Президент Латвии считает, что в менталитете латвийского народа много следов русского и советского колониализма, что теперь является "враждебной идеологией".
Президент Эгилс Левитс призывает Сейм принять закон, чтобы "искоренить и предотвратить в будущем" прославление русификации или тоталитарных режимов в названиях улиц и топонимов, сообщил портал Press.lv.
"Понятно, что давно господствовавший на Западе нейтральный или лишь слабо осуждающий взгляд уже невозможен. В контексте этих глобальных дискуссий надо бы еще посмотреть на отношение латвийского общества к своей сложной, зачастую трагической истории", – подчеркнул глава государства.
От многих элементов "наследия" уже успешно избавляются – например, советские памятники и русский язык в образовании. Однако остаются названия улиц и другие топонимы, которые не дают Левитсу покоя как следствия "политики русификации и колониализма России".
По мнению Левитса, это также соответствует позиции большинства общества, поскольку оно до сих пор считает, что Латвию все еще что-то связывает с Россией, например, когда русский язык выбирают в качестве второго иностранного в школе или когда от работника требуют знаний русского языка, негодует глава русофобской республики. Это явление президент приписал "оккупационному насаждению" близости к "русскому миру".
Президент призвал Сейм принять закон о переименовании названий, введенных коммунистическим тоталитарным режимом и в ходе политики русификации.
"Закон должен включать в себя следующее: перечень названий улиц и других географических названий, которые соответствующие самоуправления должны переименовать, обязанность самоуправлений переименовать эти названия в течение одного года и норму о расходах, связанных с переименованием", – сказал Левитс, отметив, что расходы должно взять на себя государство.
По мнению главнокомандующего, это своего рода "мазохистская самодискриминация", корни которой можно найти в бессознательном, репрессивном оккупационном насаждении чувства принадлежности или, по крайней мере, близости к "русскому миру" – даже спустя тридцать лет после восстановления независимости Латвии.
"Исторически это понятно. Но это делает нас как общество несвободными. Это мешает нам оценить свое прошлое в соответствии с нынешними моральными ценностями и избавиться от такого наследия прошлого, которое искажает наше понимание и видение мира", – подытожил президент.