Северная Корея - колоритная страна, законсервировавшая себя заживо и ставшая реликтовым образцом "красных" режимов, большинство из которых пали или переродились еще в 90-е годы. Мифы о ней сложили покруче, чем о любом из "Больших братьев" (СССР, Китай и США), причем варьируются они от безобидных (запрет на американские имена) до сочиненных фантазией больного шизофренией (расстрел генералитета из гранатометов и содержание четверти населения в концлагерях). Мы же с вами дойдем до дна этого айсберга под названием Северная Корея и распутаем все, что нам, простым обывателям, только может быть доступно. Longius imus!
Что есть - эта Северная Корея? Верх айсберга.
Корейская Народная Демократическая Республика или КНДР - таково официальное название Северной Кореи. И в том, что такая страна вообще появилась, замешан весьма необычный человек, назначивший себя в самом прямом смысле богом - Ким Ир Сен. Без него Северная Корея сейчас бы, вполне вероятно, слилась бы с собратьями с юга. Ким и есть связующее звено между верхом этого айсберга и его темным дном. О нем вначале и пойдет речь.
Ким Сон Чжу (таково настоящее ФИО героя) родился 15 апреля 1912 года в селе Намни, что ныне Мангёндэ, неподалеку от Пхеньяна, в семье чайного контрабандиста и сельского учителя Ким Хён Чжика. Его мать - Кан Бан Сок - служила протестантским дьяконом. Что любопытно, в семействе были сильны и левые взгляды, и дух христианского миссионерства. В 1920 году Кимы, преследуемые политическим сыском японцев, бежали из Кореи в город Гирин в Маньчжурии (север Китая). Однако Маньчжурия была зоной влияния Японской империи, и здесь к Кимам не пришло спокойствие. Облавы продолжились. 16 марта 1923 года 11-ти летний Ким по требованию отца в одиночку за 13 дней преодолел 400 км пути обратно в Мангёндэ, тем самым сумев спастись от японской полиции и продолжить обучение, но уже на родине. Ким Хен Чжик был скоро схвачен и от побоев умер в Гиринской тюрьме в 1926 году. В школе родного села сирота Сон Чжу начал вникать в труды великих классиков коммунизма и понял, как ему следует двигаться по жизни.
Летом 1929-го он впервые попал за решетку из-за всякого рода хулиганства, однако уже через полгода вышел на свет. С тех пор Ким начал собирать сторонников земшарной коммунистической республики и в течение последующих пяти лет вырос из никому не известного парня-идеалиста в одного из партизанских старшин, который резал японских полицейских и творил мракобесие на почте и телеграфных линиях. Весной 1937 года от собрания партизан-коммунистов Кореи на горе Пэктусан за свое мужество и смекалку он получил право командовать любым отрядом и прозвище "Ир Сен", что в переводе с корейского значит "Восходящее Солнце". С тех пор начался его быстрый карьерный рост.
4 июня 1937 году 200 партизан под командованием Кима пересекли корейско-китайскую границу и рано утром внезапно атаковали городок Почхонбо, уничтожив местный жандармский пост в составе девяти человек и ряд важных учреждений. Привлеченный для поимки "кимовцев" полковник тайной полиции Японии Сётоку Нодзоэ, по методам борьбы схожий с герцогом Альбой в Голландии, не добился никаких успехов. Если в 1937 году группы Кима совершат 23 диверсии, то в следующем - уже 40, а в 39-ом - более 70. На мосту через реку Ялуцзян в городе Синыйджу они подорвали ехавший в Харбин поезд с вооружением для Квантунской армии, а в долине реки Тэндоган в ответ на похищение нескольких партизанских командиров взяли в заложники унтер-майора жандармерии Японии Хирачи Усаяму, которого партизаны успешно обменяли на своих руководителей. Ким проводил продразверстку в отношении богатых корейцев и для борьбы с оккупацией не жалел ни себя, ни соратников. Он мог часами готовить патриотическую речь, новую атаку на гарнизоны, сложную разведывательную операцию или сделку с лояльными партизанам купцами в крупных городах. Выполнение большинства замыслов происходило слаженно и успешно, что отмечали даже его враги, такие как Ким Ён Сик, будущий писатель и эмигрант, бежавший на юг Кореи.
Сражаться с оккупантами становилось все тяжелее, японцы бросили на борьбу с партизанами даже военных. В ноябре 1940-го Ким как лицо корейских коммунистов уехал в Хабаровск. Там он стал членом Коминтерна и получил лично от Иосифа Виссарионовича, усиленно искавшего идеологических союзников, письмо, где говорилось, что Ир Сен становится под покровительство Кремля. Отныне ему был обеспечен путь в высшие эшелоны власти в будущей "красной" Корее. В марте 1941 года Ким вернулся на родину, получив от СССР, помимо прочего, вооружение и продовольствие. Превратившись в легенду корейского народного сопротивления, Ким к началу 1945-го стал капитаном 88-й советской бригады корейских коммунистов, а по освобождении полуострова от японской оккупации - Председателем оргбюро Компартии Кореи. Однако Ким мечтал теперь вовсе не о воссоединении страны под эгидой коммунизма, как ему хотелось в юные годы, а о собственном единовластии над всем полуостровом. Для достижения поставленной задачи он стал собирать с нуля корейские вооруженные силы. Ким готов был предоставить всю свою землю для советских ученых, военных и разного рода специалистов, лишь бы у него появилась мощная армия.
