Пролог
Космический корабль малого класса, предназначенный для сверхдальних перелётов повышенной комфортности, появился у звезды созвездия из пустоты. Кипельно-белая яхта имела огромное количество вооружения. По бокам на половину борта был изображён герб – Серп и Молот и имелась большая надпись «НХС-2301».
Капитан сидел в рубке управления и всматривался в пустоту. Мощный искин уже сделал все вычисления и сообщил ему напрямую в мысли:
«Капитан, эта система обитаема и имеет разумную жизнь».
Внешности капитана позавидовали бы многие. Каштановые волосы с идеальной короткой причёской, на лице не единой морщины, живой взгляд серо-голубых глаз и выразительный округлый подбородок. Никто не дал бы ему двести лет — максимум тридцать. На нём был лётный комбинезон, идеально сидящий на нём, будто пошитый на заказ по его фигуре. Он носил два ремня: один для чего-то, что с виду смахивало на пистолет, но им не являлось и один для ножа. На спинке кресла лежала кепка с эмблемой серпа и молота. На его лице расплылась улыбка.
Он встал с кресла и с хрустом потянулся, после чего обратился к девушке, сидевшей в соседнем кресле:
- Сабрина, ты давно просила меня об остановке. Может, нам стоит отдохнуть и поваляться на каком-нибудь острове у океана на этой планете?
- Мой Император, я только ЗА! – она искренне обрадовалась. Глаза засияли восторгом, уголки губ приподнялись и пропало напряжение на лице, с которым она вглядывалась в космические мониторы.
Она была молода, и поэтому ей хотелось отдыха и развлечений вместо скучных прыжков в параллельные миры. У нее были шелковистые чёрные волосы, которые завивались за уши. Тёмные глаза, в которых скрывалась бесконечная бездна, но они блестели надеждой. Невинное лицо, но оно рассказывало неизвестную историю. На ней было надето длинное чёрное платье, разделённое на две части и серебряная накидка, обёрнутая вокруг её плеч. На шее красовалось платиновое ожерелье с тёмно-синим камнем по центру. На правой руке бросался в глаза простой на вид браслет, сделанный из какого-то неизвестного металла.
Уже на протяжении двух лет Император бороздил просторы миров и составлял карты и названия всем мирам, в которых он появлялся. Разведка всегда полезна, если ты знаешь, что где-то в другом мире живут существа, способные поглощать души людей целой страны одним щелчком пальца, и эта мысль не давала Святославу покоя.
Исследуя параллельные миры и проводя исследования, Святослав заметил, что многие миры разрушены или пусты. Лишь несколько десятков миров были заселены людьми или другими расами.
Он всё время появлялся примерно в одной точке галактики в рукаве Ориона, в солнечной системе у планеты, которая была третьей от звезды. В его мире она называлась Земля, и была его родиной.
Перемещения между мирами целого коробля размером с два футбольных поля тратило огромное количество магических сил Звягинцева, поэтому ему хотелось немного отдохнуть и развеяться. Он отдал мысленную команду искину о приготовлении шаттла для спуска на планету.
Несмотря на то, что он способен запросто телепортироваться в любую точку планеты, хотелось провести отдых с комфортом и пользой.
В шаттле, который по комфорту сопоставим с президентским номером люкс, было всё, что нужно человеку для жизни. Каюты для прислуги, оружейная, малая лаборатория и в главной каюте огромная кровать. Можно сказать, что это царица всех кроватей. Да что там царица – императрица! На такую лежанку можно затащить дюжину девушек, и места останется ещё для стольких же.
После исследования планеты капитан выяснил, что планета полностью повторяет его родную. Примерно такие же государства и расположение их границ на конец двадцатого века. Он решил отправиться на маленький островок рядом с южной Америкой. Для спуска на поверхность планеты было выделено пять дублей охраны.
Создание дублей – особая способность Святослава, которую ему обеспечивает инопланетный артефакт, внедрившийся в его биоэнергетику. Он случайно обнаружил этот артефакт во времена бурной молодости. Тогда в его родной Волгоград началось нашествия буйных инопланетян, которые думали, будто они попали в реалистичную игру в виртуальной реальности. Эти двинутые на всю голову инопланетяне присутствовали в его родном мире в виде бессмертных аватаров, которые по своему исполнению напоминали его дубли. Поэтому пришельцы ничего не боялись и творили жуткие вещи, о которых Святослав не хотел бы вспоминать, но идеальная память не давала ему ничего забыть.
Доппели или дубли полностью копируют внешность, силу и способности обладателя артефакта. По итогу получились могучие маги с запредельными физическими характеристиками и прочностью тела. Даже одного такого достаточно, чтобы уничтожить целый континент, а пятеро разнесут всю планету. Но их главное предназначение не в этом, а в защите важной персоны – своего создателя и его спутницы.
