Он был необычным покупателем и еще более необычной была его просьба. Эта короткая встреча перевернула всю мою жизнь...
Судьба у меня непростая. В девяностые, когда в стране был полный беспредел, я решилась открыть свое дело. У меня просто не было другого выбора. Завод, на котором я проработала всю жизнь, еле дышал.
Зарплату нам не платили уже полгода, а у меня на руках была маленькая дочь. Я не могла себе позволить ходить на работу бесплатно, поэтому пришлось что-то придумывать.
Было понятно, что надо менять вектор направления. Так из инженера я переквалифицировалась в продавца. Тогда вся страна торговала – кто чем мог. Я долго думала, прикидывала и наконец решила открыть свою цветочную палатку.
«Цветы я люблю, букеты составлять умею, – думала я. – Да и вообще это благороднее, чем носками торговать». Может, оно и так, но путь мой не был усыпан розами, скорее, я шла по шипам. Раны хоть и зажили, но воспоминания о тех временах еще свежи. Помню, как пришлось подружиться с бандитами, чтобы они мне обеспечили «крышу».
Очень спасло мое умение составлять красивые цветочные композиции. Сколько я тогда букетов переделала для подруг бандюков, и не пересчитать! Зато пользовалась уважением у своих покровителей и была уверена, что моя палатка под надежной защитой.
На смену бандитам пришел участковый, с которым тоже пришлось завести дружбу. В общем, прошла я через многое, но свой бизнес сохранила. И хоть сейчас еле-еле держусь на плаву, времена-то тяжелые, дело не сворачиваю. У меня есть постоянные клиенты, немало и тех, кто забегает мимоходом.
Стараюсь угодить всем, порадовать. Работать с людьми хоть и непросто, но очень интересно. Я же не только общаюсь, еще и наблюдаю, присматриваюсь, делаю выводы. Есть у меня один давний клиент. Солидный мужчина при деньгах.
На моей памяти у него уже поменялось пять подруг. Конечно, с таким долго не засидишься. Он хоть и видный, и богатый, но до дрожи жадный. У него своя фишка: познакомится с девушкой, на первые два свидания дарит букеты, а потом изредка по одной розочке.
Ну, может, еще на день рождения расщедрится и небольшой букетик закажет.
Больше на цветы не тратится. И ладно бы в другом месте букеты покупал, так нет, он только ко мне ходит. И то, наверное, потому, что я ему всегда скидку делаю. Я вообще считаю, что один цветок дарить женщине неприлично.
Ну ладно еще бедный студент, у которого денег нет. Но если ты состоявшийся мужчина, то чего жмотничать? И вот прошлой весной заглянул ко мне один парень. Сначала обратила внимание на его глаза: пронзительно синие и очень добрые.
Он купил одну чайную розу, но уходить не торопился. Немного помедлил и сказал:
– У меня к вам будет одна просьба. Скажите, сможете ее выполнить? Понимаете, у меня есть любимая девушка, мы с ней недавно поженились. С момента нашего знакомства каждую пятницу я дарю ей чайную розу.
Такая уж у нас сложилась традиция. Я скоро уеду, но мне бы очень не хотелось, чтобы традиция прервалась. Могли бы вы по пятницам отправлять, адрес я напишу, по одной чайной розе моей жене?
– Конечно, могу. А сколько продлится ваша командировка, какое время ей отправлять цветы? Неделю, две, три? –почему-то я была уверена, что он едет в командировку. Куда же еще молодой муж может отлучиться, если только не по работе.
– Давайте я оплачу сразу на полгода вперед, – предложил он. – Я и сам еще не знаю, на сколько уезжаю, когда домой вернусь. Еду в Донбасс.
– Мобилизовали? – сочувственно спросила я.
– Нет, я сам решил, – сказал он и прямо посмотрел на меня. – Можно как угодно относиться к этой войне, но я считаю своим долгом защитить наш народ и нашу страну.
Понимаете, у меня дед всю войну прошел, как раз там воевал. И я должен. Так чувствую. У меня ком застрял в горле. Столько уверенности, силы, мужества было в его голосе.
Я кивнула и посчитала стоимость с большой скидкой. – Спасибо огромное! – сказал он. – Как только вернусь, сразу зайду к вам.
Он вышел, а я тайком перекрестила его. Такой молодой, такой хорошенький – и на войну... ...Шли дни, бежали недели, летели месяцы. Каждую пятницу я исправно отправляла по адресу чайную розу.
Несколько раз случалось, что у меня не было этих цветов. Тогда я шла в соседний цветочный магазинчик и покупала цветок там.
Всегда, когда слышала сводку новостей или смотрела телепрограммы про специальную военную операцию, вспоминала того парня. Как он сейчас, где? Может, ранен? Даже мысли не хотела допускать, что его уже нет в живых.
За это время он мне стал очень близким человеком. Я редко смотрю телевизор, но почему-то в тот день села смотреть новости. Опять показывали Донбасс. Разрушенные дома, разорванная взрывами земля, затравленные взгляды людей.
