Мир Джафар Багиров, руководивший советским Азербайджаном в 1933-1953-х годах, был плоть от плоти непреклонным сторонником коммунистической партии. Несмотря на то, что он был из семьи мусульманских священнослужителей, в годы революции перешел на сторону большевиков, и сумел сделать карьеру чекиста. Под его началом некоторое время работал Лаврентий Берия, который стал для Багирова близким другом.
Когда он находился при власти, на нары и на тот свет отправилось не менее 150-ти тысяч человек: как истинных «врагов народа», так и потенциальных противников режима. Во всех кабинетах и школах Азербайджанской ССР висели его портреты, хотя руководители иных союзных республик так поступать опасались.
Однако, это была лишь одна сторона его деятельности. Багиров стал известен, как превосходный организатор народного хозяйства: при нем каспийские нефтяники легко сумели закрыть потребности в топливе воюющей страны. Он ходатайствовал за Берию перед Москвой, когда того могли поставить к стенке.
Он не стеснялся противодействовать самому Сталину, когда был уверен, что тот неправ. Чтобы осуществить депортацию живших у границы азербайджанцев, Багирова пришлось отправить в продолжительный отпуск, поскольку в Кремле знали, что он будет этому противодействовать.
Глава азербайджанского ЦК компартии был известен привычкой тайно покидать свой кабинет. Он одевался простым пастухом, и на попутках уезжал в дальние районы. А после этого заходил в ближайшую чайхану и слушал то, что говорят люди. На следующее утро чекисты забирали тех чиновников, кого больше всего ругали.
Когда Германия атаковала СССР, и началась Великая отечественная война, власти были ошеломлены потоком добровольцев, которые сами обращались в военкоматы. Большинство молодых людей были родом из сел, потому что вся страна тогда была преимущественно сельской. В отличие от городских азербайджанцев, они не всегда хорошо знали русский язык. Хотя, конечно, в мирное время это не было большой проблемой. Но в советской армии приказы отдавали только на русском, и из этого проистекало немало сложностей.
Советские власти, в том числе, высшее руководство Красной Армии, о такой ситуации знало. И предпринимало меры, чтобы все исправить. Еще в 1930-е годы в РККА приступили к созданию национальных частей и к формированию грамотных офицерских кадров из числа коренного населения союзных республик.
Но таких формирований было явно недостаточно. К тому же, после репрессий, связанных с делом Тухачевского в 1937-м году, многих командиров отправили в тюрьму и на тот свет. Например, выдающегося командира, комбрига Джамшида Нахичеванского, потомка азербайджанских ханов.
В общем, большинство жителей республик попадало в обычные части. Как писали в ЦК азербайджанские коммунисты: «Младшие офицеры не умеют себя вести, применяют физическую силу, оскорбляют. В результате среди солдат растет недовольство...» Это было, наверное, неизбежно – многие сами недавно были крестьянами, которые не видели ничего, кроме своего села.
Багиров по должности являлся участником военного совета Закавказского округа. Он был известен своим стремлением помогать землякам. Ему стало известно о самоуправстве некоего лейтенанта Евгения Хрущева, однофамильца будущего генсека, который стал грозой для солдат из национальных республик, не всегда понимавших команды.
Руководитель Азербайджана пытался добиться справедливости в штабе, но там пожали плечами и сослались на «законы военного времени». И тогда Багиров приехал в штаб, и публично пустил лейтенанту пулю в лоб из своего «Маузера». Что характерно, после этого злоупотребления прекратились. За этот свой поступок главе Азербайджанской ССР пришлось оправдываться лично перед Сталиным, но генсек все сразу понял и одобрил его решительные действия.