Сабрина была в восторге от того, что ей, наконец, удалось выбраться на свежий воздух, ещё и на курортный остров. Последняя остановка в их продолжительном путешествии состоялась полгода назад. Для двухсотлетнего мужчины это не столь значительный срок, но не для неё – недавней студентки магической академии.
Остров будто сошёл с открытки о райском месте для отдыха – он был покрыт белоснежным песком и зелёными пальмами.
Святослав и Сабрина разлеглись на шезлонгах в тени пальм. Шезлонги никто не приносил –. Для стороннего наблюдателя могло показаться, будто они появились из ниоткуда, но на самом деле Святослав их создал с помощью магии без слов и жестов – одной лишь силой мысли. Тень прикрывала парочку от палящих лучей Солнца, легкий морской бриз и шум волн навевали спокойствие.
- Саб, - непринуждённо начал Святослав, - как ты смогла так быстро закончить пять курсов академии?
- Я взяла академический отпуск, - Сабрина смущённо посмотрела на императора Советской Космической Империи, хоть и на пенсии. - Мне пришлось сказать, что я отправляюсь на другую планету для ухода за дедушкой.
Звягинцев громко рассмеялся.
- Ты хотя бы не обманула ректора… За «дедушкой» нужен уход и кое-что сверх этого… - вскочив с шезлонга, он схватил девушку в обнимку и одним прыжком переместился в океан.
После купания и любовных утех оба разлеглись на кровати в главной каюте. Слава просматривал в голове отсканированную и разложенную искином по полочкам историю этой планеты.
Америка – мировое зло. Китай плодится и развивается. А ВЕЛИКУЮ СТРАНУ СССР развалили на отдельные республики и страны.
- О, Боже! – простонал он.
Как же тут всё было похоже на тот мир, откуда на его родину прибыли пришельцы сто семьдесят лет назад, и попытались её разрушить.
Из глубины мыслей его вырвала криком Сабрина:
- Смотри, какой милый!
Она держала в руках крупного хомяка. Здоровые щёки были надуты и шерсть была очень гладкой
Раздался противный писк.
Святослав удивлённо заметил, что мир просто остановился. Даже духи в слоях ауры замерли.
«Здравствуй, ничтожество! – пронеслось в голове у императора. – Каким лешим здесь оказался мой хомякопоклоник, модератор Неведомо Хреновый Сантехник?!»
Взглянув с помощью магии в астрал, Звягинцев увидел такое огромное количество манны вокруг хомяка, что ужаснулся.
«Ты прошёл всю игру «Коммунизм настоящего» и считаешь, что победил в игре? – продолжил звучать в его голове хомячий голос.
Звягинцев только и мог молча лежать. Даже его Костюмчик не реагировал на ментальный зов.
«Ну что же, - продолжил хомяк, - получай свой приз!»
Хомячий писк – это было последнее, что услышал Император СКН, прежде чем потерять сознание...
Глава 1
Звягинцев громко закашлялся и с трудом открыл глаза. Вокруг были обшарпанные стены в побелке и тусклая лампочка, свисавшая с низкого потолка. Он лежал на грязном диване, а рядом молотил холодильник ЗИЛ. Жутко болела голова, а сил не было даже чтобы пошевелиться.
Он не мог понять, что произошло и где он находится. Последнее, что он помнил – это как вчера с напарником они решили подкалымить и поставить пару радиаторов милой бабуле с соседнего подъезда. Но работа пошла не по плану – сгнили резьбы на стояке, пришлось нарезать новые. Закончили они поздно ночью было, после чего было решено не идти домой, а завалиться спать в слесарке.
Влада Григорьевна, у которой они так долго провозились с ремонтом, в дополнение к деньгам за работу выдала им пузырь беленькой. Старушка была воспитана ещё при социализме и прекрасно знала, чем завоевать сердца сантехников.
Пузырь быстро был выпит на пару с напарником Игорем.
Звягинцев после распития алкоголя прямо в спецовке завалился спать на одну из нескольких самодельных кроватей, сооруженных в слесарке.
- Игорян, уходить будешь – закрой слесарку! - крикнул он напарнику.
«Ему хорошо, - подумал он вслед Игорю. – У него квартира от деда досталась прямо в центре, в двух домах от слесарки. Дома спит жена и дожидаются на кухне остывшие котлеты. На обед он ходит домой. И если нет заявок, то сидит дома у телевизора».
Но Стас знал, что сегодня Игорь не пойдёт домой, а рванет к любовнице Марине. Она тоже работала в том же ЖЭУ мастерицей у дворников. Так он делал каждые три дня, когда они вместе дежурили в Аварийно-ремонтной службе-аварийке, если говорить по простому. Станислав в конторе, а Игорь к Марине под бочок. Он часто говорил: «Если есть заявки – звони, я прибегу. Тут рядом – соседний подъезд от конторы». Только вопреки словам Игорь часто просто не брал трубку, когда Звягинцев звонил сообщить об очередном прорыве водопровода, на который нужно срочно бежать. Но возразить у Звягинцева на такой расклад дел не хватало авторитета.
