Внимание 📣 Сейчас Вы находитесь в эксперименте. Усаживайтесь в зрительский зал или спускайтесь на сцену. Вам необходимо прожить предложенную ситуацию.
Понюхайте, кажется, пахнет хлоркой.
Частицы кожи летают в воздухе, присасываются к стенкам бассейна, остаются там навсегда. Какое же блаженство, раскинув руки, раствориться в воде. Погрузившись в неё так, чтобы та покрыла уши, можно услышать своё сердце. А ещё интимнее погрузиться в воду, обратив лицо ко дну, или погрузиться в неё на половину, периодически уходя с головой. Бассейн сохранил воспоминания и о таких мечтателях – они оставались здесь навсегда. В целях экономии воду не меняли долгие месяцы.
Посетители здесь все до безумия разные: с шелковистыми телами, натёртыми розовым маслом юности, и бесформенные, студнеобразные. Но здесь, в теплой воде, все они становятся блестящей гидрой, единым механизмом.
В абсолютной тишине гидра исследует бассейн, иногда поднимает волны, иногда ныряет до самого дна. Вода ласкает её тело, искрясь на голых боках.
Неспешный всплеск – и гидра расползается по углам. Первобытный отчаянный крик всколыхнул хлорное облако купели.
Человекоподобная обезьяна свалилась в бассейн. На виду у десятка человек. Оказалась в воде она случайно, стало быть, из-за любопытства, а может из-за желания слиться с гидрой. Несчастное животное чудовищно испугалось, оказавшись в воде, истошно размахивало руками и то и дело глотало воду. Бассейн опустел, оставив обезьяну единственной актрисой в представлении. Все отдыхающие играли роли зрителей.
– О, право, уважаемый, не находите ли Вы выражение лица актрисы излишне беспокойным? – поинтересовалась дама на шезлонге у растерянно стоящего мужчины. – Да что же Вы так мельтешите, сядьте, будем обсуждать представление.
Худощавый мужчина с чудовищным сердцебиением переводил взгляд с несчастной актрисы на зрителей. Он непроизвольно вздрагивали, желая броситься в бассейн, на помощь, а разум уже вырывал несчастное животное из мокрых рук смерти. От такого диссонанса мужчину начало тошнить. Посетители же усаживались поудобней, тихо беседовали шёпотом. Кто-то и вовсе безучастно дремал на шезлонге. Представление его утомляло. Ах! Как же смешон этот вспотевший мужчина, как нелепо хлопает глазами, таращится себе под ноги. Такие эмоции присущи чувствительным зрителям. Они свидетельствуют лишь о прекрасной игре и прерывать представление из-за нахлынувших чувств нелепо. Ах, право! Не будет же в самом деле каждый возбуждённый зритель пытаться прервать разгорячённую певицу или вырвать голову дрессировщика из пасти тигра.
Спасти актрису – значит завершить представление. Под силу ли будет перенести презрение зрителей? Ведь они заплатили за билет собственным рождением, а значит достойны своих зрительских мест. Мужчина вправе отдать билет и удалиться, но вместо этого дрожит, словно освежёванный кролик. Чтобы сбавить напряжение, он всё же повернулся в сторону женщины-наблюдательницы.
– Не душно ли вам, госпожа? – заикаясь спросил он. – Мне вот чудовищно душно, словно я проглотил солнце, и оно пульсирует внутри.
– Голубчик, – по-матерински отозвалась тучная женщина, – не стыдитесь своей сути. Это ваши чувства рождаются и пульсируют в вас. Разрешите им пустить корни. Вы сильнее дрожащих рук и способны разогнать в себе злость, отчаянье, даже гнев, стоит только захотеть.
Мужчина не отвечал.
– Стало быть, вы переживаете за животное в воде, танцующее со смертью. Будьте добры, сядьте и посмотрите на него отсюда, – женщина потянула мужчину за руку на свой шезлонг. – Сядьте же.
Тот повиновался.
– Сейчас это существо откроется вам с разных сторон: это испуганное животное, за него щемит сердце, когда представляешь, как вода раздирает его лёгкие, это и бесстыжий нарушитель тишины, посмевший разорвать ритуал омовения, также это актриса, учившаяся игре у самой жизни.
Ах! Посмотрите теперь на лицо мужчины – капли пота почти высохли, постепенно разглаживая лицо и сбрасывая мерзкую маску сострадания, глаза его оживились и теперь выражали исключительную трезвость ума. Женщина, видя это, продолжала:
– Сегодня актриса сделала выбор шагнуть на кристальную поверхность, должно быть восхитившись гидрой, а значит, она выбрала умереть. Но мы наградим её аплодисментами. Возможно, сегодняшнее представление – это единственное, для чего она появилась на свет. Весь её страх и боль меркнут перед священной возможностью запечатлеться в глазах зрителей. Все мы будем вынашивать её образ до самой своей кончины, тем самым позволим ей жить вечно. В разгар пылкого монолога женщины представление достигло апофеоза: актриса что есть силы била воду, словно пытаясь взлететь. Её лёгкие медленно разрывались, выдавая в пространство звуки, похожие на пение. Кто-то из зрителей тотчас же отметил, какой немелодичный у неё голос.
Перед выводами чрезвычайно важно прочитать вторую часть:
#литературныйвзгляд