На Чукотку мы летели из Благовещенска на папином военном самолете Ил-14.
Чукотка - это был единственный пункт назначения, когда у отца спрашивали согласия. И он согласился, потому что через три года службы можно было вернуться в Европу. А нет, так и служили бы до самой демобилизации на Дальнем Востоке.
В Хабаровске к нам добавилась пассажирка – доярка тетя Клава. Летели неделю, иногда сутками пережидая непогоду. Но долетели, сверху поселок выглядел не очень надежно, на узенькой галечной косе, протянулись вдоль моря несколько десятков домов. И все это мало того, то за Полярным кругом, но еще и в западном полушарии!
На аэродроме нас встретили на машине и сразу привезли в новое жилье - комнату. Это было счастье! Не казарма, не штаб, а собственная комната, хотя и в многонаселенной коммуналке! Даже туалет в квартире был, но не работал, водопровод тоже не работал. А посреди коридора стояла громадная бочка с колотым льдом – вот вам и вода! Папа пошел добывать мебель в организацию со странным названием КЭЧ, мама начала наводить уют, а нас с братом отправили гулять.
Было уже темно, а может еще темно, кто его знает, полярная ночь все-таки! Сразу нашли детскую площадку, самую настоящую! С деревянными горками, каруселями! Только все это было в сугробах. А вот гигантские шаги видимо пользовались популярностью, вокруг них снег был хорошо утоптан! И вдруг темноту прорезал луч света и упал прямо на нас! Мы стали бегать за ним, прыгать и кричать: Северное сияние, Северное сияние! Тут за нами пришел папа, он сказал, что это не сияние, а просто луч прожектора. Солдатик сидит на вышке и хулиганит, вместо того, чтобы береговую линию просвечивать, чтобы враг не прошел, все-таки пограничная зона!
В летнюю навигацию появилось стадо коров и дети стали получать по пол-литра молока. Коровы щипали травку в тундре, но там им было скучно, и они приходили в посёлок. По гальке ходить тяжело, а бегать тем более, однако игры в футбол не прекращались все долгие два месяца, что были без снега.
Коровы не пропустили ни одной игры!