С трудом поднявшись с дивана, он умылся в раковине, но легче не стало.
- Карга старая! – прохрипел он. - Мало того, что лазает по подвалу и ищет мне лишнюю работу, так ещё и отравить меня хочет паленой водярой! Вот и помогай им после этого.
Он снова упал на диван и достал телефон nokia-N73 – придел мечтаний и возможности для молодого слесаря-сантехника третьего разряда, окончившего Строительный техникум города Волгограда всего полтора года назад. Сразу после диплома об окончании он на целый год умотал в Армию, который ненавидел. Раз строительный техникум, то инженерные войска.
«Строители нам всегда нужны», - сказал ему майор в военкомате. И понеслась дача генерала, квартира прапорщика, гараж капитана… Славу богу, руки из того места – и все были довольны работой Стаса. И были поблажки в части: отсутствие нарядов и прогулки по городу за материалом. Но благо, год пролетел очень быстро и теперь Стас работает слесарем–сантехником в ЖЭУ 63/15.
«Интересно, сколько сейчас времени?» - подумал Стас и кинул взор на экран телефона.
05:55 29.02.2010
«Бля! Ну как всегда! Хоть в три утра спать ложись, хоть похмелье, и даже когда ложусь спать вовремя – всегда встаю без десяти шесть! Ладно, попробую уснуть. Всё равно сегодня суббота и выходной, а на смену идти только завтра», - подумал Стас и укрывшись курткой, задремал.
Ему снился странный сон: сантехник в робе с ключом наперевес – его копия, только старше лет на десять. Его двойник сражался с орками и эльфами, метал из рук молнии и часто произносил: «Наслаждение». И стоило ему произнести это слово, как все вокруг со сладостными стонами на губах начинали биться в оргазме.
Затем он наблюдал за тем, как его клон бомжует в овраге.
Ему снились странные круги, откуда пачками пёрли орки, ведьмы и гномы. Картинки мелькали перед глазами: то люди в форме, которая была сильна похожа на милицейскую времён существования Советского Союза; то надпись «КГБ СССР» на удостоверении с его фотографией…
Следующим кадром он увидел двойника уже не в образе обычного сантехника. Тот предстал небывалом атлетом. Он был сложен как качок, посвятивший большую часть жизни спортзалу и стероидам. Он оказался смесью медведя и человека. Очень пугающая фигура, но при этом странным образом притягательная. Словно былинный герой, который пугает врагов и вселяет надежду в сердца соотечественников.
Вокруг него стояли полные его копии в чёрных доспехах. И словно мало пятерых взрослых и перекаченных Стасов, компанию им составляли скелеты, вооружённые мечами и саблями. А у некоторых представителей нежити, разрывая все шаблоны, в качестве оружия выступали автоматы Калашникова с рожками в подсумках, закреплённых на костях правой ноги.
Живой Ленин, выкрикивающий лозунги и гоняющий пинками депутатов по Кремлю, на этом фоне его уже не удивил.
Сразу после Кремля картинки продемонстрировали Белый дом, королеву Великобритании, космические корабли и толпы людей вокруг его двойника. Среди этих кадров промелькнула фигура человека, который был заключён в центре странного шара из плазмы.
Затем он увидел из космоса планету, похожую на Марс. Только она заросла лесами.
И как итог этой безумной карусели образов он узрел площадь в окружении футуристичных небоскрёбов. На площади собралась толпа людей, которые с радостными лицами выкрикивали: «да здравствует ИМПЕРАТОР!».
И тут же ему показали Землю с видом из космоса. Планета стремительно приближалась… На тропическом пляже на шезлонге лежала спящая девушка с красивой грудью и миловидным личиком. Рядом с ней расположился огромный хомяк, который покоился на НЕВЕДОМОЙ ХРЕНИ. Внезапно хомяк посмотрел на него хитрющими и загребущими глазами, в которых, он готов был поклясться, промелькнули знаки долларов в виде перечеркнутых «S». Он грозно запищал, отчего Стаса пробрало до глубины души даже во сне.
Звягинцев вскочил с продавленного дивана в диком ужасе. Это не прошло для него бесследно – он резко приложился головой об лежак отопления, который был закреплён над диваном. Лежак стоически пережил попытку его пробить головой, но звон стоял такой, что непонятно: то ли труба звенит, то ли голова уподобилась церковному колоколу. Схватившись за голову, он рухнул обратно на диван.
