поэтов. Гремучие напевы, словесный шум отличают его творчество. Он в своем роде литературный феномен: в своих произведениях соединял чувство красоты и отсутствие вкуса; самый искренний патриотизм и полнейшее неведение русского характера, и т.д.
Бенедиктов – поэт-изобретатель, выдумщик; ему принадлежит много неологизмов, но из них очень немногие получили распространение в русском языке.
Громкая слава Бенедиктова была не продолжительна. Позднее некоторые критики даже отвергали его дарование, упрекали в изысканности, в злоупотреблении метафорой, сочиненные и искаженные им слова считали главным недостатком его стихов. А нечто, чего невозможно было представить называли - «Бенедиктовщиной».
«Пиши, поэт! слагай для милой девы
Симфонии любовные свои!
Переливай в гремучие напевы
Палящий жар страдальческой любви.
Чтоб выразить таинственные муки,
Чтоб сердца огнь в словах твоих изник,
Изобретай неслыханные звуки,
Выдумывай неведомый язык». («Воззвание к поэту» В.Г.Бенедиктов)
Бенедиктов Владимир Григорьевич
1807-1873
Немного биографии:
Владимир Григорьевич Бенедиктов родился 5 ноября 1807 года в Петербурге. Его детство прошло в Олонецкой губернии, в Петрозаводске, куда его отец, получив место советника губернского правления, перевез свою семью. В 1817 году, в девять лет, Бенедиктов поступил в Олонецкую губернскую четырехклассную гимназию. В гимназии учитель словесности некто Яконовский привил ему любовь к поэзии, Бенедиктов начал писать стихи. В 1821 году его отправляют в Петербург в кадетский корпус, здесь он продолжает писать стихи, помещает их в кадетские рукописные журналы. В 1827 году, окончив с отличием курс, поступает в звание прапорщика в лейб гвардии Измайловский полк. Через три года его производят в поручики, с полком участвует в военных походах, за храбрость награжден орденами. После издания первого сборника стихотворений, Бенедиктов был принят в общество В.А.Жуковского, где познакомился с графом Канкриным. Граф помог молодому поэту перейти из военной службы в гражданскую, определил его на должность своего секретаря в Министерство Финансов.
На службе Бенедиктов проявил себя терпеливым и аккуратнейшим чиновником, целые дни и даже ночи проводил за работой (граф Канкрин, страдавший болезнью глаз, работал в основном по ночам, при искусственным свете). Уже в 1843 году Бенедиктов - директор Государственного Заемного Банка, а с 1856 года – член правления Государственного Банка, в 1860 году оставляет службу с чином действительного статского советника, с полным пенсионом в 2500 рублей в год.
Владимир Григорьевич скончался в Петербурге 14 апреля 1875 года на руках родной сестры, Бенедиктовой Варвары Григорьевны (1818-1892), которая проживала с ним и вела его хозяйство.
Характер:
Я.П.Полонский: «Я впервые увидел Бенедиктова в 1854 году в доме архитектора А.И.Штакеншнейдера, с семейством которого он был коротко знаком, где был принимаем дружески, и где был почти что еженедельно. И нечего мне прибавлять к описанию его наружности. Он казался чистеньким, скромным, даже несколько застенчивым чиновником – глядел несколько исподлобья, говорил мало, улыбался добродушно, и только изредка в глазах его мелькал огонек светлого ума, и только иногда, когда читал он стихи (свои или чужие), голос его, густой и певучий, возвышался и становился неузнаваемым. Читал стихи Бенедиктов превосходно, и все, что ни читал, казалось хорошим и увлекательным».
Бенедиктов увлекался различными науками, одно время особенно пристрастился к изучению астрономии. Сам построил, по изобретенной им же самим системе, маленький ручной глобус, с наглядным изображением планет; написал популярную астрономию, которая так и осталась не издана.
В молодости Бенедиктов был очень влюбчив, писал страстные стихи, но его привязанности были неудачны. Наконец его влюбила в себя какая-то полька почтенных лет с сомнительной репутацией. Она была замужем, Бенедиктов хлопотал о разводе, чтобы вступить с ней в законный брак, не удалось, и они всю жизнь провели в незаконной связи.
Бенедиктов имел хорошее место в министерстве финансов, проживал на казенной квартире, был полностью обеспечен и с любовью занимался стихотворством.