Амбиции Ким Ир Сена вылились в острое противостояние с не менее хитроумным Ли Сын Маном, профессором Мичиганского Университета. В ответ на образование 15 августа 1948-го в американской оккупационной зоне прозападной Республики Корея во главе с Сын Маном, ставшим президентом, Ким 9 сентября того же года провозглашает независимую КНДР.
Получив зеленый свет от Кремля, Ким объявляет южному соседу войну. Однако блестяще начатая маршем на Пусан на рассвете 25 июня 1950 года кампания из-за вступления в конфликт Штатов и стран НАТО закончилась полной катастрофой для Ир Сена. 27 июля 1953 года было подписано перемирие, фактически окончившее Корейскую войну. КНДР потеряла из 12 миллионов своего довоенного населения целый миллион одними только погибшими, включая почти весь костяк Корейской Народной Армии, еще около 2 миллионов за годы войны переехали на юг. Пхеньян обратился в сплошные руины, народ страдал и голодал, страна дымилась от недавних бомбардировок и яростных обстрелов. И тем не менее Ким Ир Сен сразу же проводит на обломках столицы... парад Победы, где всевозможно восхваляет армию КНДР и обещает отстроить родину в кратчайшие сроки.
Теперь, когда народ ослаблен и угнетен, он возводит себя в роль "отца нации", причем в буквальном смысле. Ким создает на своей даче в Мангёндэ школу имени себя, отводит огромный участок для северокорейских пионеров и усыновляет свыше 5 тысяч сирот только за 1954 год. К концу 50-х его сыновьями считаются до 40 тысяч детей КНДР, для которых он не жалеет денег. В обмен на это из детей, спасенных Кимом, по достижении ими 16 лет формируются батальоны Красной Гвардии КНДР, а по факту - фанатично преданные Киму хранители его режима. Ир Сен заменит им семью, и эти выросшие и спасенные им в прошлом дети и подростки будут оберегать лидера страны как зеницу ока. Они станут ядром офицерства КНА и одновременно начнут выполнять роль такую же, какую изначально СС имели в Третьем Рейхе - очищение страны от оппозиционных элементов. Ким раскрутит политическую идею, основанную на старом корейском буддизме - "Чхондогё" (천도교). По легенде этой идеологии, предкам корейцев из КНДР была дана до нашей эры власть над всем, кроме божественной силы. Эту самую силу в себе воплотил лично Ким, который, как следствие, и есть Бог. В то время как жители Южной Кореи - несчастные, пошедшие за Дьяволом и отказавшиеся от благоденствия в пользу американского образа жизни. Эту безумную мысль до умов будет доводить "фабрика пропаганды" КНДР - партия "Молодых друзей Небесного пути". Они имели свыше 300 тысяч членов на 1953 год (3,3% населения).
Почему же корейцы не взбунтовались против откровенного бреда? Было некому, ведь все образованные буржуа к 1960 году потеряли не только доходы, но и право голоса. Члены партии демократов и либерального общества "Чхонудан" либо сбежали в Южную Корею, либо были отправлены в армию, где их перевоспитали. Никаких убийств не происходило. Ким действовал с искусностью потомственного дипломата и не навлекал на себя ни малейшего гнева народа.
Ремесленники - "шинходжи" - подальше от голода и бедности собрались в общины в нескольких городах, каждая из которых для постоянного контроля властями получила свой военный гарнизон и систему наблюдения. Из шинходжи Ким сделал основу индустриальной экономики - пролетариат, усилиями которого в КНДР будут созданы железные дороги, автострады, предприятия, жилая инфраструктура и главное - оборонная промышленность. Для становления уважаемым рабочим ремесленник должен был пройти 5 лет службы в армии, где он получал сдельную оплату за общественный труд и минимум военных навыков. Едва армия заканчивалась, шинходжи отправлялся на регистрацию в "Комитет Тэанской программы" (не задумывайтесь о названиях в КНДР) и становился членом Трудовой партии Кореи (наследница компартии Кореи), условным "сыном" Кима и прикреплялся к предприятию и общине. Это не давало шинходжи ничего, кроме трех мисок риса в день и уверенности в завтрашнем дне. Однако и это уже было много для недавно умирающего с голода бедолаги.