- Ну и херня мне приснилась! – воскликнул он. - Точно старая карга отравила!
Образ странного хомяка никак не желал покидать его голову.
«Короче, - подумал он, - надо прогуляться и подышать свежим воздухом, а может и пивка дёрнуть. Возможно, легче станет».
Чтобы освежиться, Стас полез в душ. Так как горячей воды не было по проекту, в этом доме все купались водой из отопления. Некоторые говорили, что можно от неё облысеть. Но, глядя на дядю Юру с третьего участка, который в свои шестьдесят два года носил седые и густые кудри, становилось кристально ясно, что это всё ложь.
После освежающего душа он переоделся в джинсы и кожаную куртку. На ноги надел свои любимые кроссовки Air Force и погнал в ближайший ларёк, который расположился прямо на углу дома.
Пиво и контрастный душ принесло ему слабое, но хоть какое-то облегчение.
Чем можно занять парня девятнадцати лет в субботу утром? А если к этому добавить полные карманы денег – всё, что он на калымил за неделю – это целых шесть тысяч рублей! При его основной зарплате в двенадцать тысяч и за вторую работу в аварийке восемь тысяч рублей, весьма солидная сумма. Не ценят у нас в компаниях работяг: дали трос – крутись, как хочешь.
Стас достал телефон и набрал номер своей подруги Екатерины. После долгих гудков она ответила сонным голосом:
- Алле?
- Привет «Катеночек»! Как спалось? Пойдём, сходим в Макдональдс позавтракаем, а то я ел последний раз вчера в обед.
- В такую рань? – удивилась она и протяжно зевнула. – Ты на часы смотрел? Время только одиннадцать утра!
- Давай вставай и приезжай ко мне на работу. Пойдём в кино и в Мак сходим.
- Ладно… - будто нехотя протянула она.
«Короче, она приедет часа через два, - принялся размышлять Стас. - Живёт она на окраине города на Спартановке. Тридцать минут в дороге на рогатом и полтора часа накрасится… Пойду, возьму ещё пивка, чтобы отпустило, а затем отправлюсь на набережную. Посижу на берегу, посмотрю на Волгу».
У воды было куда прохладней, чем наверху, но Звягинцев не чувствовал холода. Река притягивала своей красотой. Лёд начал таять, позволяя воде снова течь. Мягкий ветерок дул с северной стороны. От такого зрелища разбушевавшиеся чувства приходили в гармонию с природой, а на душе становилось спокойней.
В это время года больше не нашлось никого, кто захотел бы полюбоваться Волгой. В том числе это место осталось без внимания сотрудников полиции, внимание которых Звягинцев желал привлекать меньше всего. Для них человек с открытой банкой пива подобен красной тряпке для быка.
«Завтра наступит весна и на улице будет Ташкент», - подумал он, после чего прекратил рассматривать реку и отправился в магазин.
Примерно в час дня раздался звонок телефона. Экран мобильника заботливо высветил имя Екатерины.
– Ну, ты где? - требовательным тоном сходу начала она. - Я стою на Комсомольской и жду тебя!
- Уже бегу! – после ответа Звягинцев положил трубку.
Глава 2
После кино и плотного перекуса в Макдональдсе они отправились прямиком к Стасу домой. Он жил на съёмной квартире неподалёку в центре. Ну как квартира... Бывшая гостиница с комнатами по тринадцать квадратных метров, приватизированными в девяностые. Но там имелись душ, холодильник и диван. Что ещё нужно молодому парню? От родителей он съехал сразу после армии и контакты с ним не поддерживал. Всю свою любовь они посвятили его сестре, и поэтому как только он ушёл в армию они про него забыли.
Екатерина была студенткой его техникума и училась на последнем курсе. Восемнадцать лет и неплоха собой, но стерва ещё та. У нее было невинное лицо, но с намёками на беспокойство. Её светлые волосы были длинными и волнистыми. Карие глаза придавали ей неповторимый вид, а мягкая улыбка скрывала её стервозный характер.
У Стаса были железные нервы. На её характер и стервозность ему было плевать с высокой колокольни. В ней его интересовало одно – её податливое, мягкое и приятное тело.
Лёжа в постели, она вкрадчивым тоном спросила:
- Слав, а что ты подаришь мне на восьмое марта?
- То же, что и ты мне, - саркастично усмехнулся он. - Носки и секс аж три раза за ночь!
- Ну, ты и козёл! – гневно возмутилась Екатерина, решительно слезла с кровати и начала одеваться.
- Куда ты собралась? Время только шесть часов вечера. Ещё можно пойти погулять.
Она ему ничего ответила. Дуясь, будто обиженная девочка, которой Дед Мороз на Новый год вместо куклы Барби подарил бумажный кукиш, она молча ушла, напоследок громко хлопнув дверью.
