Звонок назойливо разрывал тишину старенькой квартирки. Бабушка Шура отложила вязание и поковыляла к двери. На пороге стоял высокий, улыбчивый парень с букетом ромашек и тортом. Шура осмотрела его, слегка прищурившись, через секунду на лице расползлась морщинистая улыбка.
- Коля! - всплеснула она руками, - Каким ты статным парнем стал. Проходи, проходи не стой на пороге.
Бабушка впустила гостя и засеменила на кухню ставить чайник.
- Проходи, сейчас вскипит. Ну рассказывай, как ты? Ох, и порадовал ты меня!
Коля смотрел на нее с благодарностью, слегка наклонившись вперед, чтобы казаться ниже.
- Ну же, садись.
- Я так рад вас видеть, - голос басистый, крепкий мужчина неловко вертелся в маленькой, скромной кухни. Табуретка под ним тихо скрипнула, - Я пришел сказать вам спасибо, - раскраснелся, потупил взгляд. Шура посмотрела на него ласково, – Ну за то, что не отвернулись от оборвыша, который возник на пороге клуба.
- Ох, Коля, ты не был оборвышем, у тебя золотое сердце.
У обоих всплыли воспоминания первой встречи.
Бабушка Шура всегда была бойкой женщиной. Пятнадцать лет назад, за чаем с подругами, она предложила создать что-то полезное для города. Совместными усилиями, они отбили помещение у администрации и организовала там кружки по рукоделию. Занятия женщины вели бесхитростные: лепка из глины, вязание, вышивка, кройка и шитье. Что сами умели - тому и учили. В двухтысячных много детишек слонялись без дела, от того и спивались с раннего детства. Поначалу, их привлекали чаепития с домашними ватрушками и конфетами, но вскоре, компания заботливых женщин, отогрели детские сердца. Коля был одним из первых. На пороге он появился в потертых штанах, чумазый, встрёпанный мальчишка. Нерешительно мялся у двери. Шура увидела его в окно, поняла, что мальчугану нужно помочь, переступить порог их дружного дома. Она вышла к нему и буквально затащила внутрь. Мальчик несильно сопротивлялся, но словно весь сжался. Она водила его по крохотным комнатам, показывала изделия детей и вкрадчиво рассказывала, чем они тут занимаются. Мальчик кивал и вытирал сопли рукавом.
- Я хочу шить себе одежду, - наконец промямлил он.
Шура улыбнулась и пригладила встрёпанные волосы.
- Значит, будешь шить, - подмигнула она.
Коля быстро расцвел, он лишь на первый взгляд казался зашуганным, но подогретый любовью и вниманием, проявил свои лучшие качества. Усидчивый, старательный мальчик, схватывал все на лету. Вскоре он уже щеголял в новой рубахе и льняных штанах. Со временем стал правой рукой Шуры и помогал младшим адаптироваться. Каждый день после школы детишки тянулись вереницами к распахнутой двери, где их ждали и любили. Так было десять лет. Затем администрация сменилась, помещение забрали под общественные нужды, да и сами женщины изрядно постарели, но эти десять лет, были спасением для многих детей.
Вот и Коля крепкий мужчина, аккуратно одетый, собранный, с умным, добрым лицом. Шура смотрела на него с любовью, как на одну из своих побед.