Пресс-секретарь польского министра, координирующего работу спецслужб, прокомментировал публикацию газеты The Wall Street Journal о том, что в распоряжении следователей ФРГ оказались улики, указывающие на причастность Польши к диверсии на газопроводах «Северный поток».
Пресс-секретарь министра, координирующего работу польских спецслужб, Станислав Жарын категорически отверг обвинения в какой-либо причастности своей страны к диверсии на газопроводах «Северный поток».
«Польша не имела никакого отношения к взрыву „Северного потока — 1“ и „Северного потока — 2“. Причисление Республики Польша к этим событиям не имеет под собой никаких оснований», — заявил чиновник, комментируя материал газеты The Wall Street Journal.
Жарын напомнил, что теории и гипотезы вокруг «Северных потоков» распространяются уже несколько месяцев. «Это напоминает тактику информационного шума, целью которой является искажение действительной картины событий», — добавил представитель правительства Польши.
Накануне The Wall Street Journal сообщила, что немецкие следователи изучают улики о том, что подорвавшие «Северные потоки» диверсанты использовали Польшу как оперативную базу. В частности, есть данные о том, что яхта «Андромеда», которую, как предполагает следствие, использовали для организации подрывов, заходила в польские воды, а другие улики, по информации WSJ, указывают на то, что «Польша была центром материально-технического обеспечения и финансирования» диверсии.
Представитель нацбезопасности Польши не исключил, что к диверсии может быть причастна польская или какая-либо другая компания, но заверил, что ни одно польское государственное учреждение в этом не замешано.
Ранее издание Süddeutsche Zeitung сообщило, что судно «Андромеда» было арендовано польским турагентством Feeria Lwowa. Впрочем, как отмечало издание, многое говорит о том, что Feeria Lwowa — это всего лишь подставная фирма, которая была зарегистрирована двумя гражданами Украины. WSJ отмечает, что в 2020 году на счет этого предприятия неожиданно поступило почти 3 миллиона евро. В ФРГ предполагают, что преступники, причастные к подрыву, предъявили хозяину судна поддельные паспорта.