- НУ И ДУРА! – крикнул он в закрытую дверь, после чего схватил из прикроватной тумбочки коробку с золотым кольцом и кинул её со всей силы в дверь.
После того, как немного успокоился, он пробормотал:
- Ну и ладно. Останусь дома и почитаю книгу.
Он включил старый бумбокс – подарок родителей на десятилетие в двухтысячном году. Из дребезжащих колонок донеслись звуки проигрыша группы Наив. Он уткнулся в книжку. Сначала буквы расплывались перед глазами, но вскоре они начали складываться в понятный текст. Он не заметил, как увлёкся повествованием и с головой погрузился в книжную вселенную.
Искупавшись и подкрепившись сосисками, Стас лёг спать. Завтра наступит новый день, а это означало, что ему предстояло идти на смену. После этого начнётся длинная рабочая неделя с воскресенья по воскресенье.
«Хочешь жить – надо работать, - говорил ему дед, - а хочешь жить хорошо и недолго – надо воровать».
Звягинцев долго не мог уснуть. Утренний сон был как будто наяву, и он помнил его до мельчайших подробностей. Страшный хомячок мерещился ему в полумраке комнаты.
Утром Стас как обычно проснулся ровно без десяти шесть. Он с трудом открыл глаза. Опять жутко болела голова, будто похмелье с бабкиной бормотухи и не думало его отпускать.
В зеркале его лицо не радовало: мешки под глазами и заспанный вид с красным отпечатком на правой щеке от складок на наволочке.
Сегодня ночью ему опять снился этот сон. Раз за разом. И каждый раз ему открывались новые подробности. Он проснулся оттого что во сне его клон зашёл в гараж, но вместо гаражных внутренностей внутри оказалась пещера полная скелетов и старший Звягинцев в окружении своих голых копий кидался в скелетов кирпичами. Жуткий оскал с горящими глазницами стойко сформировался перед глазами Стаса.
«Ну и Неведомая Хрень! - подумал он, и ойкнул от приступа боли в голове. – Ладно. Надо идти на смену…»
Он оделся и вышел на улицу. Первое марта его встретило снегопадом.
- Вот она весна… - усмехнулся он своим ироничным мыслям. - Птички поют, солнышко греет… - и пошёл по сугробам в аварийку.
До восьми вечера дежурство проходило совершено спокойно, пока не раздался звонок. Обеспокоенный женский голос на том конце трубки кричал:
- Алло, алло! Аварийная? Слышите меня? ПО-Маги-Те! Заливает! Боже мой! Мой паркет!
- Алло, - кое-как Стас сумел вклиниться в этот поток вопля и причитаний. – Вы адрес назовите. У нас аварийка, а не общество экстрасенсов!
- Бегите быстрей! – с яростным напором продолжала она. - Вода кругом, паркет бухнет, помогите!
- Да адрес скажите, и мы быстрей придём…
- Ленина двадцать девять! Быстрее бегите!- кричала женщина.
- Проспект или улица Ленина? А квартира у вас какая?
- Улица Ленина двадцать девять, квартира девятнадцать. Только молю вас – быстрее, ребятки! Всё, что нажито непосильным трудом, утонет.
- Заявка принята, ожидайте, - сухо завершил беседу Звягинцев и положил трубку.
Благо, Игорь был с ним в слесарке, и не надо было его ждать.
- Игорёчек, пойдём быстрее. Девятнадцатая квартира на последнем этаже. Утопит всех до подвала, а мы будем виноваты.
- Ну да, - нахмурился Игорь. - А как засор канализации, то первый этаж, что все топят первую квартиру. Как что-то оторвётся, так последний этаж топит всех.
Быстро пройдя квартал, они поднялись на пятый этаж сталинки. Не разуваясь, зашли квартиру. Стас обратил внимание на то, что по квартире не плавает мебель и на паркете нет ни капли.
«Паникёрша», – подумал он про себя и прошел на кухню.
В мойку хлестала вода из открытого смесителя.
- Что случилось? Обратился Игорь к хозяйке. - Где потоп?
- Вы что, не видите, что кран не закрывается? Помогите, - жалобно затянула она.
Стас нырнул в туалет к стояку и перекрыл кран холодный воды на квартиру, но шум воды не прекратился.
- Хозяйка, вы в курсе, что вводной кран надо закрывать хотя бы раз в месяц, чтобы он не закис?
- А? Я? – округлила она глаза.
- Да, вы! Игорь, давай, меняй вводной кран и коронки, а я пойду в подвал и перекрою стояк. Замена коронок и крана будут стоить шестьсот рублей, хозяйка.
- Да вы охренели что ли?! – начала она гневно раздувать ноздри. – Да за что такие деньжищи-то?
- Ладно, - спокойно отозвался Звягинцев. – Вводной кран мы меняем бесплатно, и сидите без воды. Пока сходите на рынок за коронками по сто пятьдесят рэ за одну, пока в кассу оплатите замену каждой коронки триста рублей штука… А у вас их две! И во вторник мы придём, поменяем, так уж и быть…
- Ой, - тут же она изобразила саму невинность, будто не она только что гневно возмущалась. - Да ладно вам, ребятки. Что вы так? Давайте менять сейчас. Не смогу я бегать два дня с кассой, коронками, ещё и без воды.
На подходе к подвалу Звягинцев достал огромную связку ключей и подобрал ключ. Подвох этого дома был в том, что подвал очень глубокий - метра четыре вниз - и не имел лестницы. Если бы этот дом был в обслуживании Стаса, то он бы давно сварил лестницу вниз. Но так как это фонд участка номер два, который обслуживают полтора синебола и пенсионер, то им на хрен ничего не надо.
Балансируя на трубах на кончиках сапог, он дотянулся до крана и перекрыл его. После этого он позвонил напарнику и спросил:
- Кончилась вода?
- Да.
- Давай, Игорь, меняй кран, а после позвонишь мне – я запущу стояк.
По завершению разговора он убрал телефон в карман и решил вылезти на улицу из подвала, но мокрый сапог предательски соскользнул с трубы. Стас полетел вниз головой… Раздался противный хруст, после чего темнота окутала сознание Звягинцева.
***
После возвращения сознания Стас заметил, что у него в правой руке торчит капельница. Голова нещадно раскалывалась, будто неопытный, но очень старательный барабанщик отрабатывал на ней ритмы тяжёлого рока стальными монтировками вместо барабанных палочек.
Когда он огляделся по сторонам, то обнаружил, что помещение напоминает обычную больничную палату на четверых человек. В полумраке можно было различить светло-зелёного оттенка стены и покрытый пошарпанным коричневым линолеумом пол.
За окном из-за темноты ничего невозможно было разглядеть. Соседи по палате спали. Он был в своей робе, но без спецовки. Голова была перемотана бинтом. Он протянул к ней руку и с осторожностью потрогал. Пальцы ощутили нечто липкое. Когда он поднёс ладонь к лицу, то разглядел окровавленные пальцы. На этом силы покинули Звягинцева. Он решил себя не мучать и провалился в сон.
После пробуждения Стас поморщился от боли и кошмаров, мучавших его во сне. Неведомо Хреновый Сантехник Звягинцев-старший сражался всё в тех же местах и аналогичными способами с кучами людей, орков, эльфов и гномов.
Стаса смутило несколько запоминающихся моментов во сне. Во-первых, орк, вооружённый мечом размером с человека, которым в обычном мире невозможно размахивать с подобной лёгкостью, с какой им махал зеленошкурый. Во-вторых, рядом с ним находился гном в средневековых доспехах, но при этом с бластерной винтовкой! Эта парочка из Гнома и орка дружно атаковала солдат в форме Красной Армии.
- Да не-е! Бред какой-то! воскликнул Стас, чем обратил на себя пациентов в палате. Устал я от этого кошмара…
- О! Очнулся, - добродушно улыбнулся ему пузатый дедок с ногой в гипсе. - Сейчас слетаю в сестринскую. Скажу Светочке, что ты пришёл в себя.
Стас не успел даже возразить до того, как дед лихо поскакал на одной ноге в коридор больницы. Такой прыти от старика он не ожидал, особенно с учётом передвижения на одной конечности и без костылей.
Голова кружилась, а во всём теле ощущалась слабость. За свой возглас ему внезапно стало стыдно. Что могли подумать соседи по палате о нём?
Глава 3
Чтобы развеять лишние мысли, Стас посмотрел в окно. Ночная тьма отступала, передав свои права утреннему Солнышку. С первого же взгляда он узнал знакомое место - больница номер семь. Судя по высоте, это первый этаж. Насколько он помнил с прошлого своего посещения этого гостеприимного заведения, на первом этаже расположена травматология.
Только он успел додумать, как в палату стремительной походкой зашли врач с медсестрой. Врач был в халате поверх чёрных брюк и серой водолазки и со стетоскопом на шее. У него были тёмные волосы и спокойное выражение лица. У белокурой медсестры, следовавшей за ним, под халатом нельзя было угадать, во что она ещё одета. Грудь на отлично, и личико можно было бы назвать симпатичным, если бы не устало-безразличное выражение на нём.
- Ну, здравствуй, голубчик, - спокойно начал врач и подошёл к нему.
- Что случилось? - прохрипел Стас из-за пересохшего горла.
- Вы шли домой пьяный, поскользнулись и ударились головой о бордюр, потеряли сознание, - просветил его врач.
- Бред! – негодование переполняло Стаса. - Я был на работе, полез в подвал закрыть воду и полетел вниз голой в подвал. Спросите у Игоря – моего напарника. Мы вместе были.