Нам здесь не понять того ужаса, горя, который переживают люди. Нет, все же мне нельзя смотреть такие передачи. Слишком я впечатлительная, слишком близко все принимаю к сердцу. Вскипел чайник, я отвлеклась.
Говорили о каком-то солдате, который ценой своей жизни спас сослуживцев. Я не очень вслушивалась. Налила чай, посмотрела на экран... ...Чашка выпала из рук, и я даже не почувствовала боли, когда кипяток попал на ноги.
С экрана на меня смотрели добрые, пронзительно синие глаза. Еще пристальнее я вгляделась в лицо. Надеялась разглядеть отличия, убедиться, что это не он. Но сердце предательски забилось сильно-сильно, и в голове звонко тренькнул колокольчик.
Ночью я плохо спала. Убеждала себя, что ошиблась, не разглядела. Вся измучилась и решила, что для меня он остался живой. В ближайшую пятницу я послала розу по уже известно му мне адресу. И тут поняла, что прошло полгода, срок оплаты закончился.
Но для меня это было уже не важно. Я знала, что каждую пятницу буду посылать розу его жене. Ведь он мне обещал, что зайдет. Обязательно вернется и зайдет ко мне. А я ему расскажу, как переживала, приняла его за другого бойца. И мы вместе улыбнемся.
И я снова увижу его добрые глаза. ...Но он не приходил. Ни через месяц, ни через два... Прошло полгода. Я продолжала посылать цветы его жене. Так случилось, что я серьезно заболела, пришлось лечь в больницу.
Пролежала там не две недели, как планировала, а два месяца. Сначала было самой до себя, а потом, когда я вспомнила о своей добровольной обязанности, прошло уже много времени.
«Сколько можно себя обманывать. Это был он. Был... Какое страшное слово», – думала я, лежа на больничной койке и слезы невольно лились из моих глаз. Я вышла из больницы тоже весной.
Несколько дней сидела дома, потом пошла на улицу. Надо было восстанавливаться, входить в ритм обычной жизни. Бульвар заливало яркое солнце, бегали дети, прогуливались старушки, торопилась по делам молодежь.
Даже не верилось, что где-то идет война, гибнут молодые парни. Шла по бульвару и с каждым вздохом чувствовала, что снова наполняюсь силами, ко мне возвращается жизнь. И все же, как я ни храбрилась, быстро устала.
Надо было посидеть, передохнуть. Но все скамейки были заняты. – Извините, можно я присяду рядом? – спросила у молодой мамочки, сидевшей на ближайшей лавочке. У нее в коляске посапывал малыш.
– Да, конечно, – улыбнулась она и подвинулась.
– Я тихонечко, не потревожу вашего мальчика, – шепотом сказала я.
– Не волнуйтесь, он не проснется. У него крепкий сон.
Слово за слово, мы разговорились. Девушка рассказала, что у нее муж погиб на войне. Сколько же их, молодых здоровых ребят не вернулось! И мой случайный знакомый, и муж этой молодой девушки.
Она, видя мое участие, разоткровенничалась.
– Ведь мы почти и не жили вместе, только успели пожениться. Он был такой романтичный. Знаете, мы познакомились в пятницу. Ваня пришел на свидание с чайной розой. И с тех пор каждую пятницу он дарил мне по цветку.
Ни одной пятницы не пропустил. Даже когда уехал на войну, каким-то образом умудрялся присылать по розе. И даже когда погиб... Как он это устроил?
Девушка смахнула слезу. Мне казалось, что волосы на голове начинают шевелиться. Неужели это она, та самая, которой я посылала цветы? Разве может быть такое удивительное совпадение?
– Меня тогда это очень поддержало, – продолжала девушка. – Я же была на последних месяцах беременности. Весть о смерти Вани подкосила меня. Было страшно представить, как я буду не только жить, просто дышать без него. И еще ребенок...
Я взяла девушку за руку. Нет-нет, ни в чем признаваться не думала, просто хотела ее поддержать. Она почувствовала мой порыв, с благодарностью посмотрела на меня и кивнула.
– А потом все закончилось. Больше нет тех пятничных чайных роз. Но это уже не так страшно. Теперь я знаю, что должна, что могу жить хоть и без него, но ради него. Ради того, чтобы помнить о нем, чтобы рассказать сыну о том, каким героем был его папа.
Мы посидели еще немного, проснулся малыш, и девушка засобиралась до мой. Мы попрощались, она встала со скамейки и сказала. – Знаете, это, наверное, глупо. В следующую пятницу у меня день рождения, и я жду, что Ваня пришлет мне розы. Так хочется, чтобы он прислал их хотя бы еще раз...
Она улыбнулась, махнула мне на прощанье и пошла. Я сидела, словно в оцепенении. Как причудливы повороты Судьбы. Нет, не случайно она свела меня с Ваней, а теперь и с его женой.
...В следующую пятницу я встала ни свет ни заря. Спешила на работу. Первым делом выбрала самые красивые и пышные чайные розы. Давно я не работала с таким вдохновением. Может быть, это была одна из самых лучших цветочных композиций в моей жизни.
Я завернула ее в красивую бумагу, завязала бант и отправила по известному адресу. Думаю, Ваня одобрил бы мой поступок.