Отличный донецкий парень, Александр Захарченко — воин и поистине народный лидер Донбасса — был убит 31 августа 2018 года. Он пал, оклеветанный молвой врагов, а друзей его гибель ввергла в опустошение, сравнимое лишь со смертью родителей. О его масштабе красноречиво сказала максимально оперативная реакция Президента Путина — его соболезнование и слова о том, что Россия всегда будет вместе с Донбассом.
Пять лет назад, в этот день на сайтах мировых медиа-корпораций опереточный Байден накрахмаленным платком утирал слезу по «брату» Маккейну (29 августа 1936 г.—25 августа 2018 г.), а о гибели нашего брата Захарченко написали лишь их «русские», а не основные службы. Неважно, что человек, похожий на овцу и носящий фамилию Волкер (Курт Волкер, дипломат, директор Института Маккейна в Аризоне — Ред.) не снизошёл до комментария про «достойного врага». В отличие от наших гостомыслов (по Льву Гумилёву, «гостомыслами» на Руси называли тех, кто благоволил иноземцам — «мыслил гостям» — Ред.), соревновавшихся в «благородных» некрологах американскому сенатору. А важно, что скорбила и до сих пор скорбит Россия и важно то как человек прожил жизнь, какой бы короткой она ни была… Александр Захарченко пролетел по русской истории и истории Донбасса, по нашей жизни — как огромный яркий метеорит, оставивший вечный след и изменивший всё навсегда. Есть «эффект бабочки», а есть эффект метеорита, как в Тунгуске, или как в Донецке. Александр Захарченко изменил будущее. Не все знают как, но я знаю, что это именно так, что это не преувеличение.
Его даже враги, злопыхатели и горе-перфекционисты толком и оклеветать не могут (кто-то лишь что-то бормочет про «разборки», про «делёж»). Эти люди не были в Донецке, не видели Главу. Они не видели, как Александр и его соратники создали мир, где, несмотря на войну, в парках стало спокойней, чем не то, что в Приштине, а в Лондоне или Нью-Йорке. Там могли гулять старики, мамы с колясками и молодые ребята, не боясь быть разобранными на части как в «демократическом» Косово или расстрелянными сумашаями на улице или в школе — как в «Колумбине» в Колорадо. Как в двух километрах от линии фронта работает бассейн, куда я смог пройти только лишь после того как дежурная медсестра (!) провела по моей руке ваткой с реактивом и убедилась, что у меня нет никакой кожной заразы. Вместе со мной в воде плескались малыши, на «быстрых» дорожках наперегонки гонялись студенты, а за большими окнами на скейтбордах вдоль цветников с розами проносились их сверстники. Это всё — «дети Захарченко». Он был отцом — и им, и всему народу Донецкой Народной Республики.
Я любил приезжать в Донбасс Александра Захарченко — не только как журналист, по работе, но и, чтобы… отдохнуть. Погулять по чистым улицам и паркам города, где прошло моё детство, развеяться после столичных пробок, купить конфеты «Стрела», пирожки с горохом и абрикосы (вкуснее которых нет ни в каких других широтах), полюбоваться знаменитыми донецкими розами (при Захарченко их стало в два раза больше). А ещё встретиться с романтиками, философами и просто интересными людьми русского духа (и самых разных национальностей), которые приезжали в Донецк как раньше — в Гренаду в Испании… Они ехали к Захарченко, который был нашим Фиделем и нашим Альенде, антитезой всяким «Виям»: Тачи, Джукановичам, аль-Малехам и Маккейнам.
Смерть Александра Захарченко не станет точкой в его жизни, которая — как кремлёвские звёзды, отлитые в Донбассе, продолжит светить — всем нам и нашим потомкам. Царствие тебе небесное, дорогой Друг! Ты войдёшь в него, во Млечный Путь — как «в степь донецкую парень молодой»… Его дело, его Донбасс продолжает жить, и его звезда, как рубиновые звёзды Кремля, сделанные в Донбассе, никогда не погаснет!
Александр КОРОБКО, руководитель киностудии «Русский Час», автор фильма «Нью-Йорк—Донецк и обратно».
Источник: газета Слово № 6, 2023 Подписывайтесь на газету «Слово»! Подписные индексы: П4244 и П4362 (индексы каталога Почты России) Подписаться на Почте России через интернет можно здесь
Книга "Купола Кремля" здесь Книга "Три власти" здесь и здесь Книга "Встреча с жизнью" здесь