Творчество:
В 1835 году Бенедиктов выпустил отдельный томик своих стихотворений, его творчество понравилось и публике и критике, за исключением В.Г.Белинского, который раскритиковал нового поэта. Читатели, знакомые с прежними произведениями Бенедиктова, напечатанными в журналах, отнеслась к его стихотворениям с горячим сочувствием, и в течение пятнадцати лет он был их любимцем . Без его стихотворений не обходилось почти ни одно периодическое издание. В 1838 году Бенедиктов издал вторую часть своих стихотворений. Белинский объяснял успех стихотворений Бенедиктова в Петербурге тем, что его поэзия «не поэзия природы, или истории, или народа, - а поэзия средних кружков бюрократического народного населения Петербурга. Она вполне выразила их, с их любовью и любезностью, с их балами и светскостью, с их чувствами и понятиями, и выразила простодушно восторженно, без всякой иронии, без всякой скрытой мысли». Юные чиновники наизусть повторяли стихотворение Бенедиктова «Напоминание»:
«Нина, помнишь ли мгновенья,
Как певец усердный твой,
Весь исполненный волненья,
Очарованный тобой,
В шумной зале и в гостиной
Взор твой девственно-невинной
Взором огненным ловил, -
Иль мечтательно к окошку
Прислонясь, летунью-ножку
Тайной думою следил,
Иль влеком мечтою сладкой,
В шуме общества, украдкой,
В след за Ниною своей
От людей бежал к безлюдью
С переполненною грудью,
С острым пламенем речей……»
В.Г.Белинский раскритиковал первый сборник Бенедиктова, но еще резче отозвался о втором сборнике Бенедиктова, он писал в статье «Стихотворения В.Бенедиктова», опубликованной в «Отечественных Записках» в 1842 году: « Его стих звучен, громок, его образы ярки, живописны; он часто как будто возвышается до истинной поэзии, но перечтите еще раз, вглядитесь попристальнее в то, что вам показалось поэзией – форма остается отдельно от духа, а духа нет, потому что нет таинственного слития между ними. ….Некоторых стихотворений, как, например, «Море», «Я не люблю тебя», «Ватерлоо», мы совсем не понимает, не только в поэтическом, но и во всяком смысле. Вот стихотворение «Море»:
Свинцовая дума в тебе потонула;
Мечта лобызает поверхность твою.
Отрадна, мила мне твоя бесконечность;
В тебе мне открыта красавица-вечность.
Что это такое и для чего это?- право, не понимаем». Взгляд Белинского разделил читателей на два враждебных лагеря – упорных хвалителей и таких же порицателей произведений поэта. После этой статьи Бенедиктов на некоторое время перестал печатать свои произведения. И только через десять лет, с 1855 года, его произведения начинают появляться в альманахе «Библиотека для Чтения». Стихи второго периода – это стихи совершенно другого характера, в них есть и содержание и форма. В 1857 году, Бенедиктов издал небольшую книжку под названием «Новые стихотворения», эти стихотворения были намного лучше ранних его произведений, но «старые его поклонники» уже забыли поэта, а новые читатели холодно отнеслись к ним.
Владимир Григорьевич Бенедиктов на протяжение всей своей жизни был истинным поэтом, сочувствующий всему доброму и высокому. Хотя его талант и не был первоклассным, тем не менее, все созданные им произведения отличались особой звучностью и изящностью стиха.
«К моей музе» - одно из последних стихотворений В.Бенедиктова:
«К моей музе
Благодарю тебя; меня ты отрывала
От пошлости земной и, отряхая прах,
С тобой моя душа все в мире забывала
И сладко мучилась в таинственных трудах.
Сначала озарять пыл юности кипучей
Влетала ты ко мне в златые дни забав,
Гремя литаврами и бубнами созвучий,
Покровы распахнув и дико разметав
Густые волосы по обнаженной груди.
Тебя так видели – и осуждали люди
Нескромность буйную. Порою твой убор
Был слишком прихотлив и оскорблял их взор
Сказали: он блестящ не в меру, он изыскан
И амброй чересчур и мускусом напрыскан –
И ты казалась им кокеткою пустой,
Продажной прелестью, бездушной красотой.
Мир строг: он осудил твою младую шалость,
Твой бешенный порыв; твоих проступков малость
Он в преступление тяжелое вменил;
Ты скрылась от него – и он тебя забыл.
Но в тишине, в ночи меня ты не забыла
И в зрелом возрасте мой угол посетила:
Благодарю тебя. Уже не молода
Ты мне являешься, не так как в те года –
Одета запросто застегнута под шею,
Без колец, без серег; но с прежнею своею
Улыбкой, лаской ты сидишь со мной в тиши –
И сладко видеть мне, что ты не без души,
Что мир тебя считал прелестницей минутной
Несправедливо. Нет, в разгульности беспутной
Не промотала ты святых даров Творца;
Ты не румянила и в юности лица,
Ты от природы так красна была – и цельный
Кудрявый локон твой был локон неподдельный
И не носила ты пришпиленной косы,
Скрученной на прокат и взятой на часы.
О, нет, ты не была кокеткою презренной,
И может-быть, ко мне в приязни неизменной,
Переживя меня, старушкой доброй ты
Положишь мне на гроб последние цветы».