Жила у нас собака по кличке Шайтан. Очень общительный был пес, компанейский. Бывало, привяжешь его возле будки днем и пойдешь в огороде копаться, казалось бы – лежи на солнышке, глазей вокруг, ан нет, ему непременно надо компанию. Скулит, ямы роет, прыгает, мол, отцепляй меня, хозяйка, к тебе хочу!
Больше всего обожал он выезды на природу. Да только в людных местах приходилось его привязывать к машине, уж больно любил он знакомиться с другими отдыхающими, а те, завидев громадного черного пса, со всех ног несущегося к ним с приветственным оскалом, отчего-то сильно пугались.
Как-то раз собрались мы всей ватагой на речку. Июль, жара, в УАЗике духотища. Только встали на берегу, высыпались как горох из авто и в воду. Плаваем, плещемся, балуемся. Слышим, скулит Шайтан, лает, аж до визга, мол, и мне, и мне купаться! Осмотрели бережок, вроде никого. Ладно, думаем, можно и отвязать, пускай порезвится. Отцепили карабин, и Шайтан стрелой в реку. Что такое?
Глядим, а на середине реки прямо против течения гребет отец, размашисто, профессионально. Ему в радость прохладная водица, он с детства на прудах, плавает как рыба.
Шайтан, обычно не заходивший дальше, чем по шею, внезапно с самого берега с громким плюхом ринулся в заводь и вплавь по прямой со скоростью крейсера направился к отцу. Ну, думаем, спасать плывет, до чего умный пес!
Тут слышим крики, ругань на весь пляж. Отец вне себя от злости одной рукой гребет, чтобы удержаться на поверхности, другой Шайтана отгоняет, а тот плавает вокруг него, хочет подобраться поближе.
– Заберите вы его от меня! – кричит отец.
Мы давай кликать:
– Шайтан, Шайтан!
А тот ноль внимания.
Кое-как выбрались они на берег, смотрим, а у отца вся спина в длинных царапинах. Оказалось, что наш храбрый Шайтан, одержимый идеей непременно спасти отца, доплыл до середины реки. Там он решил оплыть отца и зайти ему в спину, чтобы, словно пастух заблудшую овцу, подгонять того к берегу. Да только не учел пес, что когти у него по четыре сантиметра, и что, загребая длинными лапами под водой, попадает он острыми когтями прямо по спине отца.
С тех пор, когда мы резвились в воде, Шайтана с привязи больше не отпускали. А отец с ним помирился на обратном пути, когда отдал ему половину своего мороженого!