Зарплату в пятницу не выдали, и выходные предстояло прожить на двести рублей. Занимать в очередной раз не хотелось, за рабочую неделю Лиля замоталась, поэтому решила: поедет она на дачу. Проведет уик-энд в одиночестве, покое и на натуральном хозяйстве. С голоду не помрет. В шкафу наверняка с прошлого года макароны завалялись, а в лесу, говорят, земляника пошла.
Дачка у них – пятистенок в деревне. От тишины прямо в ушах звенит, птицы непуганые, закаты сумасшедшие. И народ дружелюбный. Только с соседом ближайшим не повезло. Поссорились лет пять назад. Поводом глупость стала – дядя Гриша ведро мыльной воды вылил под их забор, а Лилин папа его за это «козлом» припечатал. С тех пор и пошла вражда – практически Монтекки и Капулетти. Родители интеллигентно страдали, а сосед с упоением строил козни – передвигал на чужую территорию свой забор, спускал с цепи собаку, метал окурки в сухую траву на их участке. Когда родителей не стало, вроде приутих. Но с Лилей все равно не здоровался, смотрел волком. Ей тоже некомфортно, когда за забором враг, поэтому на дачу ездила не часто.
Но не отказываться ведь из-за дурака от придуманного уже плана на выходные!
…После работы Лиля отправилась в магазин и почти с азартом решила задачку: как накупить максимально, если в кошельке только две сотни. Получилось не столь и печально. Хлеб, числом два батона. Сто граммов сыра по скидке. Крошечный пакетик черных сухариков. А когда выгребла всю мелочь, даже на баночку пива хватило.
Пока ехала в электричке, грызла сушки, похищенные из приемной босса. На станции прогулялась по рынку, напробовалась на халяву солений и домашнего сала. Потом бодрым шагом шесть километров по бездорожью – и вот она, моя деревня. Вечереет, красота, соловьи разливаются, народ местный после дня трудового на завалинках отдыхает. Лиле улыбались, спрашивали вечное: «Когда замуж выйдешь?» Только дядя Гриша, по традиции, отвернулся, сплюнул. Она, ему в спину, язык показала. Баба Нина, из дома наискосок, вздохнула:
- Упёртый он, как тот баран. Чего в голову втемяшит, не выколотишь. А сёдня особенно злющий. Автолавка не приехала, всей деревней без хлеба сидим.
Лиля про себя порадовалась, что в рюкзачке целых два батона свежайших, но делиться богатством не стала. У самой ситуация с пропитанием сложная.
В окнах домика родного золотилось закатное солнце. У калитки – немаленький собачий экскримент. Дядя Гриша специально своего пса приучал – соседям под дверь гадить. Лиля хотела (тоже по традиции) руку пакетом обернуть, да перебросить «богатство» соседу на участок, но решила не уподобляться. Отшвырнула д***мо в сторону.
Дядя Гриша (наблюдал за ней сквозь щель в заборе) сразу башку наружу, бурчит:
- Яблоню свою завтра чтобы спилила. Иначе подожгу. Она мне клубнику затеняет.
Тоже с давних времен препирательство, еще родителей изводил. Мама возмущалась, что нет такого закона, папа вздыхал, удалял ветки.
Да сколько можно издевательства терпеть! Лиля уже рот открыла: нарушить гармонию вечера бурной ссорой.
Но с языка вдруг само собой сорвалось:
- Дядь-Гриш. У меня есть батон свежий. Специально для вас. Возьмете?
Лицо вытянулось, озарилось ухмылкой:
- Отравить, что ли, хочешь?
Улыбнулась в ответ:
- Хотела. Но яд достать не смогла.
Открыла рюкзачок, достала хлеб.
Руку протянул, брови метнулись к переносью. Неужели сейчас в грязь втопчет? Но нет. Взял. Никакого тебе спасибо – ушел молча в дом.
«Хоть с яблоней, может, отвяжется», - порадовалась про себя Лиля.
Отперла дверь, первым делом проверила кухонные шкафчики. Макарон в них не оказалось, в начатом пакете с гречкой - полно червячков. Зато сморщенная головка чеснока обнаружилась – тоже вариант, будем завтра с хлебом есть.
Быстренько переоделась в домашнее, смахнула везде пыль, помыла полы. На деревню опускалась ночь, у заброшенной церкви нестройно голосили местные пьянчуги, с соседского участка тянуло шашлычком. Лиля вытащила из сарая шезлонг, взяла единственную свою баночку пива, вышла во двор. Смаковала маленькими глотками, закусывала сухариками.
И вдруг лай, в калитку кулаком грохочут. Отпирать не стала, спросила из-за забора:
- Чего вам, дядь-Гриш?
А он в ответ, злым голосом:
- Полкан, прочь пошел, не тебе приготовлено!
И снова стучит:
- Да открывай ты!
Отперла, обмерла: в руках у соседа шампур. Шашлык истекает соком.
- Держи. От сердца отрываю.
- Ой, дядь-Гриш, спасибо!
В ответ не улыбнулся. Грозно сказал:
- Инвентарь помыть и вернуть.
Ушел не прощаясь.
Лиля понюхала мясо: запах божественный.
Перетащила шезлонг под яблоню – где еще мама сидеть любила. Ела шашлык, запивала пивом, слушала соловьев. Завтра надо обязательно в лес, земляники набрать побольше – чтоб с соседом хватило поделиться. А в следующий приезд – когда зарплату дадут – обязательно и злющему Полкану привезти собачью вкусняшку. Несложно оказалось многолетнюю вражду погасить.
Ваши лайки, комментарии и подписки заряжают канал энергией!