Тем, что дело о дикой трагедии в онкодиспансере наконец-то — спустя четыре года — добралось до суда, почему-то не похвалились ни в региональном управлении СКР, ни в областной прокуратуре. Стойкое молчание сохранилось даже после того, как об этом прознали журналисты, от которых пришлось в одиночку отбиваться пресс-службе Центрального суда.
Хотя согласна: поводов для профессиональной гордости немного. По версии следователей, обвинительное заключение которых утвердили прокуроры, за то, что больную раком женщину раздавил аппарат лучевой терапии Teragam, нелегально купленный чиновниками облздрава в 2005 году, 14 лет работавший на честном слове на глазах чиновников же, двух главврачей и многочисленных контролёров, два последних года не проходивший техобслуживание в специализированной организации... За всё это, считают следователи и прокуроры, должны ответить двое: заместитель главного врача диспансера по технике Дмитрий Седов и начальник технического отдела Константин Хмыров. Их обвинили в халатности, повлекшей гибель человека, — до пяти лет колонии.
— Согласно результатам судебно-технической экспертизы причиной произошедшего стала неисправность системы безопасности гамма-терапевтического аппарата, которую можно было бы предотвратить при надлежащем техническом обслуживании, — сообщили «МОЁ!» в региональном управлении СКР. — В ходе следствия установлено, что ответственными лицами за техническое обслуживание являлись Седов Д.В. и Хмыров К.А., которые ненадлежащим образом осуществляли свои должностные обязанности.
О том, что и почему случилось в воронежском областном онкологическом диспансере 22 мая 2019-го, я подробно рассказала через три недели после трагедии. О том, от кого, за сколько миллионов рублей, по каким сомнительным схемам в 2005 году наши чиновники и врачебная верхушка притаранили в диспансер незарегистрированный облучатель якобы чешского производства, а по факту — собранный непонятно из каких запчастей в непонятно каком московском подвале. Руководителем департамента здравоохранения тогда был Евгений Мезенцев. Его замом — нынешний главврач больницы «Электроника» Михаил Иванов. Диспансер возглавлял Николай Чевардов — сейчас он медицинский директор частного онкоцентра на Остужева, который на 99,99 % принадлежит оффшорной компании с пропиской на Кипре. После ухода Чевардова на повышение, с 2012-го главным врачом диспансера стал Иван Мошуров. Это при нём погибла 52-летняя Валентина, при нём с 2017-го и без того дышавший на ладан агрегат по чьему-то решению перестал проходить техобслуживание в специализированной организации «Сибур» — его «проводили своими силами».
Комиссия федерального Росздравнадзора позже подтвердила выводы моего журналистского расследования: 14 лет в нашем областном онкодиспансере работал нелегальный аппарат лучевой терапии, напрямую угрожавший здоровью и жизни пациентов, он не вписывался в технические параметры ни одной модели «Терагамов», зарегистрированных в России. Отчёт ведомства с подробным описанием всех нарушений до сих пор на его сайте.
…Помню, в моём расследовании мне очень помогли чехи — представители компании, в своё время производившей «Терагам». И московский предприниматель, который в 2000-х был её официальным представителем в нашей стране. Почитайте: часть I, часть II.
Сейчас, когда стали известны результаты расследования, редакция «МОЁ!» снова направила запросы в департамент здравоохранения — в том числе о том, какие должности занимали Дмитрий Седов и Константин Хмыров во время закупки «Терагама», проводилось ли после трагедии служебное расследование, кого и как наказали. Ответом было это:
«В соответствии со ст. 24 Конституции РФ, сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. В связи с тем, что на Седова Д.В. и Хмырова К.А. распространяется ст. 161 УПК РФ, дать своё согласие на распространение своих персональных данных они не могут.
На основании изложенного, и руководствуясь ст. 24 Конституции РФ, гл.14 ТК РФ, а также Федеральным законом от 27.07.2006 г. №152-ФЗ «О персональных данных», предоставить информацию на поставленные вопросы о сотрудниках не предоставляется возможным.
В настоящий момент аппарат «Терагам» находится в лечебном корпусе № 1 БУЗ ВО «ВОКОД» (г. Воронеж, ул. Каляева, д. 2). Применение аппарата приостановлено и не представляет угрозы здоровью и жизни пациентов».
Статья 161 Уголовно-процессуального кодекса РФ — о недопустимости разглашения данных предварительного следствия без разрешения самого следствия. Направили мы запрос и в областное управление СКР — он перед вами.
А вот — ответ.
Как это комментировать, я не знаю. Думаю, нужные слова вы подберёте сами.