Майя Андреевна попятилась. Поняла по лицу Ядвиги, что плевательница, которую та держала в руках, сейчас полетит в её собственную физиономию:
- Вы поранились? У вас кровь на спине. Можете уйти пораньше, скажу санитарке, чтобы всё тут прибрала.
Ядвига оторопело уставилась на алые бусины на своей медицинской куртке. Спина болела нещадно. Во рту стоял вкус желчи. " Вкус победы!" - усмехнулась она, а врачиха взвизгнула. Ничего человеческого не было в этой усмешке. На секунду обалдевшей девчонке показалось, что мелькнули тонкие, острые , как спицы, клыки.
Коротко кивнув, отчего Майя ойкнула, Ядвига пошла в раздевалку.
Там было тихо, пусто и непривычно просторно. Смена заканчивалась только через полчаса. Извернувшись, дотянулась до лопаток и с трудом сдержала крик: под пальцами пульсировали две опухоли, горячие, скользкие на ощупь и пугающе большие.
Трясущимися руками взяла мобильник, залезла в рабочий чат и набрала смс старшей медсестре:" Беру отгул по семейным обстоятельствам". Надо к врачу. Срочно. Завтра и пойдёт. Мелькнула слабая мысль, что этот отгул скажется на заработке. Мелькнула и тут же сдохла.
Ядвига смутно помнила, как добралась домой. В автобусе полупьяный мужик суетливо попятился, лишь только взглянув на нее. Плюхнулась на сидение, уронила уставшие руки на колени. Странно, маникюр свежий, но ногти заметно отросли, крепкие, красивые, чуть заострённой формы. Плевать, тут не до ногтей. Что за хрень с ней творится?
Дома встретили недовольным молчанием. В кастрюльке сиротливо лежали целлофановые обертки от сосискок, в сковородке белела пара макаронин:
- Мать, ты шутишь?- Ядвига знала этот недовольный тон у мужа. Сейчас начнется цыганочка с выходом. Муж обожал её отчитывать. Самоутверждался, что ли? Наверное. При его работе, перспективах и зарплате за счёт кого ещё было самоутверждаться?
Какой же у него визгливый, бабий голос. Сразу заболела голова:
- Хватит! - окрик стегнул плетью. Низкий, хриплый, опасный. Муж поперхнулся тирадой, кот сиганул под диван. На секунду показалось, что супруг очень хочет к коту. Это вряд ли. Задницу отъел, не пролезет. Дочка испуганно захныкала:
- Мама, мамочка, что с тобой?
- Всё хорошо, милая, - обняла, прижала к себе.Теплая волна обычно поднималась откуда- то из самой серединки. Но не сегодня . На душе было пусто и холодно.
Надо ложиться спать. Завтра к врачу. Быстро умылась и почистила зубы. На секунду померещилось, что в глазах горит алый огонек. Плевать. Спать, спать, спать.
Будильник снова огласил приговор: утро. Быстро сварила каши, поймав на себе боязливый взгляд мужа
- Ухожу на целый день. Готовка на тебе. Справишься. Детей подними через пятнадцать минут. Вещи я выгладила.
Болела спина. Утром рискнула посмотреть в зеркало. Над лопатками пугающе чернели два нароста. Мерзкие, отвратительные, покрытые каким- то пухом. Что же с ней?
Поликлиника встретила ропотом,гомоном, жалобами. Терпеливо отстояла очередь в регистратуре, безропотно прошла к кабинету. Знала, что очереди - не вина медиков, а беда. Час, второй, третий. Терпеливо ждала, но внутри грязной мутью поднималась злость. Раскрыла книгу. Но Нестерова, несмотря на забавный, лёгкий слог, не помогла.
Рядом сидела бабка. Из тех, что ненавидят всех, всё и вся. Поливала грязью поликлинику, врачей, очередь. Голос у неё был - труба иерихонская. Опять начала болеть голова:
- Можно потише? Голова от вас болит!
- Голова? А почему не задница? Небось, за больничным припёрлась, работать не хочешь. Пахать на таких надо!
Ядвига спокойно достала из сумки булочку и запихала в открытую для очередной тирады пасть. Бабка обалдело выручила глаза. А женщина ощутила такую боль, что чуть не упала. Не слышала смеха очереди, не помнила как, наконец, зашла в кабинет. По спине что- то хлопало.
" Я не знаю, что это, - в голосе немолодого седовласого хирурга легко читались усталость, удивление, участие, - случай редкий. Полипы? Дам направление на биопсию. Приходите в операционный день."
Ядвига молчала. Ощущение от прикосновения этих...отростков было пугающим, но не противным:
- Хорошо.
Вышла из кабинета. Бабки не было. Пожилая женщина из очереди показала ей вздёрнутый кверху большой палец и подмигнула.
Ядвига медленно брела к остановке. Вечерело:
- Тетка, сумку, живо.
Они появились словно из ниоткуда. Молодые, наглые, опасные. Сумку? Там банковская карта. Ну уж нет:
- Что застыла? Глухая? Один подошёл, рванул сумку, с глумливой улыбкой замахнулся для удара.
Резкий клекот ударил по ушам. Гопники покатились, тихо воя от ужаса и зажимая распоротый когтями лица.
А в темный кисель ночного неба кошмаром из снов взметнулась гарпия!
( Окончание следует)