Так звучит в переводе на русский название книги "Why nations fail: the origins of power, prosperity and poverty". Обычно причиной социальных и экономических различий принято выделять географию, культуру, невежество элит или просто исторически сложившееся положение вещей.
Однако, Дарон Аджемоглу и Джеймс Робинсон приводят в пример город Ногалес, разделенный стеной, где северная часть принадлежит США, а южная - Мексике. Цифры говорят сами за себя: средний доход семьи в северной части Ногалеса - 30.000 долларов в год, когда к югу от стены доход средней семьи равен трети этой суммы. Жители американской части имеют высокую продолжительность жизни, имеют доступ к Medicare, электричеству, канализации, телефонной связи. Жизнь в нескольких километрах отсюда сильно отличается: дороги к югу от стены находятся в плохом состоянии, большинство взрослых жителей «мексиканского» Ногалеса не окончили школу, а уровень преступности высок, и открыть свой бизнес — дело небезопасное.
Как могут две части одного города быть такими разными? Это не спишешь на разницу в географическом положении, климате или типах заболеваний. Жители по обе стороны имели одних и тех же предков и даже принадлежали к одной культуре. Как вы и сами заметили, дело в границе между частями города. Дарон Аджемоглу и Джеймс Робинсон в своей книге отвечают, что причина дифференциации социального и экономического положения лежит в применении правительством аппарата принуждения.
Авторы выделяют инклюзивные и экстрактивные политические институты. В чем состоит их различие?
Экстрактивные институты призваны отстранять людей от политического участия и присваивать плоды их труда себе. Это своего рода социальный договор, благодаря которому государство позволяет себе оставаться у власти, а люди получать невмешательство в личную жизнь со стороны государственных органов.
Инклюзивные институты, в свою очередь, строятся для вовлечения большего количества человек в механизм принятия политических решений. Они основаны на идее плюрализма и свободы. Однако, авторы отмечают, что инклюзивные институты не всегда существуют в демократических режимах, хотя им и присущи демократические ценности.
Что становится причиной социально-экономических изменений?
Авторы отвечают, что отсутствие у широких слоев населения гарантий прав собственности и возможности получать доход ведет к остановке экономического роста. А как мы знаем, именно экономическое положение вещей определяет стабильность внутренней обстановки и определяет круг того, что государственная машина способна себе позволить.
Можно подвести, что экономическая ситуация определяет внутреннюю политику, но будет ли это верно? Ведь экономическая политика определяется органами исполнительной власти (в случае РФ, органы законодательной власти в лице Госдумы и Федерального собрания)
Авторы книги настаивают на том, что экономическая ситуация зависит от внутреннего курса политики, и людей, наполняющими государственный аппарат. Способны ли люди оказывать влияние на процесс принятия решений? Как реагирует государство? Кто представляет интересы слоев населения? Какова роль третьего сектора в лице НПО и НКО в принятии решений?
Eсли вернуться к предыдущему вопросу, то безусловно стоит сказать, что оба направления взаимосвязаны и не могут существовать друг без друга. Экономическая политика - это направления внутренней и является определяющей в процессе формирования режима.
Чего стоит ожидать от книги?
Дарон Аджемоглу и Джеймс Робинсон подробно объясняют причины различий в экономическом богатстве государств, отвергая теорию за теорией. В итоге, они создают свое объяснение, ссылаясь на эффективность государственного аппарата. Авторы преподносят информацию без политизированности, они указывают на статистику, карты, таблицы и факты, так что любителям non-fiction безусловно найдется над чем задуматься.