Модные сериалы «Актрисы» и «Балет» Федора Бондарчука не открыли глаза на образ жизни актеров и отношения в театральной среде. И то, и другое стабильно воспроизводится в западном мире еще с античных времен.
Единственное, что отличает творческо-артистическое сословие современной России от того же слоя общества стран Запада, – привычка российских актеров учить народ жить.
Россиянам через СМИ и соцсети устами разного рода актеров и актрис буквально навязывают, как нужно думать или вести себя, в какие театры ходить, какие спектакли смотреть.
Вот, к примеру, интересуется журналист из Омска у актера Сергея Чонишвили: «Как быть с тем принципом, что многие зрители идут в театр отдыхать, получать удовольствие?». А Сергей Чонишвили (актер МХТ имени Чехова) отвечает: «Если человек пришёл получать удовольствие в драматический театр (не музыкальный) – ничего не получится. Он должен до этого посмотреть энное количество спектаклей».
То есть актер Чонишвили вменяет что-то зрителю в обязанность. Зрителю, который платит за спектакль театру, где работает актер Чонишвили.
Согласно Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности деятельность организаций культуры относится к сфере услуг. Театр как учреждение культуры оказывает зрителю услугу, которую зритель оплачивает, если считает качество этой услуги достойным. Покупая эту услугу, зритель не несет никаких предварительных обязанностей перед театром, и никто эти обязанности не вправе ему навязать – ни актер театра, ни его режиссер.
Как-то не приходилось читать или слышать поучения для зрителей от актеров коммерческих бродвейских мюзиклов или актеров государственного театра «Комеди франсез».
А журналист из АИФ-Омск задал свой вопрос о театральных зрителях не просто так. До этого речь в интервью Сергея Чонишвили шла о спектакле «Мужья и жены» режиссера Константина Богомолова, который МХТ показал на своих гастролях в Омске.
«Спектакль «Мужья и жены» входил в лонг-лист премии «Золотая маска» в 2018 году, то есть эксперты высоко оценили творчество. А зрительское восприятие неоднозначное, – заметил журналист. – Возможно, отрицательный взгляд связан с репутацией Константина Богомолова как скандального режиссёра?». «Чтобы говорить о творчестве, нужно сходить на пять спектаклей – и тогда составить свое мнение», – отрезал Сергей Чонишвили.
Эти предварительные требования к зрителю у российских актеров и режиссеров не случайны. Они – наследие советской эпохи, когда актеры не как отдельные выдающиеся личности, а как творческий слой общества были вознесены государством над обществом для всеобщего любования. Именно тогда к их словам и мнениям общество стало прислушиваться и внимать. Забывая, однако, что это слова и мнения людей, профессия которых – талантливо произносить чужой текст, представлять чужие мысли.
Насколько глубоки при этом собственные мысли профессиональных актеров, зритель судить не может – для этого зритель должен видеть актеров в бытовой жизни. Каковую нам и показал Федор Бондарчук в своих сериалах «Актрисы» и «Балет». Насколько правдивы сериалы, зритель опять же может только догадываться, если не живет с актерами рядом.
Но интересующийся театром зритель может, например, сравнить изобразительные средства современных режиссеров в виде изобилующей в спектаклях обнаженной натуры, похоронных принадлежностей и других впечатляющих зрелищ с театральным натурализмом древнеримского императора Нерона, возомнившего себя великим актером, драматургом и режиссером.
Как пишут историки, в театральных представлениях Нерона гибли реальные люди и звери, чтобы вызывать у зрителей неподдельные эмоции и сильное потрясение. Добром это не кончилось ни для театра, ни для Нерона, ни для Рима.
Наталия Теряева