В конце 50-х на цирковых и эстрадных подмостках гремела еще одна, не менее экзотическая фамилия - Кио. Загадочная аббревиатура на ярких афишах будоражила воображение и манила тайной, которую так хотелось разгадать.
Александр Стефанович (режиссер-сценарист):
"Даже те, кто не знал, что это такое, пытались эту загадку разгадать, как я, собственно, когда впервые с этим столкнулся. Это было волшебство".
Волшебство начиналось с первых тактов циркового марша, под который в окружении акробатов, клоунов и умопомрачительных ассистенток появлялся он, великий маг Эмиль Кио.
Андрей Николаев (клоун):
"Когда он только появлялся в манеже и смотрел на публику, она уже была в его власти".
Псевдоним, принесший ему славу, он придумал еще в 20-ые в самом начале карьеры. Во время гастролей в Польше Эмилю Гиршфельду хватило лишь взгляда на вывеску кинотеатра, чтобы из рядового иллюзиониста превратится в загадочного волшебника.
Ольга Кабо (актриса):
"Был какой-то кинотеатр, и в слове "кино" три буквы светились, а одна буква "н", она перегорела. Где-то я вычитала, не знаю, правда это или неправда, что фамилия Кио появилась именно при таких же обстоятельствах".
Уже через несколько лет у дверей цирка выстраивались очереди, все мечтали попасть на его знаменитый аттракцион. И дело было не только в удачно подобранном псевдониме. Гениальный менеджер Кио стал первым советским пиарщиком и продюсером собственного шоу. В стране, не знавшей слово "реклама" он выпустил собственный рекламный ролик и тысячи рекламных афиш.
Андрей Николаев (клоун):
"Он возил с собой огромное количество афиш, и фантазия художников была просто потрясающей. Я помню плакат, на котором была крупная фотография билет. Написано "Цирк Кио". И со всех сторон уже рисованные руки протягивались к этому билету".
Но даже если аншлага не случалось, у знаменитого иллюзиониста был наготове беспроигрышный трюк.
Андрей Николаев (клоун):
"Он входил в кассовый зал и смотрел, висит ли аншлаг "Все билеты проданы". Если он не видел этой таблички, он безумно злился. Он вынимал из кармана свои деньги, отдавал кассирше и говорил, чтобы через минуту здесь висела табличка, что билеты проданы".
Эмиль Кио никогда и ни с кем не делился секретами трюков, подготовку к ним и реквизит держал в строжайшей тайне.
Федор Раззаков (писатель):
"Он относился к той категории артистов, которые считали, что если мы будем эти секреты раскрывать, расшифровывать, то мы отпугнем от себя зрителя".
Знаменитый иллюзионист окружил себя клоунами и очаровательными ассистентками, а сам оставался царем и богом.
Андрей Николаев (клоун):
"Для меня было очень неудобно, когда я называл в манеже Эмиля Теодоровича товарищем. Передо мной стоял лорд, передо мной стоял граф".
Импозантный и остроумный, он пользовался оглушительным успехом у женщин. Казалось, жизнь знаменитого фокусника состоит из непрерывной череды романов. Впрочем, когда у Эмиля Кио и актриса Кошерхан Борукаевой родился долгожданный первенец, все решили, что этот союз всерьёз и надолго.
Элеонора Прохницкая (актриса):
"Она была осетинка из знатного княжеского рода, воспитанная, красавица невозможная".
Однако вернувшихся в 1945 году из эвакуации жену и сына Кио встречал уже с новой избранницей. Ослепительная 25-летняя блондинка Евгения Смирнова была на десяток лет младше предыдущей супруги и вдвое моложе самого иллюзиониста.
Элеонора Прохницкая (актриса):
"Но факт тот, что она забеременела, она родила, и когда закончилась война, и Эмильчик маленький с Кошей Александровной вернулись в Москву, то их уже встречал Эмиль Теодорович с Евгений Васильевной с Игорем в руках".
Так его большая квартира с видом на Нескучный сад превратилась в семейную коммуналку. Неясно, чем руководствовался Кио, ведя запретную жизнь двоеженца: любовью или боязнью огласки. Очевидно лишь, что счастье с двумя жёнами под одной крышей оказалось очередной иллюзией.
Элеонора Прохницкая (актриса):
"Коша Александровна настолько была интеллигентная и тихая, ее вообще не было слышно и видно в отличие от Евгении Васильевны, которая была с гонором, с характером, которая верховодила всем и Эмилем Теодоровичем"
Кио старался не замечать семейных дрязг и честно выполнял свой долг отца, мужа и кормильца для обеих семей. Кио практически жил на гастролях, чтобы обеспечить уровень сказочной жизни, достойной великого волшебника. И он по-прежнему ценил дорогие вещи, внимание красивых женщин и дружбу со знаменитостями.