- Мне не сильно важно, где и как вы получили по голове. Хоть об ворота бейтесь головой. Важно, что теперь вы здесь минимум на три недели.
- Да...
Стас не стал озвучивать вслух свои мысли, а они навевали грусть:
«Это просто кошмар лежать три недели в больнице. Притом, после гулянок в субботу с Катей у меня в кармане оставалось всего две с половиной тысячи. Одно радует – в больнице бесплатная кормёжка. Хорошо ещё, что за квартиру уже уплачено. Так что потяну как-нибудь».
В обед давали перловку, что Стаса ну очень «обрадовало». Он с грустью рассматривал этот шедевр кулинарного искусства: склизкий, приготовленный на воде и без соли. Такое блюдо достойно стола британского аристократа, того самого, который герой анекдота про дворецкого, который подаёт это восхитительное блюдо лорду на завтрак и обед, а на ужин котлеты… из овсянки!
Стало абсолютно очевидно, что за три недели на такой диете он станет похожим на супермодель с выпирающими рёбрами.
В тумбе рядом со своей кроватью он обнаружил пакет со своими вещами. В кармане робы лежал телефон, что натолкнуло его на мысль попросить о помощи. Только остро встал вопрос о том, к кому обращаться?
Родителям звонить бесполезно, даже вредно для них. Они живут в другом городе. Естественно, их совершенно не волнует состояние сына, главное что их Сашенька, его сестра здорова.
Следующим в списке шёл Игорь, но его телефон оказался отключён, что показалось странным. В рабочее время отключен телефон? Возможно, он сейчас в подвале, а туда не пробивается сигнал вышки сотовой связи, оттого и не доступен.
Третий вариант – Катя. Им он и решил воспользоваться.
Удивительно, но несмотря на недавнюю ссору, она почти сразу взяла трубку. Стас опасался, что она сбросит звонок до того, как он выскажется, поэтому поспешил начать:
- Привет, Кать. Я больнице лежу. Можешь приехать?
- Привет, - её голос звучал сухо и отстранённо. – Извини, но я на тебя обижена из-за твоего поведения, и не хочу никуда ехать. Так что пока!
- Стой!
Девушка положила трубку раньше, даже не выслушав его.
- Вот овца! – в порыве ярости Стас откинул телефон.
Ближе к вечеру, в часы приёма родственников пациентов, палата, в которой лежал Стас, заполнилась людьми. Среди них находились инженер по технике безопасности Васильев С. С., мастер участка Никитина Тамара Сергеевна и начальник АРС Лев Львович Кошкин.
- Ну, здравствуй, Стас, - сухо начал Васильев. - А расскажи-ка мне, почему тебя не было на смене в воскресенье, а?
- Да как так-то?! – искренне возмутился он. - Я был на работе! Спросите у Игоря, он подтвердит.
- Вот как раз Игорь и написал в объяснительной, почему он был один на смене, а тебя не было, - вступил в разговор Лев Львович.
- Так что, Стас, в четверг можешь не выходить на смену, - продолжила старая мымра Тамара Сергеевна. Эта троица действовала подобно слаженной стае шакалов, поддерживая друг друга и переводя на себя внимание травмированного. - Ты уволен! А на участке после того, как тебя выпишут, продолжишь работать. Выздоравливай.
Они вышли, не попрощавшись.
- Вот уроды! – потряс кулаком в воздухе деда Вася. - На всё пойдут, лишь бы свою жопу прикрыть. Пацан лежит, страдает, а они о выгоде, да о своём комфорте думают. Подставили тебя, парень. Даже слепому ясно, что подставили. Мрази, а не люди. И как только Земля таких носит?
***
Выздоровление Звягинцева шло очень плохо. И дело было не в самой травме, а больше в том, что его предали все: и девушка, и коллега, и сраное руководство. Ещё эти кошмары по ночам порядком уже достали.
Стас выяснил, что Звягинцева-старшего зовут Святослав, и большая часть действий происходят в Волгограде, только немного другом. По виду витрин, вывесок, рекламы, обилию незнакомых автомобилей известных советских марок складывается ощущение, словно в том Волгограде до сих пор существует СССР. Улицы другого Волгограда немного чище, да и в общем складывается чувство, что в той реальности всё немного лучше.
Кошмары его замучили. Но он же в больнице. Логичным и правильным решением, как он считал, будет обратиться к специалисту. Его лечащий врач обнаружился в ординаторской. При виде пациента он недовольно скривил губы.
- Доктор, мне сняться странные сны.
- Всем сняться сны, - доктор остался равнодушным.
