Глава 6.
Самолет уносил студента Васима Гюльматова все дальше от студентки Зиночки Денисовой, туда, где горы в снежных тюбетейках окружают плодородные, цветущие долины, где в глинобитном низеньком доме с плоской крышей на окраине Душанбе ждёт его большая семья. Он вез родителям, кроме подарков, потрясающую новость. У него, Васима Гюльматова, есть невеста в России, и зовут ее звонким именем Зина. Зина, Зиночка! Так звенят синицы, порхая по ветвям сирени около общежития, как будто зовут кареглазую красавицу выйти к нему. То, что его так приветили в семье Зины и оставили ночевать, для молодого таджика значило, что он уже, можно сказать, свой в семье девушки, другими словами - жених.
Вот и родительский дом! Вокруг на абрикосовых деревьях уже набухают почки. Как жалко, что он не застанет их волшебного цветения! Розовым пламенем вспыхнут они, а запах сведет всех с ума.
Вот мать сидит на корточках на утрамбованном глиняном дворе у раскаленного тандыра. Ещё немножко и душистые горячие лепешки можно будет есть.
Васим подкрался к матери и нежно обнял ее. Она от радости задохнулась:
- Сыночек! Наконец-то! Дождались! Гафур! Иди сюда! Сын приехал!
Прибежали сестры, принялись обнимать парня. А вот и глава семейства, поправляя пояс на халате, подошёл к продолжателю рода Гюльматовых, прижал к себе, не стесняясь скупых мужских слез.
К удивлению Васима родители и родственники не были в восторге от его новости.
- Сынок! Не торопись с женитьбой! Зачем тебе русская жена? Они такие капризные и своенравные. Вон, у наших соседей дочка Зульфия подрастает. Красивая, как цветочек, скромная, работящая. Как раз к окончанию твоего института созреет этот персик! А Зульфие ты очень нравишься. Все время спрашивает о тебе. Подумай, сынок! Хорошо подумай! И так ли хорошо этой Зине будет здесь жить на чужбине? Будет о своих тосковать, а ты переживать из-за этого будешь, - напутствовала Васима мать.
- Ну что ж, если девушка порядочная, умная, и Васим ее любит, я не буду против, - помолчав, сказал отец.
- Дорогие мои, за меня не волнуйтесь. Таких, как моя Зина, нет во всем мире! Я ее люблю. И вы полюбите, - ответил родителям сын.
Тут в дом заглянула девочка-подросток с ярким румянцем на смуглых щечках. Она потупила глаза и, поздоровавшись, протянула блюдо с пахлавой:
- Вот, мама прислала для вашего гостя!
- Заходи, Зуля! Садись с нами. Поешь плова. Спасибо твоей маме.
- Нет, апа, я спешу. У меня много дел дома. Спасибо за приглашение! - она сверкнула на Васима черными глазищами и юркнула назад в открытую дверь.
А в семье Денисовых мнения разделились. Старшее поколение во главе с бабушкой протестовало. Им не нравилось, что их любимая внучечка встречается с иноверцем, "басурманом", как обозвала Васима бабушка Даша. А дед Петр ещё помнил нравы басмачей, с которыми ему пришлось в юности повоевать вдоволь. С обычаями таджиков и положением женщин в Средней Азии он был знаком не понаслышке.
- Зина, ты спроси, есть ли у него жена? Ведь мусульмане многоженцы. Это здесь он холостой парень, а там, может быть, семейный, да с ребятишками впридачу. Ты хоть знаешь, сколько лет твоему Васиму?
- Дедулечка, что ты такое говоришь? Какая жена? Какие дети? Он школу год назад закончил. Комсомольский вожак, кто бы ему дал комсомольскую путевку в вуз женатому с детьми? Но, если вас это так волнует, спрошу, даже в паспорт загляну.
- Да, папа! Это ты уж лишку хватил! Не забывай: и басмачей, и баев давно нет. Так что - это все предрассудки. Мне Васим понравился. Замечательный парень, целеустремлённый, - заявила Варвара Петровна, вытирая полотенцем посуду. Отец Зины, чтобы поддержать дочь, обнял ее здоровой рукой, чмокнув в макушку:
- Не слушай наветов, доченька! Ты у нас умница. Поступай, как тебе сердце подсказывает.
- Я сама ещё ни в чем не разобралась, папа. Что вы меня уже замуж отдаете?
- Интересная ты какая! На виду у всего села привезла семь раз нерусского кавалера из города, а мы и слова тебе сказать не можем? Так что ли? - заворчала бабушка.
- Ладно вам, мама! Что накинулись на девчонку? Времена сейчас не те! Нечего на соседей оглядываться, да переживать, кто что скажет! Разберемся сами! - поставил точку в споре Григорий Семенович.
Незаметно пролетели каникулы. И вот уже Зиночку вызывают на вахту - пришел посетитель. В холле общежития переминался с ноги на ногу и жадно всматривался в лица спускающихся по лестнице студенток Васим, собственной персоной. В руках у него была сумка приличных размеров. Увидев Зину, парень радостно замахал ей рукой, глаза зажглись знакомым огнем. Зина хотела обнять его, но Васим отстранился:
- Нет, нам нельзя обниматься, Зина. Я должен оберегать твою честь. Я считаю тебя своей невестой. Рассказал о тебе родителям. Они ждут тебя.
- А меня ты не забыл спросить, считаю ли я тебя своим женихом? Вот удивил, так удивил!
- Зина, ты можешь отказать мне, прогнать меня, но от этого я не стану относиться к тебе с меньшим уважением. Ты необыкновенная девушка, настоящий бриллиант. Тебя и беречь нужно, как самый дорогой бриллиант! Я так считаю. Вот тебе и твоим родным от моих родных угощение. Возьми, - он протянул Зине сумку. - Здесь урюк, вяленая хурма и инжир, фисташки и грецкие орехи. У вас такое не растет. Прими, - это от чистого сердца.
- Спасибо, Васим! Принимаю с радостью подарок от твоих родных. Заходи к нам, чаю попьем. Правда, я одна в комнате, соседки ушли куда-то.
- Давай лучше погулям, погода хорошая! Сходи, оденься, а я здесь подожду.
Вот так начался длинный и утомительный период в отношениях Зиночки и Васима, которого она стала звать просто Вася, ей так больше нравилось. Васим не возражал. По обычаям своей страны, он старался изо всех сил сдерживать свои чувства, пока Зина не выдержала и сама не заговорила о свадьбе.
Продолжение:
Начало: