Гражданам России, до сих пор остающимся за границей, «необходимо задуматься», пока еще есть возможность вернуться, заявил спикер Госдумы Вячеслав Володин. «Завтра при той истерии, которая нагнетается в Западной Европе, может ее уже не быть», – написал он 19 июня в своем Telegram-канале.
Володин указал на заявление президента Чехии Петра Павла, который предложил обратить пристальное внимание спецслужб на уехавших на Запад россиян. «После таких слов нашим гражданам, до сих пор остающимся в западных странах, необходимо задуматься, куда они поехали, что нашли и что их ждет», – написал спикер Госдумы.
16 июня на пленарном заседании Петербургского международного экономического форума президент Владимир Путин заявил, что около половины уехавших граждан уже вернулись в Россию. «Ведомости» спросили у политиков и экспертов, что сейчас мешает вернуться в страну тем, кто пока не приехал, и как можно привлечь их обратно.
Вице-спикер Госдумы Петр Толстой:
«Граждане России, которые эмигрировали по каким-то причинам, могут, [например], пожертвовать своей жизнью за границей ради того, чтобы их дети, родившись там, стали полноценными гражданами тех стран, в которых они находятся. Другого пути в эмиграции нет и не бывает. Я это знаю очень неплохо и по истории своей семьи, и по истории того, что в целом происходит сейчас в Европе.
Это такой добровольный выбор – вот мы, значит, с Ларочкой уехали в Грузию, и наш Георгий будет Гогой – грузином в следующем поколении. Это вне зависимости от того, дадут ли им гражданство – это вообще дело десятое. В любом случае это сознательный выбор, и если люди его делают, то кто же их остановит. Нравится – пусть едут.
Что касается возвращаться или нет, для этого никаких условий создавать не надо. Вот есть страна большая – Россия. И если люди чувствуют себя русскими людьми и имеют какую-то совесть, гордость и чувство собственного достоинства, то, струсив один раз (человек может ошибиться), потом надо найти в себе мужество признать, что ты струсил, и спокойно вернуться к любимой кошке, бабушке, которая следит за кошкой, или к квартире бабушки, которая сдается, чтобы хватило на жизнь в Сербии или в другой стране.
Никаких условий создавать не надо, уговаривать никого не надо. Надо, чтобы пришло осознание выбора, перед которым человек находится, – и дальше человек этот выбор делает».
Первый замглавы комитета Госдумы по международным делам Светлана Журова:
«Они же [граждане, покинувшие Россию после начала спецоперации] уехали от мобилизации. Кто-то по идейным [соображениям], кто-то – от мобилизации. Вот какие условия им создать? Сказать, что их в армию не возьмут?
Для IT и так есть [бронь от мобилизации], я не знаю, зачем они уехали? Из такого вот звериного страха «а вдруг что-то пойдет не так?», «вдруг нас обманут и не будет у айтишников этой брони»? <….> Каждый всегда понимает, что могут быть, скажем, случайности, кто-то опасался... и вот уехали».
Профессор Финансового университета при правительстве РФ Александр Сафонов:
«Для большой части уехавших основным мотивом отъезда стала мобилизация. <...> Еще часть граждан испугалась изменения в худшую сторону общего привычного уклада и уровня жизни <...>. Чтобы они вернулись, очевидно, жизнь должна войти в ее прежний уклад.
Если говорить по профессиональным отраслям, то, например, вернуть IT-специалистов могло бы участие в каких-то мегапроектах. Это та же ситуация, что была с учеными, которые уезжали работать в крупные европейские институты в 1990-е и в 2000-х. Высококлассные специалисты по тем направлениям, которые за рубежом и оплачиваются лучше, и проекты у них более интересные. Для них проблема не в спецоперации, а в собственной реализации.
Если будут интересные проекты, дающие высокую зарплату и возможности самореализации, значит, они будут здесь находиться. Если наша IT-отрасль сможет предложить значимые проекты, которые позволяют специалистам развиваться, оставаться в тренде и расти в профессиональном комьюнити, то уехавшие специалисты могут вернуться. <...>
Важнейшая задача государства для еще одной категории уехавших — тех, кто были не согласны с государственной политикой, — занять роль родителя. Она состоит в том, что ребенка, который совершил ошибку, мама и папа все равно любят. Всегда готовы простить и принять. Не только на словах, но и на деле. Поэтому, в первую очередь, надо просто перестать этим людям вспоминать ошибки, которые с точки зрения государства были совершены. Никоим образом не развивать истерию в той части, что кто-то виноват и это навсегда».
Политолог Константин Калачев:
«Связи с Россией уехавшие не прерывали. И когда они читают, что этого посадили, того оштрафовали, объявили иноагентом, вряд ли это подталкивает к тому, чтобы вернуться. Поэтому нужна некоторая нормализация общественной атмосферы».
Директор Школы антропологии будущего Института общественных наук РАНХиГС Александр Асмолов:
«Главное условие возвращения уехавших состоит в том, чтобы не было никаких преград, никаких помех и никаких условий. Каждый сам принимает решение, когда приехать и когда уехать из страны. И если это станет нормой — это и будет главным условием [для возвращения]. Сегодня очень часто уехавшие подвергаются остракизму и стигматизации. Чтобы люди могли вернуться, нужно прекратить разделение на своих и чужих, уехавших и оставшихся».