Найти в Дзене
Макс Набокин

Шаг из тьмы или кто стремиться сохранить несовершенную социальную систему

Всякая несовершенная социальная система закономерно стремится самоизолироваться, ограждая свою структуру от контакта с другими системами, чтобы сохранить себя. Естественно, что стремиться сохранять несовершенное могут только привилегированные классы данной системы – угнетатели. Они прежде всего создают сегрегацию управляемого ими общества под любыми предлогами – национальными, религиозными, корпоративными, социальными, чтобы превратить его жизнь в замкнутый круг физических и психических страданий, отделить от остального мира, чтобы общение шло только через властвующую группу. Рассматриваемое нами общество возникло из государственного капитализма, потому что здесь есть остатки религии и очень плохо поставлено дело воспитания. Капитализм заинтересован в техническом образовании и поддерживает проповедь религиозной морали, дабы фундаментально закрепить нормы транслируемой идеологии. Муравьиный лжесоциализм, наоборот, тщательно искореняет религию, не заинтересован в высоком уровне образов

Всякая несовершенная социальная система закономерно стремится самоизолироваться, ограждая свою структуру от контакта с другими системами, чтобы сохранить себя. Естественно, что стремиться сохранять несовершенное могут только привилегированные классы данной системы – угнетатели. Они прежде всего создают сегрегацию управляемого ими общества под любыми предлогами – национальными, религиозными, корпоративными, социальными, чтобы превратить его жизнь в замкнутый круг физических и психических страданий, отделить от остального мира, чтобы общение шло только через властвующую группу.

Рассматриваемое нами общество возникло из государственного капитализма, потому что здесь есть остатки религии и очень плохо поставлено дело воспитания. Капитализм заинтересован в техническом образовании и поддерживает проповедь религиозной морали, дабы фундаментально закрепить нормы транслируемой идеологии.

Муравьиный лжесоциализм, наоборот, тщательно искореняет религию, не заинтересован в высоком уровне образования, а лишь в том минимуме, какой необходим, чтобы массы послушно воспринимали «великие» идеи владык – для этого надо, чтобы люди не понимали, где закон, а где беззаконие, не представляли последствий своих поступков и полностью теряли индивидуальность, становясь частицами слаженной машины угнетения и произвола.

В обоих случаях мораль, в зависимости от обстоятельств, диктуется свыше. Кроме морали религиозной и обычного права, возникшего из общественного опыта, есть духовные устои, уходящие корнями в тысячи веков социальной жизни в диком состоянии, у цивилизованного человека скрытые в подсознании и сверхсознании.

Если и этот опыт утрачен в длительном угнетении и разложении морали, тогда ничего от человека не останется.

Поэтому ничего постоянного в индивидуальностях, сформированных в такой среде, быть не может, кроме отсутствия инициативы и, пожалуй, еще страха перед вышестоящими. Многообразные страхи, пронизывающие такое общество, аналогичны суеверным страхам, возникавшим в изолированных остатках архаических культур, где ужас перед богами заставлял ограждать себя сложнейшими ритуальными обрядами вместо сознательной ответственности за свои поступки.

В плохо устроенном обществе человек или должен развивать в себе крепкую, бесстрашную психику, служащую самозащитой, или, что бывает гораздо чаще, надеяться только на внешнюю опору – бога. Если нет бога, то возникает вера в сверхлюдей с той же потребностью преклонения перед солнцеподобными вождями, всемогущими государями. Те, кто играл эту роль (обычно темные политиканы), могли дать человечеству только фашизм и ничего более.

Иван Анатольевич Ефремов "Час быка"