Толпы пересекали улицу беспорядочными волнами. На дороге остановили свои автомобили и, влезши на них, проповедовали бородатые мужчины. В центральном парке на опушке собрались раздетые по пояс бичующиеся, называли себя рабами божьими и не жалели своих спин. Всеобщая паника охватила город. По окраинам бешено носились коровы и лошади; собаки выли, вспомнив о своём волчьем прошлом; коты шипели, орали, извивались и прыгали с места на место; курицы побросали своих цыплят и полетели, — состояние людей передалось и животным.
Любовники, наконец наплевав на все преграды, закрылись в комнатах; по всей округе эхом раздавались стоны и выкрики «Да!», — казалось, только они и приветствуют скорый конец. Среди благополучного населения нашлись те, кто бесцельно грабил банки в попытках осуществить свои несбыточные мечты, намереваясь обзавестись наконец-то безделушкой, гаджетом или одеждой. Благо, ни в банке, ни где-либо ещё работников не было. Никто не работал в этот час, кроме людей творческих: кто пытался раствориться в своём занятии, кто мечтал умереть, занимаясь любимым делом, другие пытались понять происходящее через процесс созидания. Были и такие, кто своей высшей и последней целью поставили оставить память о себе и о последнем дне. А вот художник: стоит на своём красивом балконе и переносит то, что видит, на холст. Он создаёт другую реальность и сам уходит туда.
Храмы были переполнены, повсеместно у дверей их начинались стычки. Люди дрались за возможность окончить жизнь в близости к Богу. Были и такие среди горожан, кто рыскал по улицам, спеша выпустить своих демонов. Честолюбцы, воспользовавшись неразберихой, отыскивали и убивали своих обидчиков, преследуя их повсюду. Горожане также могли лицезреть не самую приятную картину: в самом центре города неизвестный на торце своего дома собственной кровью написал: «Я сам решу, когда мне умереть»; его тело со множеством порезов лежало рядом с надписью. Бездомные, те немногочисленные, кто так и не влился с общество и не хотел трудиться и работать на благо своей жизни, теперь вдоволь грелись и объедались в шикарных ресторанах. Впрочем, и среди них находились люди с достоинством: одни с жалостью наблюдали за толпами на улице, другие нашли тихий уголок и молились.
Поодиночке или группами, некоторые люди уходили в глушь. Они хотели сбежать от общей суеты, и, оставшись в уединении, понять, за что природа так с ними обходится. Эти отшельники хотели в последний раз и навсегда слиться с природой. Уважаемые профессоры собирали полные аудитории и освещали с кафедр философские и богословские учения, сами в них не веря, но скрывая страх, вселяя людям надежду. Особенной популярностью пользовались буддизм, стоицизм и христианство. У отдельных людей, оставшихся вне какой-либо социальной группы, стало пропадать человеческое лицо. Грязные позывы плоти возобладали над ними: мать соблазняла сына, отец брал дочь, дядя уводил племянницу, старики позарились на детей. И мир ввергся во тьму непроглядную, и слышен был плач и скрежет зубов.
Около часа тому назад объявили о надвигающейся катастрофе: как раз перед вылетом космического экипажа с колонистами стало известно, что Солнце в любую секунду взорвётся и сожжёт всё живое в галактике. Учёные, несмотря на противодействие политиков, объявили в сети о надвигающемся конце. Новость сиюминутно повергла мир в хаос. Впрочем, были и те, кто не поверил сообщению. Эти люди занимались своими делами, не смотрели в окна, отключили все каналы коммуникации и посмеивались над соседями. Некоторые страны попытались опровергнуть заявление учёных, другие тщетно старались заблокировать информацию, а где-то просто-напросто отключили интернет.
Когда мир уже окончательно погрузился во тьму и стало невыносимо жарко, на всех экранах предстал мужчина приятной наружности, средних лет, с правильными чертами лица, широким подбородком, гладковыбритый. Он стоял в красивом синем твидовом костюме на фоне мирно играющих на площадке детей. Всё человечество в этот миг прильнуло к экранам.
«Уважаемые сограждане, горячо любимые сожители планеты, представители человечества, все мы ходим по одной земле, все мы имеем общих предков. Я обращаюсь к вам сейчас не как представитель какой-либо группы, слоя или класса, не как приверженец определённой религии, не как должностное или частное лицо. Я обращаюсь к вам как Человек. Вам известно, что угроза, нависшая над нами — давно известна, с ней можно было справиться общими усилиями. Вам также известно, что из-за политических склок, из-за борьбы за освоение космического пространства миссия по колонизации других галактик так и не успела начаться. Да, мы победили голод, да, с помощью новейших технологий стало возможно уничтожать раковые клетки, не нанося вреда организму, кое-как удалось исследовать и колонизировать Марс, — сколько лет понадобилось, чтобы договориться? Бедности больше не существует как явления, даже самые закрытые страны копируют новую экономическую модель. И это всё имело бы ценность, а жизнь имела бы смысл, если бы не приближающийся конец. Скоро не будет границ, отделяющих человека от человека, всё будет стёрто, не останется и места для предрассудков и конфликтов. А на самом деле границы существовали всегда только у вас в головах. Мы слишком плохо старались наладить отношения, и из-за этого у наших детей не будет будущего. Скоро мы все умрём. Как бы это не звучало, но я прошу вас не сдаваться. Проявите своё человеческое достоинство, это ваш последний шанс. Не поддавайтесь панике и низменному, вспомните о том, что делает человека Человеком. В последний раз вспомните, что вы — больше, чем вы есть. Умрите как люди! Я советую вам провести эти последние мгновения со своими близкими. Разговаривайте, улыбайтесь, молчите вместе. Когда ещё, как не при смерти стоит задуматься о том, что важнее всего?»
Небо за спиной человека вспыхнуло кроваво-красным цветом, и тяжёлый, густой свет, поглощая всё на своём пути, приближался. Человек стоял неподвижно, смотрел перед собой и улыбался, пока его лицо не растворилось во тьме.