Найти в Дзене
Сергей Рязанцев

Детская исповедь про взрослые гадости

Знаете, чем детские исповеди от взрослых отличаются? Дети всегда истории рассказывают. Иначе просто не могут. «Мы утром проснулись, и я побила братика. А братик пошел к маме жаловаться, а та побила меня. А потом я обиделась и сказала, что причащаться не буду. А потом...» Продолжение следует. Или: «Вот мы вчера на уроке смеялись над Петей, а потом мне было стыдно. Я просила прощения, но Петя меня не простил. А потом… А Петя… А еще потом…» В общем, только записывай материал для детских книжек или зови Чуковского. А что взрослый? Взрослый без всяких историй способен назвать грех по имени. Он говорит: лень, раздражительность, похоть, обжорство… Без историй. Историй не надо. Иначе получится детский формат со взрослыми гадостями. Типа: «Я шел по улице. А впереди шла барышня. Ну, такая, понимаете? А я с женой в ссоре. А у нее кофточка… А еще сумочка… А она обернулась… Короче, я подумал сначала про это, потом про то, потом она мне ночью приснилась… Понимаете?» Здесь не надо звать Чуковского.

Знаете, чем детские исповеди от взрослых отличаются?

Дети всегда истории рассказывают.

Иначе просто не могут. «Мы утром проснулись, и я побила братика. А братик пошел к маме жаловаться, а та побила меня. А потом я обиделась и сказала, что причащаться не буду. А потом...»

Продолжение следует. Или: «Вот мы вчера на уроке смеялись над Петей, а потом мне было стыдно. Я просила прощения, но Петя меня не простил. А потом… А Петя… А еще потом…»

В общем, только записывай материал для детских книжек или зови Чуковского.

А что взрослый? Взрослый без всяких историй способен назвать грех по имени. Он говорит: лень, раздражительность, похоть, обжорство… Без историй. Историй не надо. Иначе получится детский формат со взрослыми гадостями.

Типа: «Я шел по улице. А впереди шла барышня. Ну, такая, понимаете? А я с женой в ссоре. А у нее кофточка… А еще сумочка… А она обернулась… Короче, я подумал сначала про это, потом про то, потом она мне ночью приснилась… Понимаете?»

Здесь не надо звать Чуковского. Здесь других звать надо.

Но лучше не звать, а изменить стиль. Взрослым так, с подробностями и по-детски, исповедоваться нельзя.

Назвал грех и плачь. Этого хватит.

Наши же чада церковные сплошь и рядом горазды истории про себя рассказывать, как дети малые. Только детского в этих историях уже нет ничего.

И нужно этих мемуаристов и сказочников останавливать.

Называй грех по имени! Кайся! Берись за исправление! Всё!

Протоиерей Андрей Ткачёв

Разговоры с психологом - это суррогат исповеди.

Потому что любой искренний разговор сам по себе приносит облегчение.

Подруга изливает душу подруге, собутыльники беседуют "за жизнь", случайных попутчиков вдруг прорывает на откровенность, даже анонимные признания в сети - везде работает принцип "выговорился - полегчало".

Беда в том, что само по себе проговаривание проблем - бесплодно.

Человек признаёт наличие в своей жизни неких ошибок, в которых скорее всего сам и виноват, от этого осознания ему ситуативно становится легче - ну и всё - чаще всего дальше разговоров дело не идёт.

Простая констатация фактов не приводит к перемене ума и всей жизни.

Это как правильно поставленный диагноз: хорошо, но мало. Первый шаг на пути к выздоровлению. Скажем, если у тебя грипп и температура под 40°, нужны лекарства, постельный режим, обильное питьё и тому подобное.

А просто признаться в простуде - это ни о чём.

Интересную мысль совсем "из другой оперы" вычитал на канале "Психология маркетинга":

Признаваться надо не для демонстрации честности.

А потому, что этим шагом компания показывает, что способна управлять проблемой.

А значит - контролировать ее в будущем.

Признание ошибок даёт власть над ними.

Так и есть.

-----------------------------------------------

"Великая Отечественная Спецоперация"

Автору важна обратная связь, комментарии приветствуются

"Жертвоприношения наших дней"

-----------------------------------------------