Утро началось с трели мобильного телефона.
- Дорогуша, рецензии отличные, - протараторила Кара вместо приветствия. – Начни с «Нью-Йорк Таймс» и постарайся не слишком зазнаваться. Хотя кого я обманываю… Поздравляю, это успех!
Джон со стоном сел в постели. Вчера он весь извелся в ожидании выхода первых обзоров на новую книгу, поэтому в объятия Морфея его отправила бутылка виски. Она и сейчас стояла на тумбочке и осуждающе щурилась тонкой полоской коричневой жидкости, едва прикрывавшей донышко. Голова гудела, во рту пересохло, но совсем другая жажда заставила его подняться.
Жажда признания.
Зубная щетка, расческа и даже унитаз подождут, сначала – ритуал. Джон сунул руки в рукава старого халата и спустился на кухню. Включил кофемашину, принялся вертеть в руках мобильник. Нужные вкладки уже были открыты на разделах с книжными новинками, надо только обновить странички.
Последние капли нырнули в чашку, и Джон поспешил в свой кабинет, где увяз в мягком кожаном кресле. Можно, конечно, включить ноутбук, но он больше не мог ждать ни секунды. Отхлебнув кофе, Джон поднес айфон к глазам. Ослепленный яркостью экрана, он не сразу разобрал крупные черные буквы: «Сын Фергуса Тинга повторяет успех знаменитого отца».
В глазах потемнело. В топку «Нью-Йорк Таймс» – он переключился на соседнюю вкладку. «Новинка от Джона Грейта – увлекательный роман о…». Он почти успокоился, но в первом же абзаце опять наткнулся на предательское «Сын великого писателя Фергуса Тинга». Ни одна рецензия не обошлась без упоминания о его легендарном отце, светоче современной литературы. В одной статье читателям даже напомнили о загадочных обстоятельствах его исчезновения – и это вместо того, чтобы восхвалять книгу Джона!
Чашка с недопитым кофе полетела на пол, следом отправился злополучный мобильник. Чертовы журналюги! Сколько бестселлеров нужно написать, чтобы его перестали тыкать носом в литературный гений отца?! Он взял псевдоним, сделал всё для того, чтобы выйти из огромной тени ненавистного папаши, но даже после смерти этот старый придурок отравлял ему жизнь!
Джон снёс с полки одну из своих литературных премий. Хрупкая стекляшка треснула, разлетевшись во все стороны крупными осколками. Подумать только – всего лишь сын! Словно у него не было собственного имени!
Шатаясь и налетая плечами на стены, Джон спустился в подвал. Подошел к покосившемуся стеллажу в самом дальнем углу, нагнулся и снял с нижней полки огромный ящик с инструментами. Опустился на колени, слепо пошарил рукой, пока не нащупал почти у самой стены ещё один ящик. Вытянул его из темных глубин. Тихо клацнула металлическая защелка.
В нос ударила отвратительная вонь, но Джон не отшатнулся. Он молча смотрел на истлевшие обрубки ладоней, на скалящийся желтоватыми зубами череп.
- Ненавижу, - прохрипел Джон.
Вот оно – всё, что осталось от великого и ужасного Фергуса Тинга. Видели бы это журналисты! Джон встал, приспустил пижамные штаны, и с наслаждением помочился на останки своего отца, щедро орошая пустые глазницы желтой струей. Череп завозился, щелкнул челюстью и глухо проскрипел в ответ:
- Проклятый ублюдок!
Рассмеявшись, Джон стряхнул последние капли на раздробленную лобную кость. В кои-то веки он был рад тому, что великие люди обретают бессмертие.
18 мая 2021 г.