Стояла солнечная ранняя осень. Это было много лет назад, в другом городе, в другой жизни, где мама была жива. Мы пошли прогуляться по городу. Высокие окна кафе (это была "Лакомка") были щедро украшены к осени: над головой - рябиновые гирлянды, на низком подоконнике - кленовые букеты и корзинки с осенними фруктами. Вдоль окон тянулись светлые столешницы, типа барной стойки: можно выпить кофе с видом на осеннюю улицу в прохладном солнечном блеске... Этим видом мы и соблазнились. Зашли, сели у окна. И тут внизу, под столом, вокруг наших ног что-то зашуршало, застучало, затрепетало...
Там, в тесном пространстве между оконным стеклом и столешницей, в лабиринте корзин и букетов, метался воробьишка. Как сказала нам кассир, он давно туда залетел. Ни выманить, ни выловить его не смогли - стоило протянуть руку, как он шарахался в самый дальний, недосягаемый угол. Боялся.
Мы тоже попробовали. И так, и этак пытались дотянуться, я даже под стол лазила - нет, не вызволить птичку.
Допили кофе и вышли. Мама остановилась напротив витрины. Мечущегося воробья было хорошо видно сквозь стекло. Она поймала его взглядом и ненадолго замолчала. Это было очень сосредоточенное молчание, и я тоже примолкла. Затем она вполголоса сказала:
- Вправо и вверх!
И... воробей пошел вправо и вверх! Вылетел наконец из своего лабиринта, взмыл под самый потолок кафе. Как там было дальше, не знаю, но думаю, оттуда уж он нашел дверь и выход на свободу. А мы пошли дальше. В самом низу улицы празднично мерцало море.
- Ты что, думала, что он тебя поймет? - спросила я.
- Да нет... Слова - это скорее для меня. А я ему я просто... настойчиво думала маршрут.
- Образами?
- Ну да. Представляла движение в нужном направлении.
- И как тебе это пришло в голову?
- Ну, есть же есть гипотеза, что перелетные птицы ориентируются по магнитному полю Земли? Мысли - тоже электромагнитная деятельность. Я подумала, вдруг сработает.
Солнце, и ветер, и сентябрьское море. Давно это было...