Вскоре Николай с Тоней поженились, и жизнь у них протекала гладко, без всяких сучков и задоров. По полу старого дома, мазанному снаружи глиной и побеленному мелом, босыми ногами шлепали в шумной беготне уже подросшие две девочки, одной полгода, другой два. И все, казалось, на первый взгляд, идет своим чередом, но это только казалось.
─Тоня! Не пора ли нам завязывать узелок, ─ стараясь не обидеть жену, как будто невзначай бросил Комендантов.Тоня подняла свои черные продолговатые глаза и вызывающе посмотрела на Николая.
─Какой еще это узелок? ─ спросила она, нажимая на слово это.
─А вот тот, который там у тебя внутри живота, скоро третьим ребенком развяжется. Не успеешь оглянуться и опять: «Баю ─ баюшки ─ баю, не ложишься на краю», ─ хриплым, будто пропившимся, голосом пропел он, и, подойдя поближе к Тоне, обняв ее, продолжал:
─Не следует нам растить нищету. Я электрик, ты работаешь телефонисткой… Много ли мы зарабатываем? У нас двое ребятишек, и на этом надо остановиться.─ Он хотел ее поцеловать, мол вопрос решился, который уже давно не давал ему покоя, и Николай был доволен своим решением: так просто, без скандалов, очень быстро получилось, как ему казалось, склонить Тоню на свою сторону, но она вдруг резко, двумя руками оттолкнула его и пантерой отпрыгнула от Николая назад, встала в боксерской стойке, вытянув руки вперед, будто решила обороняться от Николая, который должен вот-вот наброситься на нее; по бледному лицу расплылись неправильной формы ярко-красные пятна, глаза засверкали злыми огоньками, и из доброй, покладистой жены она вдруг превратилась в кошку, которая внезапно встретилась с огромной собакой.
Но Николай, повидавший на своем жизненном пути и не такое, отпрянул, но как-то не испугался ее напора и продолжил спокойным и в то же время повелительным голосом:
─Иди к врачу и сделай, как все делают, аборт. Что тут такого? Все женщины с этим рано или поздно сталкиваются, ну и ты тоже сделаешь… Деньги на это мероприятие у нас с тобой найдутся.
Комендантов еще долго будет жалеть, что сказал такие необдуманные слова, будто наплевал ей в душу, а Тоня неожиданно для него вдруг как-то вся обмякла, руки опустились и повисли плетью, а в горле у нее все пересохло, и она медленно стала опускаться на рядом стоявший диван.
Слово «аборт» на нее так сильно подействовало, будто что-то громовое, штормовое, словно цунами, захлестнуло все. Как он, ее самый любимый человек, мог сказать это?! Ведь она неоднократно рассказывала ему ту ужасную историю, которая приключилась с нею и из-за нее попала в колонию; а он, будто нарочно, напомнил, словно по живому резанул: ведь ничего страшнее и ужаснее для Тони на этом свете нет, как слово «аборт». Это же смертная казнь ребенку, живому существу! И как она раньше помогала врачу-палачу, и сама стала убийцей?! Ведь церковь против абортов. Непонятно, почему государство не запрещает эту смертную казнь еще не родившихся детей? Ведь законом вообще отменена смертная казнь человеку в нашем государстве. А при аборте заживо убивают зародившегося, уже живого человечка. Как-то совсем не вяжется. Скажете, маленький. Ну и что, что маленький. Да по таким суждениям можно и гномиков приговаривать к смертной казни, или еще кого-нибудь, которые не вышли ростом. Да, а еще люди в белых халатах! Нет, что бы ни случилось, а абортам ─ запрет. Ей вспомнилось, как и почему она решила в жизни: никогда не будет делать аборт.
Автор рассказа "Самый счастливый человек" В.А.Галашевский 10 июня 2023 г.