В деревне дела обстояли иначе, но в чем-то похоже. Зажиточные крестьяне по распоряжению Кима были разорены искуственно заниженными ценами на рис и зерно, а 95% рынков страны по указу от 4 июня 1956 года переводились на госконтроль. Все кулаки были направлены в колхозы, насчитывающие от десяти тысяч человек. Они должны были содержать тружеников угля и стали, отдавая государству весь урожай, и служить в войсках также 5 лет, но уже для того, чтобы получить паспорт КНДР. Их семьи уходили в "трудовой ресурс" - людей без прав, но на государственном содержании. В случае успехов колхоза, например перевыполнения урожайного плана, каждый получал прибавку к зарплате или что-нибудь еще, тем самым крестьян не дразнили шикарной жизнью, но зато поощрали. Чтобы занять народ, Ким принял ряд весьма мудрых решений. По пятницам еженедельно праздновался день освобождения от американских хищников, в первую неделю ноября проходили спортивные состязания у колхозов, в первую неделю января - у общин шинходжи. Еще Ким любил как бы случайно заезжать в какую-нибудь деревню или город, после чего раздавал каждому встречному подарки, путевки в термальные источники или даже в Пхеньян и партийные значки (пипха-сонбу), дававшие такие же привилегии, как паспорт, чем Ким еще больше поднимал себе популярность.
С 1965 года в стране начались археологические поиски некоего "Чхолимма", мифического единорога, умевшего преодолевать расстояние в "тысячу ли", или 400 километров, чем пропагандисты намекали на то, что раз именно это расстояние прошел Ким от Гирина до Мангёндэ в 11 лет, значит он и есть потомок всадника этого животного.
Как ни странно, но многое из перечисленного дало позитивные результаты. Избавившись, наконец, в 1961-м от абсолютного патронажа Кремля, КНДР стала первой экономикой Азии до тех пор, пока не случился экономический бум в Японии. Тяжелая промышленность, в частности черная металлургия и добыча железной руды и золота, достигли четверти в ВВП по ППС (паритету покупательской способности) уже к 1963 году. В том же году ВВП КНДР в долларах составил миллиард. Хотя вложения в Южную Корею американских компаний несоизмеримо крупнее советских инвестиций в КНДР, Северная Корея сумела пройти путь от сельскохозяйственного захолустья до промышленной державы менее чем за 20 лет. При Киме страна следовала принципам автаркии - полного импортозамещения во всех отраслях экономики. Развитию экономики способствовала идея "чучхе" (주체), разработанная в 1950-е лично "Восходящим Солнцем". Идея утверждала, что опираться Северной Корее на что-то кроме, как на свои силы и ресурсы - бессмысленно и чревато мрачными последствиями.
Открытые для любого коммерсанта рынки в порту Кэсон и городе Сунчхон предоставили режиму Кима стабильное снабжение контрабандой - японской электроникой, американскими автомобильными двигателями и прочими важными для собственной промышленности товарами. В 1964 году "AirKoryo", авиакомпания-монополист КНДР, начала выпуск копий французских реактивных бомбардировщиков Sud Aviation Vautour, а в 1980 году выпустила первый образец "KoryoAvia" - копию британо-французских пассажирских сверхзвуковых гигантов "Конкорд", причем Ким Ир Сен не тратился ни на покупку лицензии, ни на разработку силовой установки, крыла, фюзеляжа или чего-то другого.
Это, пожалуй, самые громкие случаи из всех. Кроме самолетов под копирование попали спорткары 190SL R12 компании "Mercedes-Benz" и даже синтезаторы известного бренда "Yamaha".
В 1975-79 гг. Ким Ир Сен произвел через СССР крупные закупки нефти, чем обеспечил свою страну архиважным энергоресурсом и избежал сильного обвала экономики после мирового нефтяного коллапса 1980 года. Однако растущий долг перед Японией и Китаем вынудил КНДР объявить о дефолте в том же году. К 1986 году экономика КНДР вылезла из дефолта и начала расти со скоростью 8% в год, однако через два года стала опять стагнировать. Сказались резкое сокращение инвестиций Москвы и отсутствие сильного бизнеса, способного поднять рынок на новый уровень. В 1990 году КНДР стала благодаря урезанию военного бюджета понемногу сокращать внешний долг в 3 миллиарда долларов и давать взаймы китайским бизнесменам, вьетнамскому правительству и режимам ряда стран Африки, влезая везде, где только намечалась прибыль. В 1992 году Ким даже стал снимать санкции на массовый ввоз западных товаров и японских станков, но не решился проводить это слишком масштабно. Он знал, что свободный рынок прикончит его режим одним мановением руки.
Ким Ир Сен сделал из Северной Кореи вначале мощную, а позже просто стабильную экономику. Во многом, в основном в делах, связанных с крупным рынком, он шел на очень большой для его страны риск. В июне 1994 года Ким встретился в Пхеньяне с экс-президентом США Джимми Картером, а 8 июля того же года Ким Ир Сена не стало.
До конца его почти 49-ти летнего правления (сентябрь 1945 - июль 1994 гг.) страна не испытывала серьезных проблем ни в экономике, ни в политике, ни в социальной сфере. На момент его кончины население КНДР составляло около 23 миллионов человек, а экономика - 8 миллиардов и 300 миллионов долларов США. Однако все это - лишь верхушка айсберга...
При создании статьи солидную помощь оказали книги "Предатель в Северной Корее" норвежского художника и режиссера Мортена Тровика и "Северная Корея в кармане" филолога и корееведа Олега Владимировича Кирьянова, а также статьи российского востоковеда и корееведа Андрея Николаевича Ланькова и ряд публикаций Университета им. Ким Ир Сена в Пхеньяне.