В международный цифровой прокат вышел мультфильм «Человек-Паук: Паутина вселенных» — продолжение нашумевшего пять лет назад «Через вселенные». С тех пор случилась пандемия и сменилась режиссерская команда: теперь процессом рулят Джастин Томпсон, Кемп Пауэрс («Душа») и Жуакин Душ Сантуш («Аватар: Легенда об Аанге»). Как новым похождениям Майлза Моралеса удалось стать еще изобретательнее и масштабнее, не потеряв в качестве, рассказывает Алексей Филиппов.
После спасения одного Нью-Йорка от большого взрыва [коллайдера] Гвен Стэйси (Хейли Стайнфелд) возвращается из мира Земли-1610 в родную вселенную под номером 65, где ничего как будто не изменилось. Снова подростковое одиночество, геройство под белоснежной маской Женщины-паука, неловкие беседы с отцом-полицейским (Ши Уигэм), который сбивается с ног, чтобы поймать самопровозглашенную охранительницу порядка, которая — он, конечно, не знает! — на самом деле его дочь. Мир Гвен — акварельная безнадега, окрашивающаяся то в синие тона сплина, то вспыхивающая мучительным румянцем. Пока в музей Гуггенхайма не проникает Стервятник (Йорма Такконе) из другой вселенной, где все предметы словно сошли с чертежей Леонардо да Винчи, а вслед за ним — врывается смурной высокотехнологичный Мигель О’Хара (Оскар Айзек) — Человек-Паук из 2099-го. Он — страж пространственно-временного континуума, не позволяющий героям и злодеям покидать миры (или Земли), которым они принадлежат. Попытка задокументировать эстетический вихрь — занятие теперь для совсем уж отчаянных. В сюжет врываются кадры из футуристического 2099-го и альтернативной Индии с Земли-50101, где в помеси Мумбаи и Манхэттена орудует неунывающий Павитр Прабхакар (Каран Сони), а в списке тысяч разномастных коллег по суперсиле — беременная Женщина-паук Джессика Дрю (Исса Рэй), Паркер — лего-человечек, Спайдер-котик (и конь! и тиранозавр!), а также Магвайр с Гарфилдом и даже Дональд Гловер, с которого частично срисовали Моралеса для соответствующего комикса. Все они переживали примерно ту же гамму чувств, что и Майлз, теряли отцовскую фигуру в статусе капитана — и далее по списку. Закадровый голос Питера Паркера (Джейк Джонсон) в первой части (он, кстати, теперь отец!), а теперь Гвен Стэйси как будто пытается заговорить эту боль утраты и неприкаянности, убеждая зрителей (и самих себя), что всё это было, все это чувствовали, жизнь продолжается, не вешать сеть, спайдер-герои.
И снова Моралес не попадает в унисон с теми, кого хотел бы назвать «своими»: не только из подросткового нежелания смиряться с заведенным порядком, но потому что он буквально — аномалия, как и его теперь уже грозный оппонент Пятно, сломленный двойник доктора Манхэттена. Дыры, которые злодей-ученый использует, чтобы разметать всё на своём пути, Майлз носит глубоко в душе, пытаясь не проваливаться в бездну отчаяния и озлобленности. В конце концов, паутина, которую мы выбираем, не всегда выбирает нас.