- Петровна, выходи, покалякаем на лавочке. Или дел опять много? – поверх забора показалась голова закадычной подруги Нины Петровны Любы.
- А ты что, Ильинична, все дела чтоль сегодня переделала? – Нина Петровна уже открывала калитку, чтобы выйти на тихую деревенскую улицу.
- Да их разве переделаешь… - неопределённо махнула рукой Любовь Ильинична.
- А я и не тороплюсь с делами, Наденька приехала опять с Виталиком, помогут на выходных, – подбоченилась Нина.
- Повезло тебе всё-таки, Петровна, со снохой – помощница.
- И не говори, Ильинична. Хоть одна из них путная. – В очередной раз пожаловалась Петровна.
Старшую из двух снох Петровна не сказать что ненавидела, но недолюбливала точно. Считала Лену ленивой и слишком высокомерной. Приезжала в деревню к Нине Петровне она с мужем Романом редко, да и звонила не часто, оправдывая это большой загруженностью на работе. Свекрови в огороде не помогала, говоря, что бережет руки. Нина Петровна понимала, что Лена первоклассный хирург, и действительно очень занята на работе, но неприятный осадок с каждым разом рос всё больше и больше.
То ли дело Наденька, жена младшего сына Виталика, девочка уважительная и простая. Называла свекровь мамой, а не по имени и отчеству, как Лена. Приезжали часто, на выходные и праздники, иногда в кампании друзей. Благо дом был большой, покойный муж Нины Петровны занимал довольно высокий пост на работе. Нина Петровна старалась к их приезду наготовить вкусностей, чтобы дети могли отдохнуть на выходных. В саду и огороде дел было не так много, чтобы загружать сына и сноху работой. В основном всё делала сама Нина Петровна, да ещё приходила три раза в неделю нанятая Леной помощница, лишь бы той самой не приезжать.
- Ох, Ильинична, хорошо-то как сегодня вечером! Тихо, свежо… Что ни говори, а я нашу деревню ни на что не променяю!
- И не говори, Петровна! Хорошо у нас, недаром городские в нашей деревне дома покупают втридорога, и мне предлагали хорошие деньги за мой дом. А мне они зачем? Дети устроенные, живут хорошо, а я уж тут родилась, тут и помру…
Подруги долго сидели на лавочке, наслаждаясь тихим летним вечером, когда солнце уже зашло, оставляя на небе красивые розоватые разводы, воздух остывал и постепенно опускалась ночная прохлада.
После посиделок, Нина Петровна решила пойти посмотреть, окинуть хозяйским взглядом свой огород. Это доставляло ей какое-то моральное удовлетворение – смотреть на дело своих рук. Вот и клубничка наливается, краснеет, и чесночок уже можно молоденький сорвать…
- И долго мне ещё перед ней бисер метать? Живёт одна в таком огромном доме! – голос Наденьки прервал мысли Нины Петровны.
Нина Петровна сначала даже не поняла, откуда доносится голос. Присмотревшись в сумерках к дому, она заметила приоткрытое окно, голос на грани истерики явно доносился из него. Женщина прислушалась…
- Да потише ты, мама услышит, - Виталик пытался образумить жену, - я попытаюсь завести разговор завтра с мамой.
- Вот и попытайся! Таскаемся сюда уже сколько, угождаем ей! А у меня, между прочим, молодость проходит! Жить надо сейчас! И жить хорошо! Этот дом можно продать хорошо, дорого. И нам на жизнь хватит и матери твоей на маленькую квартирку, ей ни к чему такие хоромы!
- Я с Ромкой разговаривал, просил его с матерью поговорить тоже, а он ни в какую…
- Ленка ещё влезает, говорит, что это гнездо родителей, его трогать нельзя, пусть Нина Петровна сама решает, они со свёкром заработали, ей там и жить. Тоже мне умная нашлась, свекровь пожалела…
Голоса стихли… Нина Петровна ещё долго стояла, задумавшись, тяжело вздыхая и качая головой. Мысли были нерадостные, в голове многое не укладывалось. Через некоторое время, словно придумав что-то коварное, Нина Петровна усмехнулась и негромко сказала сама себе:
- Ну-ну, мы ещё посмотрим…
Утром Нина Петровна готовила завтрак, напевая что-то тихонько. Сын со снохой проснулись поздно, сели за стол завтракать.
- Мама, тебе не страшно жить одной в таком большом доме? В нашей деревне появилось много новых жителей, да и просто приезжих на лето… - Завёл разговор Виталик.
- Да, мама, мы ведь переживаем за Вас, - поддакнула Надежда.
- Не переживайте, я не останусь одна. Уже давно хотела рассказать про Степана Андреевича, да всё думала… Он ещё мужчина в самом соку, хоть и в возрасте, ходит за мной, замуж предлагает, а я всё отказывалась. Он вдовец, дочки у него живут с внуками, разведённые. Вот и решила теперь согласится… И в доме нашем пусто не будет. Я же знаю, что Вы за меня переживаете, любите меня, - усмехнулась Нина Петровна, глядя на ошарашенное лицо снохи и сына.