На днях одна сердобольная дама разразилась слезоточивым опусом о "безвременно сгоревших звездах". Речь, как вы догадались, шла не об астрономии, а об эстраде. В числе этих несчастных оказался и Влад Сташевский, чей "творческий крах вылился в жизненную трагедию".
Дама явно перестаралась, пытаясь столь сильными фразами привлечь внимание читателей к своему сочинению. Влад сегодня живет, по выражению Крылова, в довольстве и добре, выглядит самодостаточным и уверенным и считает, что жизнь его удалась.
И всё же, всё же... Есть "сермяжная правда" в словах дамы. Почему-то за Сташевским и по сей день тянется шлейф грусти о чем-то нереализованном, о чем-то, что должно было произойти, но не случилось.
Впервые я услышал о Сташевском в 1994 году, причем появление его на большой эстраде сопровождалось рассказами о якобы заключенном пари между двумя продюсерами - Юрием Айзеншписом и Бари Алибасовым. Суть пари заключалась в том, что Айзеншпис обязывался раскрутить Сташевского в тече