Найти тему
ИНФОРМЕР

Укрощение китайского дракона: почему в Вашингтоне не боятся Пекина

Российские СМИ опубликовали очередную сенсацию. Оказывается, в ходе визита в Китай госсекретарь США Энтони Блинкен в своих переговорах с высшим политическим руководством Китая признал принадлежность Тайваня. И это действительно так. США не поддерживают независимость Тайваня и не намерены вступать в конфликт с Китаем, — заявил Экнтони Блинкен на встрече с директором главного управления МИД Китая Ван И. Все дело в том, что США всегда признавали принадлежность Тайваня Китаю, что впрочем никогда не мешало Вашингтону накачивать оружием остров и проводить фактическую политику по отделению Тайваня от Китая. На фоне заявлений Блинкена особо цинично выглядит предложение Тайваню принять участие в совместных командно-штабных учениях США и Японии, легенда которых предусматривает кризис в Тайваньском проливе в результате военного конфликта между Китаем и Тайванем. Нельзя не отметить и то, что глава Китай Си Цзиньпин принял приглашение об официальном визите в США. Я надеюсь, что госсекретарь Блинкен посредством этого визита сможет внести позитивный вклад в стабилизацию китайско-американских отношений, — сказал Си Цзиньпин. Он также отметил, что китайская сторона изложила свою позицию, в ходе переговоров удалось согласовать реализацию консенсуса, достигнутого по итогам его встречи с президентом США Джо Баденом в 2022 году. В итоге, аналитики оказались в ступоре, ибо с одной стороны, визит Энтони Блинкена называют чуть ли ни новой страницей в истории американо-китайских соглашений, а с другой, Китай продолжает озвучивать воинственные заявления, в то время как Вашингтон под прикрытием лозунгов дружбы с Пекином проводит воинственные действия. Но здесь и заключается ключ к разгадке происходящего. Вся воинственная риторика Китая так и остается воинственной риторикой и ничем большим. При этом, Пекин пытается наладить отношения с Вашингтоном, пытаясь получить от США место под солнцем. Именно пытаясь получить, а не пытаясь отвоевать. И здесь стоит вспомнить недавний визит президента Франции Макрона в Китай, где тот заливался соловьем, рассказывая о мире и дружбе между народами Евросоюза и Китая. А сразу же после этого было принято решение о подготовке к отправке флота Евросоюза к Тайваню. Если учитывать, что флот Евросоюза — это, прежде всего, флот Франции, то итоги визита Макрона выглядят соотвествующими. Угроза Китаю со стороны Запада нарастает, а что же Пекин? Разговоры о том, что не сегодня-завтра Китай высадит свои войска на Тайвань являются общим трендом в российском сегменте интернета. Между тем, растущая экономическая мощь Китая вызывает скорее ухмылки у парней из Вашингтона, чем серьезные опасения. Да и в политическом плане Китай как-то не стремится к обострению отношений с США. В чем причины столь странного и невнятного поведения Китая? А все очень просто, недаром сказано: политика есть лишь концентрированная экономика. Если посмотреть структуру китайского экспорта, то станет ясно, что более 70% китайских товаров идут на рынки стран Запада и его сателлитов, а на долю т.н. третьего мира приходится мизер. В этом тоже нет ничего удивительного, ибо лучшими потребителями товаров являются богатые американцы и европейцы. Но данная картинка становится еще более печальной, если учесть, что китайские товары не находят спроса в самом Китае и по весьма банальной причине: у китайцев просто нет денег, чтобы покупать свои же товары. Величие Китая, небоскребы, хайтек и все прочее — вся это китайское чудо доступно по разным подсчетам не более 10%-25% населения Китая, а уровень жизни остальных жителей Поднебесной ничем не отличим от уровня жизни, если не Африки, то Латинской Америки.

Все это классики марксизма называли просто и емко — колониальная экономика.

Данная система работает очень просто: метрополия выводит свои капиталы в колонии, где производит по дешевке товары, которые затем ввезет обратно в метрополию. Метрополия использует колонию, а колония навсегда становится зависимой от метрополии. Именно на этом и держался весь западный колониализм, но и именно на этом держится и весь западный неоколониализм. А теперь давайте представим себе, что страны Запада ввели против Китая хотя бы десятую часть санкций, которые они применили против России. Что произойдет тогда? Значительная часть населения Китая просто вымрет, а те счастливчики, которые достигли высокого западного уровня жизни и пользуются благами китайского чуда, выйдут на улицы городов и сметут любую власть. Китай, в отличие от России, не обладает даже сырьем, которое можно продавать. Проще говоря, у великого Китая есть только одно: торговля с Западом. А без этой торговли Китай просто умрет, отнюдь не в фигуральном смысле. И все это хорошо понимают парни из Вашингтона, именно поэтому потуги Китая на мировое лидерство вызывают у них усмешку. Никаким аналогом СССР Китай не является, просто потому, что у СССР был развит внутренний рынок, в этом отношении СССР ничем не отличался от США. Да, мы производили менее качественные товары, чем на Западе, но мы не только продавали самолеты в более чем 70 стран мира, мы летали на них внутри СССР. Мы производили не очень хорошие автомобили и телевизоры, но их мог купить почти любой советский человек.

Китай же есть лишь колония Запада, который поставляет товары своим хозяевам. И если хозяин сменит милость на гнев, колония просто умрет, отнюдь не в фигуральном смысле этого слова.

Но все это хорошо знают (в отличие от наших блогеров и телеграмеров) и в Пекине, потому они никогда не пойдут на открытый конфликт с Западом. Как бы Запад не унижал Пекин и как бы он не плевал ему в лицо. Ибо, все великое китайское чудо — это всего лишь большой мыльный пузырь, который может лопнуть в любое время. А все, кто думают иначе, просто ничего не понимают в экономике. Именно в этом контексте и стоит понимать визит Энтони Блинкена, который является не более чем частью политеса людоеда перед своей жертвой. Людоед может пролить слезинку и даже расчувствоваться, видя страдания своей жертвы, но при всем при этом, огонь в очаге уже горит и шампура уже наточены. Все это хорошо понимают в Китае, но сделать ничего не могут. И поэтому продолжают играть в политический политес, делая вид, что верят в раскаяние людоеда.