Крымское добровольческое подразделение, прозванное «аксёновцами», подписало контракт с Минобороны РФ. Это гарантирует материальное обеспечение крымским добровольцам и социальную защиту им и их семьям, передает корреспондент «ПолитНавигатора». «Буквально вчера подписали контракт. Это благоприятные условия, которые уже если брать с начала добровольческого движения и конфликта с Украиной, с каждым разом улучшаются – социальная защита семей добровольцев и самих добровольцев. Это материальное обеспечение и обеспечение вещевое, снаряжение и так далее», – пояснил в эфире «Крым 24» заместитель командира Крымского добровольческого подразделения по работе со СМИ и пропаганде с позывным «Ящик». Руководитель Крымского отделения межрегиональной общественной организации «Союз добровольцев Донбасса» Виктор Аносов добавил, что контракт уравнивает добровольцев с другими военнослужащими. «Есть законодательные порядки, законы, которые регламентируют тот или иной порядок участника боевых действий, ветеран
Крымское добровольческое подразделение, прозванное «аксёновцами», подписало контракт с Минобороны РФ.
Это гарантирует материальное обеспечение крымским добровольцам и социальную защиту им и их семьям, передает корреспондент «ПолитНавигатора».
«Буквально вчера подписали контракт. Это благоприятные условия, которые уже если брать с начала добровольческого движения и конфликта с Украиной, с каждым разом улучшаются – социальная защита семей добровольцев и самих добровольцев. Это материальное обеспечение и обеспечение вещевое, снаряжение и так далее», – пояснил в эфире «Крым 24» заместитель командира Крымского добровольческого подразделения по работе со СМИ и пропаганде с позывным «Ящик».
Руководитель Крымского отделения межрегиональной общественной организации «Союз добровольцев Донбасса» Виктор Аносов добавил, что контракт уравнивает добровольцев с другими военнослужащими.
«Есть законодательные порядки, законы, которые регламентируют тот или иной порядок участника боевых действий, ветерана боевых действий. Добровольцы, которые шли под разными добровольческими флагами, имели ограничения, и ветеранам приходилось даже доказывать своё участие в СВО вплоть до судов, или ещё как-то. Нужно же понимать, что он ранение получил не где-то там, пока лазил по заборам и упал, а что он участник боевых действий. Вот этот контракт способствует такому решению, то есть доведение добровольцев до статуса и равных прав с контрактниками и военнослужащими нашей армии», – пояснил Аносов.
Он подчеркнул, что единственным спорным моментом остается возраст контрактников, поскольку большинство добровольцев под него не подходят.
«Добровольцы – это статус уже сложенного мужчины. Средний возраст у добровольцев где-то 45 лет, то есть, в общем, 40 плюс. И в добровольцы идут те, которые не могут попасть в армию по контракту, где есть определённые ограничения по возрасту, по здоровью. А у добровольцев таких ограничений минимально, и люди уже со сложенным мышлением, которые уже разбираются в происходящей ситуации, у которых уже есть свой менталитет, они естественно идут в добровольцы. А по категории в армию не попадают, но стоят точно так же, воюют порой даже лучше, чем некоторые контрактные войска», – считает Аносов.
Прежде крымские добровольческие объединения указывали на забюрократизированность и неповоротливость ВС РФ. Бойцы сутками ждут пополнения боекомплектов, не могут связаться с высшим руководством для принятия решений, тогда как у добровольцев полная свобода в выборе путей достижения цели.
«Наш батальон имел возможность выполнить поставленную задачу, достичь цели, но не важно было, каким путём мы это сделаем, какой из вариантов выберем, – рассказывал командир казачьего штурмового батальона «Таврида» Антон Сироткин. – К сожалению, в Минобороны сейчас такая сложная система, что задача поставлена идти вперёд – должен идти вперёд, невзирая на то, что можно чуть-чуть обойти и с наименьшими потерями выполнить ту же самую задачу.Поэтому добровольцы, ЧВК Вагнера – это пример того, как можно и нужно быть гибким на данной войне. Сейчас нельзя быть твердолобым и просто действовать шаблонно. Война сейчас такая специфичная, что мы видим, как на нас тестируют все современные технологии. Да, мы русский медведь, да мы не поворотливые, да мы все равно победим, ну так давайте побеждать как-то с умом и с минимальными потерями».