Депутат Государственной думы Дмитрий Кузнецов обратился к директору ФСБ Александру Бортникову с предложением об организации обмена россиян, осужденных за дискредитацию вооруженных сил, на граждан Украины, содержащихся в тюрьмах и СИЗО за пророссийскую деятельность, в том числе за коллаборацию с военными властями. Как сообщил сам депутат, его позиция уже согласована с офисом уполномоченного по правам человека Украины.
В авторской колонке для Федерального Агентства Новостей ситуацию прокомментировал юрист, руководитель Центра правопорядка в г. Москве и Московской области Александр Хаминский.
По его мнению, в предлагаемом обмене гражданами есть очень много уязвимых моментов. Начиная с того, что осужденные за дискредитацию СВО россияне, скорей всего, вряд ли захотят переехать на Украину. И заканчивая тем, вместе с пророссийскими украинцами, оказавшимися в местах заключения за политические взгляды, в процедуру обмена могут попасть обычные мародеры и уголовники. Ведь депутат Кузнецов предлагает не обращать внимания на статусы кандидатов на обмен с точки зрения уголовного права.
Деятельность, направленная на обмен военнопленными или удерживаемыми лицами, безусловно, носит гуманитарный характер. Однако очень многое в таких ситуациях зависит и от деталей обмена, и от статуса таких лиц.
Во-первых, необходимо зафиксировать письменное согласие на обмен. Известны десятки случаев, когда украинские военнопленные отказывались возвращаться на Украину, так как на родине их могли ждать крайне негативные последствия — от направления в штрафные батальоны до трибунала за измену. В обоих случаях возвращение означало бы верную смерть.
Во-вторых, когда речь идет именно о военнопленных, большинство юридических процедур происходит в соответствии с нормами международного права. И самое важное здесь – равноценный статус обмениваемых лиц. Меняют военнопленных на военнопленных. Теперь давайте посмотрим, как может проводиться обмен иных категорий лиц. По общему правилу это происходит следующим образом: уполномоченные представители государств проводят переговоры по судьбе конкретных граждан. После того, как они пришли к соглашению, осужденные подают прошение о помиловании на имя глав своих государств. После издания соответствующих указов в результате заранее утвержденных технических процедур происходит непосредственно обмен. Основное условие – гражданин должен быть осужден за совершенное преступление, а приговор вступил в силу. Яркий пример этому – обмен американской баскетболистки Бритни Грайнер на российского бизнесмена Виктора Бута. Несмотря на достижение принципиальных договоренностей сам обмен произошел только после вступления в силу приговора в отношении американки.
Депутат Кузнецов предлагает не обращать внимания на статусы кандидатов на обмен с точки зрения уголовного права. Это, на мой взгляд, неверно. Во время военных действий местные жители могут не только вступать в коллаборацию с новыми властями, но и одновременно с этим заниматься мародерством, грабежами и разбоями. Их вину в совершении именно этих преступлений может установить только суд. Пока этого не произошло, велик риск, что Россия может принять на свою территорию множество уголовных элементов.
Нельзя не упомянуть и о правах граждан России, осужденных за дискредитацию вооруженных сил или по иным аналогичным статьям. Кто решил, что они захотят покинуть Родину? Если бы они захотели, то сначала уехали, а затем уже начали критиковать, выходя за установленные законом пределы. Но они поступили по-другому. И скорее всего, у большинства и в мыслях нет покидать когда-либо свою страну.
Исходя из упомянутых факторов, предложение Дмитрия Кузнецова хоть и гуманно по своей сути, но вряд ли осуществимо.