Наполеон пошел в Бельгию 15 июня 1815 года. Первый день кампании остался за французами. Пруссаки отступили к востоку и собирали силы к Линьи. Англо-голландцы задерживались с маневром. На важном перекрестке дорог у Катр-Бра стояло всего 4 тысячи человек. День 16 июня должен был решить судьбу кампании. Должен был, но не решил.
Веллингтон на рассвете выехал из Брюсселя к Катр-Бра. К этому моменту он уже понял значение перекрестка и спешил стянуть сюда все свои силы. Однако полки запаздывали. Французы маршала Нея явились перед Катр-Бра гораздо раньше.
Пусть к утру голландцы стянули сюда уже 8 тысяч человек. Однако и Ней изначально имел 9600 пехоты, 4600 кавалерии и 34 пушки. Причем качество войск французов заметно превосходило качество голландцев.
Казалось бы, ничто уже не спасет перекрестка. Ней, храбрейший из храбрых, умеющий хорошо только атаковать, возьмет Катр-Бра максимум в полчаса. И тут происходит странное: Ней медлит. Он стоит и буквально ничего не предпринимает. Почему?
Скорее всего здесь с Неем сыграло дурную шутку его старое знакомство (еще по Пиренеям) с Веллингтоном. Тот всегда умудрялся прятать войска за складками местности, на обратных склонах холмов, в лесу. Так что Ней заподозрил ловушку в этой внешне легко достижимой приманке – Катр-Бра.
К 10 утра Веллингтон прибывает на позицию. Здесь ничего не происходит, и он спокойно отправляется по дороге на восток на встречу с Блюхером. Встреча состоялась вблизи позиций прусской армии. Блюхер просил у англичан помощи. Веллингтон довольно натянуто пообещал. «Если меня самого не атакуют». А его атаковали.
К двум часам дня французы зашевелились. Наполеон довел численность войск Нея до 40 тысяч и приказал тому двигаться от Катр-Бра во фланг пруссакам. Император не сомневался, что перекресток уже в руках Нея. Сам Бонапарт со большей частью своих войск обрушился у Линьи на Блюхера.
Ней пошел в атаку. Поздно! К перекрестку начали подходить британские полки. Весь день к месту боя подходили всё новые и новые части и тут же вступали в бой. Так что наращивание силы атак Нея компенсировалось наращиванием силы сопротивления Веллингтона.
В этом бою французы потеряли около 4 тысяч человек. Англо-голландцы почти 5 тысяч, однако удержали перекресток. И, что еще важнее, они удержали Нея, не дав тому зайти во фланг Блюхеру. С другой стороны, и Ней удержал Веллингтона от помощи пруссакам. Так что Наполеон и Блюхер у Линьи бились один на один.
И тут самое время упомянуть корпус д’Эрлона. Этот корпус французской армии изначально был подчинен нею и маршировал к нему в направлении Катр-Бра. Позже Наполеон затребовал у д’Эрлона помощи, надеясь, что если не Ней, то хотя бы д’Эрлон выйдет пруссакам в правый фланг.
И д’Эрлон почти дошел до поля битвы при Линьи, как вдруг получает приказ Нея идти обратно к Катр-Бра. И что бы вы думали? Он берет и вдруг поворачивает, спасая тем самым Блюхера от сокрушительного поражения.
Скорее всего, выход на поле боя д’Эрлона с 22 тысячами человек не просто решил бы исход боя при Линьи – этот бой пруссаки и так проиграли – он разнес бы армию Блюхера в клочья, выведя ее из кампании Ватерлоо. А так целый корпус промаршировал всю эту судьбоносную пятницу, не совершив вообще ничего.
Линьи дорого стоило пруссакам. Их общие потери достигли 20 тысяч при 11 тысячах французских. Здесь великолепно поработала французская артиллерия, расстрелявшая плотные построения пехоты врага.
Под занавес боя, пытаясь переломить ход сражения 72-летний Блюхер лично повел в атаку конницу. Она была отражена. Конь под стариком убит, сам он едва не погиб или – что страшнее – едва не попал в плен. Спас фельдмаршал адъютант, прикрывший его плащом.
Блюхер выберется к своим только ночью. И этот маленький факт также капнул в копилку грядущей победы союзников. Дело в том, что его начштаба Гнейзенау и без того не питал пристрастия к англичанам, а после того, как счел, что они специально кинули прусскую армию при Линьи, вознамерился уходить на Рейн.
И только возвращение Блюхера положило конец колебаниям. Старый фельдмаршал твердо решил, во-первых, еще раз сцепиться с Наполеоном, во-вторых, обязательно помочь симпатичному Веллингтону. Он приказал уходить не на восток, а на север к Вавру.
А что же Катр-Бра? Перекресток остался за Веллингтоном. Ней отошел даже не на исходные позиции, а чуть южнее. Однако с поражением и отступлением Блюхера Катр-Бра утратил свое значение. Дорога на восток теперь выводила не к союзнику, а к самому Наполеону. Хуже того – она же выводила Наполеона во фланг Веллингтону.
Так закончился кровавый день 16 июня. Следующий день 17 июня прошел в передвижениях войск. Эти передвижения определят конфигурацию сражения при Ватерлоо.