Федор Раззаков (писатель):
"Все знаменитости того времени приходили к Эмилю Кио в гости. Надо было всех встретить, встретить не просто так, не пельменями какими-нибудь, а ресторанной кухней. На это на все уходили деньги, на то, чтобы поддерживать вот тот ореол популярного знаменитого артиста, надо было соответствовать тому статусу, которым он обладал".
Водитель тбилисского такси всю дорогу посматривал на необычного пассажира. Наконец, не вытерпев, он с любопытством спросил:
"Говорят, что вы, товарищ Кио, гипнотизер? Что, и меня сможете загипнотизировать"? "Конечно, вот сейчас заплачу 10 рублей, а сдачу вы мне дадите, как с сотни, - кивнул иллюзионист и, усмехнувшись, протянул водителю десятку.
Тот, как во сне отсчитал 99 рублей. Кио вышел из машины и наклонился к окошку водителя, чтобы вернуть деньги. Но перепуганный насмерть таксист резко нажал на газ. Позже Эмиль Кио все же разыскал шофера и вернул ему деньги.
Знаменитый иллюзионист никогда не претендовал на паранормальные способности, его чудеса ограничивались ареной цирка, но зрители отказывались в это верить и осаждали Кио просьбами вылечить от болезни, избавить от пьянства или приворожить неверного мужа.
Федор Раззаков (писатель):
"Вот есть такие люди, более того, не дети даже, взрослые люди, которые продолжают в это верить. И, судя по всему, такие и подходили, к Акопяну, к Эмилю Кио после представлений и просили их помочь родственникам, им, заворожить, приворожить".
Просители не подозревали, что тот, кого они считали великим волшебником, не мог сотворить чудо даже в собственной семье. Кио любил обоих своих сыновей, но судьбы братьев все больше напоминали историю принца и нищего. Серьезный и застенчивый Эмиль младший попросту терялся на фоне обаятельного и веселого красавца Игоря.
Александр Стефанович (режиссер-сценарист):
"В Москве это был человек, которого знали все как потрясающего артиста цирка, с одной стороны, а с другой стороны, знали как такого светского человека, светского льва, потому что он всегда был в окружении какие-то красивых женщин".
Однажды на него обратила внимание дочь самого генсека Галина Брежнева. Этот скандальный роман принёс Эмилю Кио немало седых волос. Но великий волшебник, который за считанные секунды распиливал и сжигал на арене ассистенток, не мог с такой же легкостью избавиться от избранницы сына, и как самый обычный человек, терпел и надеялся на чудо.
Андрей Николаев (клоун):
"Эмиль Теодорович сильно переживал, но не вмешивался. Молодые люди, что хотят, то делают".
Впрочем, роман между 18-летним артистом цирка и 36-летней дочерью генсека вывел из себя не только Кио. Скандальный брак продлился чуть больше недели.
Александр Стефанович (режиссер-сценарист):
"Когда папа, гениальный секретарь Леонид Ильич Брежнев узнал об этом, он был в страшной ярости. У Игоря забрали паспорт и вернули ему другой паспорт, в котором даже не было упоминания о том, что он был в браке и разведен".
От семейных переживаний Кио старший прятался в работу, хотя работать становилось все сложнее. Прекрасная физическая форма знаменитого артиста тоже оказалась иллюзией.
Андрей Николаев (клоун):
"У него много было болезней, у него сердце прихватывало, у него была эмфизема лёгких".
Раз за разом он выходил на арену и как ни в чём ни бывало улыбался публике, но однажды сердце иллюзиониста не выдержало.
Элеонора Прохницкая (актриса):
"Вот мы сидим, пьём чай в номере, разговариваем, рассказываем анекдоты, шутим. И вдруг Эмиль Теодорович сказал: "Ой". У него упали очки с носа, и он упал с кресла на пол. Ребята пытались его поднять, быстро вызвали скорую помощь. Он уже был мертв. Оторвался тромб. Он умер в одну секунду".
Известие о смерти великого обманщика публика поначалу приняла за новый фокус, но чуда не произошло. Советский волшебник умер, развеяв слухи о своей сказочно прекрасной жизни.
Элеонора Прохницкая (актриса):
"Когда хоронили Эмиля Теодоровича, то пришлось продать его черную Волгу. Денег не было абсолютно. Как он говорил: "Я работал на борщ".
Слава, богатство, семейное счастье и благополучие оказались лишь иллюзией, блестящей мишурой, за которой скрывалась изматывающая работа и бессонные ночи человека, так и не осилившего главный фокус - быть самим собой.
Читайте ещё: