- Шарлотта Бронте «Джейн Эйр»
На данный момент известно о девяти переводах романа на русский язык, при этом первые пять были сделаны в XIX столетии, а из четырёх, относящихся к XX веку, два выполнены в дореволюционную эпоху, остальные два — в советскую.
Ранние события, где осиротевшая Джейн отправляется в суровую школу, основаны на личном опыте Шарлотты Бронте. Две ее сестры умерли в детстве в результате плохих условий в интернате.
Бронте в книге избегает некоторых штампов викторианского романа, например, не выводит примирение между Джейн и умирающей тёткой.
2.Владимир Набоков «Лолита»
Написан на английском языке, опубликован в 1955 году в парижском издательстве «Олимпия Пресс», впоследствии, во второй половине 1960-х годов, переведён Набоковым на русский язык.
Идея перевода «Лолиты» на русский язык принадлежала младшему брату Набокова Кириллу. Владимир попросил его прислать пробный отрывок, предполагалось, что в работе над переводом будет участвовать также и их сестра Елена. Но дело не пошло, и Набоков самостоятельно перевёл «Лолиту» с английского на русский; перевод вышел в 1967 году в нью-йоркском издательстве Phaedra.
3.Дж. Р.Р. Толкиен «Властелин колец»
Толкин был учёным-филологом, профессором Оксфордского университета. Он подчёркивал, что его произведения «носят филологический характер»: «Властелин колец» «вдохновлён в основе своей лингвистикой … В основании его — придумывание языков. Истории сочинялись для того, чтобы создать мир для языков, нежели наоборот.
4.Маргарет Этвуд «Рассказ Служанки»
Маргарет Этвуд утверждала, что не считает свою книгу «научной фантастикой», предпочитая термин speculative fiction: по её словам, книги первого рода описывают вещи, которые не могут пока произойти, вроде путешествия в другую вселенную, в то время как действие книг второго рода происходит на Земле, и появляющиеся в них вещи уже существуют в том или ином виде. Этвуд подмечала тенденции, уже существующие в Америке 1980-х годов, и в своей прозе намеренно доводила их до «логического завершения».
5.Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита»
За пять месяцев до смерти Михаил Афанасьевич составил завещание, согласно которому забота о рукописях поручалась наследнице — Елене Сергеевне Булгаковой. На доработку «Мастера и Маргариты» вдова писателя потратила более двадцати лет.