- Эти кошмары меня замучили. В них мне сниться моя более старшая версия, которая сражается с мифическими существами: орками, гномами и эльфами. Иногда он противостоит живым скелетам, иногда они сражаются на его стороне. И ещё мне постоянно снится жуткий хомяк. Голова тоже сильно болит. А из-за кошмаров я не высыпаюсь.
- Это всё последствия травмы головы, - отмахнулся врач. – А что вы хотели, голубчик? Не надо бухать каждый день до соплей, и не будете головой ударяться.
- Я не пил!
- Само пройдёт, - сказал он Стасу через губу с таким откровенным презрением на лице, от которого складывалось ощущение, будто его обгадили с ног до головы.
- Ага… Я же алкаш и псих, взяточник хренов! – огрызнулся сантехник, и побрёл в палату, стараясь мысленно подбодрить себя: «Хорошо, что меня завтра выпишут, и я вернусь к себе домой».
Утром Стас собрал свои вещи. После обхода он попрощался с дедом Васей и побрёл на выход из больницы.
При выходе из здания он замер и зажмурился от яркого Солнца. Пока он лежал в больнице, первый месяц весны близился к завершению. Сегодняшняя больничная выписка датировалась двадцать первым мартом две тысячи десятого года.
На трамвае номер четыре он доехал до конечной остановки «Детский центр» и побрёл к себе домой. С понедельника ему предстояло выйти на работу, а сегодня только пятница. Ему хотелось встретиться с друзьями, но никого из них не найти. Кто-то под каблуком у жены, кто-то ушёл в армию, а половина из них перебрались на заработки в Москву.
Дома он первым делом поспешил принять душ. Горячая вода манила его. Желание помыться у него появилось ещё в первый день попадания в больницу. На третий день оно стало навязчивой идеей. После трёх недель от него исходило амбре, которым он мог составить конкуренцию бродягам, живущим в подвале на его участке.
После омовений он чувствовал лёгкость. Кожа будто скрипела от чистоты, доставляя моральное удовольствие. Чтобы поддержать хорошее настроение, он решил никуда не ходить. Взял книгу, завалился на кровать и начал читать.
***
Уже несколько месяцев Звягинцев после выписки из больницы продолжал просыпаться в холодном поту из кошмаров и с головной болью. На работе всё пошло под откос. После выписки из больницы все смотрели на него с укором и злостью, так как их всех решили премии за февраль за несоблюдение техники безопасности.
А как её соблюдать, если форма, которая была выдана конторой, после первой стирки расползалась на куски ткани, а ботинки теряли подошвы после первой прогулки по дворам? Вот и ходили все в том, что могут себе позволить. У кого-то это старые джинсы. Кто-то раскошеливался на костюм «горка», купленный на птичьем рынке у вояк. Любимая обувь слесарей летом – дешевые резиновые шлёпки, а зимой – резиновые сапоги с войлочными стельками.
Игорь тоже сторонился от Стаса. На разговор не шёл и не хотел обсуждать произошедший случай. Но как-то раз в подвале они меняли участок лежака канализации, и у них случилась перепалка. Игорь не сдержался и выпалил:
- Ты думаешь, что я по собственной воле написал в объяснительной, что тебя там не было?! Кошкин сказал: пиши или три месяца без премии на голом окладе. А я чё, дурак что ли, голодать из за сопляка?!
- М-да-а… Ну, ты и тварь…
- Да я твоего отца и мать драл, пиздюк! – разгневанно выпучил глаза Игорь, после чего замахнулся обрезком трубы.
Стас в этот момент держал в руках мощную большую углошлифовальную машину - болгарку под круги диаметром двести тридцать миллиметров. Его руки начали действовать вперёд мыслей. Он резко включил болгарку и махнул ею перед лицом озверевшего напарника. Его движения были чёткими и стремительными. Отрезной круг со свистом крутился со скоростью в несколько тысяч оборотов. Инструмент издавал громкий вой. До кончика носа напарника оставалось буквально пару миллиметров. В последний момент Звягинцев выключил инструмент, но диск по инерции продолжал ещё некоторое время крутиться.
Игорь застыл с полными ужаса глазами. Он свёл зрачки в кучку на диске и боялся пошевелиться. До него внезапно дошло, что он перегнул палку. Ещё пара миллиметров, и он мог бы попрощаться с носом, а то и половиной черепа. У него подрагивали руки, а колени пустились отплясывать сальцу.
- Ты это… - голос у него тоже дрожал. В горле пересохло, но он продолжил: - Стас… Успокойся. Ладно? Ладно, да? Слышь, Стас, давай без этого…
Звягинцев медленно опустил болгарку. Его переполняла волна злости. Хотелось крушить всё вокруг, а в первую очередь превратить в фарш физиономию бывшего товарища.
- За слова ответишь, мудак! – он бросил болгарку на пол. – Ебись дальше сам! - побрёл он на выход из подвала