Прабабушка молодой женщины была «из бывших», как раньше выражались. И дожила до ста лет.
По наследству достались ей серьги со старинными бриллиантами и такое же кольцо.
Прабабушка никогда не надевала ценные вещи, может, суровое прошлое семьи сдерживало. Лежали вещички в коробочке и не давали покоя правнучке. Когда приходила, надевала, любовалась, возвращать на место очень тяжело: так бы взяла и унесла домой. Украшения уникальны и неповторимы, сегодня таких не найти.
Когда старушке стукнуло девяносто девять, правнучка решила «надавить»: "Лежат у тебя без дела, а мне в радость. Не нужны тебе, отдай, пожалуйста".
А бабушка возражала: «Они словно жизнь во мне поддерживают. Может, придумала, может, так и есть. Это единственная ниточка, что с прошлым семьи соединяет. Потерпи, милая, недолго мне осталось торчать на белом свете. Все тебе достанется».
Но как отстать? Сил же нет, очень хочется иметь такое сокровище. Давила и давила, прорвала оборону – отдала старушка семейную реликвию. Только тяжело вздохнула.
Прожила годок, ниточка оборвалась.
А правнучка радовалась, дома положила в сокровенное место и стала воров бояться. Завести ячейку в банке? Не решалась почему-то.
Надевала иногда вечерами, смотрела восхищенно на себя. Однако была одна серьезная особенность: как будто уши и пальцы отвергали прабабушкин подарок. Мочки, казалось, вот-вот порвутся, а палец опухал. Не приняли старинные вещицы новую хозяйку. Наверное, отдавая, прабабушка что-то плохое подумала.
А женщина вспомнила сказ Бажова, когда жадная барыня силой отобрала малахитовую шкатулку, только украшения носить не могла. И там есть замечательная фраза: «Не идет корове черкесско седло».
Стыдно сделалось, но ничего не исправишь.
Лежат серьги и кольцо в коробочке, как при бабушке. Женщина думает, что они с годами дорожают, это и утешает.
Бриллианты, я читал, капризная штука: могут принести владельцу как радость, так и беду. Интересно, почему?
А история, друзья мои, реальная.