Человек - в эпицентре сурового Времени…

Когда хотят оскорбить, то обычно пытаются задеть за живое. Однако часто, если перефразировать классиков, даже из такого сора, как оскорбления, появляются темы для размышлений. Причем темы вполне себе интересные и достойные.

К примеру, мне недавно прилетело в комментариях что-то вроде обвинения в том, что «вы постоянно пишете о вашем Андрее», и дальше - что-то про хвастаться, жаловаться и тому подобное.

Я решила, что нужно объясниться. Для чего это всё.

Знаете, мне очень не нравится фраза, вынесенная в заголовок известной книги Светланы Алексиевич. Про то, что у войны не женское лицо. Не нравится мне это потому, что у войны и женское лицо, и детское лицо, и все-все-все лица, какие только можно себе представить. Потому что война - это не сухие сводки с фронтов. А война - это страшная и суровая история, во главе которой всегда стоит Человек. Читать о войне сквозь призму статистических таблиц можно и иногда даже нужно, но исключительно академический подход опасен тем, что он задвигает Человека на второй план. А ведь мы все люди. Кто-то из нас ждёт своего Бойца с фронта, кто-то выхаживает раненого, у кого-то в семье погибшие…

Мы воюем с бесчеловечностью, а значит, сами должны быть предельно человечными к людям. К солдатам. Не относиться к ним как к какой-то абстрактной армии. Они не абстрактное множество ни разу. Каждый из них - личность, со своим характером, со своей историей, со своей судьбой.

Будь у меня возможность, я бы про каждого нашего солдата написала такую историю. Но рассказывать я могу только о тех, о ком знаю. К примеру, я время от времени рассказываю про погибшего сына нашего волонтера Маргариты - Дмитрия Маханькова. Рассказываю с гордостью и трепетом. Потому что мне выпала честь прикоснуться к истории настоящего Героя.

И поверьте мне: многие из тех, кто точно так же ждёт своих Героев, - они в моих строках узнают своих близких. Да что там: подставь другое имя в мои тексты - вот тебе и твой близкий. Рядовой он или офицер. Воюющий ли это Андрюха, погибший ли брат Володя, вернувшийся ли домой с сорванной спиной дядька Димка - я ведь пишу не только про них. В их лице я пишу обо всех наших ребятах - любимых, родных. Без которых нам очень и очень плохо всем. Разве не так?

По большому счету, всё, через что прохожу сейчас я, - ровно через это же самое проходят сейчас многие-многие люди в России. Когда места себе не находишь. Когда нет связи неделями. Когда нужно брать себя в руки - и при этом совершенно непонятно, как это сделать. Откуда брать внутренние силы. Где найти хоть какую-то, хотя бы минутную точку опоры. Как удержаться на краю, когда понимаешь, что летишь в пропасть? И если кому-то в этот момент попадётся на глаза мой текст с точно такими же переживаниями, то человек, может быть, почувствует, что он не один такой на этом свете. И, может быть, у человека откуда-то найдутся еще две-три силёнки, чтобы выстоять, выдержать, дождаться. Чтобы сдюжить. И если это будет так, то я буду знать: я сложила свои слова в текст не зря.

В центре любого времени, каким бы суровым оно ни было, всегда должен стоять человек, живущий в этом времени, принимающий выбор этого времени, творящий это время своей жизнью. Я очень хочу, чтобы не было у нас в этот раз безымянного солдата. Правда. В великой формуле «Имя твое неизвестно - Подвиг твой бессмертен» на этот раз должно быть меньше неизвестных…