[ Смотреть видео на сайте НТВ ]
Несколько поколений работников порохового завода в Казани живут в столовой 1917 года постройки. В доме, который представляет опасность и может в любой момент разрушиться, что видно без экспертиз, никто не заинтересован, кроме его постояльцев. Они обращались и к руководству предприятия, и в администрацию, но четкого ответа на вопрос о том, кто возьмет на себя расходы по ремонту или расселению, так и не получили.
Жизнь в каменных джунглях для Венеры Султановой не образное выражение, а ежедневная реальность. Ее 100-летний деревянный дом позабыт и брошен всеми в промышленной зоне Казани. Окружающая местность далека от дружественной и больше похожа на декорации к фильму о постапокалипсисе. Вода дома бывает только летом и только техническая, за питьевой надо идти примерно километр, а поход этот напоминает вылазку сталкера.
Венера Султанова, местная жительница: «Здесь очень сложно, надо сказать, но приходится. Дорога непростая, аккуратнее надо, идти приходится прямо по забору».
Локация — просто рай для любителей исследовать заброшенные территории: рухнувшие бетонные перекрытия, разбитые кирпичные дома, покосившиеся заборы и переплетения труб все еще действующих теплотрасс. Во всем этом технохаосе 60-летняя пенсионерка ориентируется идеально, для нее это вопрос выживания. Летом она ходит в магазин через заросли, зимой через сугробы. И так каждый день.
Венера Султанова: «За хлебушком, за молочком, вот так я перелажу и бегу по трубам. Обратно с сумками как же бегу».
Не жить, а выживать в таких условиях Венере приходится благодаря трудовым подвигам предков. Ее родные проработали в общей сложности 150 лет на Казанском пороховом заводе. Отцу за ударный труд выделили прямо территории предприятия 1956 году жилье — крепкий еще тогда деревянный дом. Когда-то он был заводской столовой, потом общепит переехал в новый корпус, а постройку отдали семье передовиков производства под жилье.
Спустя десятилетия, завод пережил несколько реорганизаций, часть территории передали городу и частникам, а про этот дом все как-то позабыли. Так и оказались пенсионерка с сыном жителями промзоны в развалюхе, которая им даже не принадлежит. Прописка есть, а адреса нет. Документы на дом есть, а права собственности нет, нет дороги, канализации. Даже такси или скорую с пожарными сюда не вызвать, потому что водители постройку просто не найдут.
Венера Султанова: «Дом-призрак, получается. Мы как между небом и землей, мы здесь ничего не можем сделать, ни газ провести, ничего не можем, так как это не наша собственность».
Ни заводу, ни городу развалюха тоже, конечно, не нужна. Формально постройка принадлежит до сих пор предприятию. Дом бесплатно отапливают, вывозят бесплатно мусор, но это не радует, когда того и гляди останешься без крыши над головой из-за ветхости.
Самые простые вещи, привычные всем, для Венеры почти экстремальное испытание. Но даже закаленная этими трудностями женщина была вынуждена отказаться в этом году от одного из главных удобств — газа, потому что он находится в баллоне, а баллон этот теперь недоступен, хотя его и видно. Крыша в той части дома, где он стоит, частично обвалилась и может в любой момент рухнуть окончательно, так что подходить туда опасно для жизни. Представители завода о бедах пенсионерки знают, помогают чем могут, но ремонтировать развалюху не видят смысла.
Иван Калашников, начальник заводского участка по эксплуатации Казанского порохового завода: «Принадлежит заводу частично, частично в нем проживают две семьи, проживают давно и никак не могут выехать, завод им тоже никак не может помочь».
Съезжать семье просто некуда, так как никакого другого жилья у них нет. За десятилетия переписки с разными инстанциями откуда только ни приходили ответы. И хотя дом признан ветхим и непригодным для проживания еще в 2005 году, как получить другую квартиру, хотя бы на условиях социального найма, до сих пор непонятно. Городские власти отвечают, что дом не на их балансе, поэтому жилье только в порядке общей очереди, то есть еще через несколько десятков лет. В отчаянии Венера обратилась в уполномоченному по правам человека и в прокуратуру.
Айгуль Габдуллина, старший помощник прокурора Кировского района г. Казани: «Обращение Султановой через уполномоченного по правам человека поступило в прокуратур Кировского района на рассмотрение, инициирована проверка, в случае выявления подтверждения этих фактов будут приняты меры прокурорского реагирования».
Пенсионерке на данный момент уже подтвердили, что она имеет право именно на внеочередное получение жилья, тем более что в 2011 году суд уже обязал городские власти поставить женщину на учет как срочно нуждающуюся в улучшении условий. Вот только среди внеочередников тоже очередь, дело за десять с лишним лет с места так и не сдвинулось.