С точки зрения репатриации валютной выручки аномальной зоной для российских экспортеров стали Индия и Турция
Нетипичные внешнеторговые операции российского бизнеса стали реже расцениваться Центробанком как попытки обналичить или вывести средства за рубеж. До кризиса и санкций практически любые изменения платежных цепочек компаниями квалифицировались как подозрительные операции, но сейчас это не так, рассказал «РБК» глава департамента финансового мониторинга и валютного контроля Банка России Илья Ясинский.
– Мы понимаем, для чего это делается в текущих условиях: для того, чтобы обойти ограничения, которые нам искусственно навязываются извне. Такие сложные платежные схемы завязаны на выстраивании новых логистических цепочек, чтобы обеспечить импорт необходимых товаров. В этой части мы наши «фильтры» немного ослабили, – пояснил глава департамента ЦБ.
История вопроса:
По мнению Росфинмониторинга, банкам удалось настроить системы финансового мониторинга на выявление подозрительной деятельности клиентов с учетом изменения направленности и характера трансграничных операций.
– Подтверждением этому служит системное информирование банков, осуществляющих межстрановые переводы о сомнительных операциях своих клиентов, – резюмировал представитель Росфинмониторинга.
Участники рынка стали открывать корреспондентские счета в национальных валютах дружественных стран, а власти разрешили ввоз в страну подсанкционных товаров без согласия правообладателя через третьи страны, а также проводить расчеты с контрагентами-нерезидентами за наличные.
– Раньше для совершения крупных операций с участием посредников, особенно с небольшим оборотом и недолгой историей, запрашивалось большое количество документов и уточнялись дополнительные вопросы. Банки придерживались общих критериев для всех клиентов. Сейчас подход стал мягче и носит более индивидуальный характер – банки рассматривают ситуацию каждого клиента отдельно, – утверждает специальный советник по санкционным вопросам коллегии адвокатов Pen & Paper Кира Винокурова.
Летом 2022 года Росфинмониторинг направлял в банки рекомендации, как отличать финансовые операции для обслуживания разрешенного параллельного импорта от подозрительных транзакций, нацеленных на обналичивание или незаконный вывод средств за рубеж.
Банкам проще отказать в операции, чем нести ответственность в случае блокировки средств иностранным банком-корреспондентом, объясняет Кира Винокурова.
– Основной вопрос сейчас заключается в репатриации валютной выручки. Особенно аномальная зона – это Индия, товарооборот с которой составляет более $40 млрд. А также Турция, где волатильность лиры зашкаливает, а курсы конвертации огромные. Поэтому сейчас главная проблема для экспортеров – это возврат экспортной выручки, она активно решается, – рассказывает член генерального совета «Деловой России», генеральный директор АО «Первая группа» Алексей Порошин.
По данным Банка России, в 2022 году объем сомнительных операций с признаками вывода средств за рубеж оказался на минимуме за все время мониторинга – 36 млрд рублей. По сравнению с 2021 годом показатель упал на 16%. Падение в основном произошло за счет сокращения объема подозрительных авансовых платежей за импорт – с 27 млрд до 17 млрд рублей. При этом вывод денег по схемам импорта через страны Таможенного союза подскочил более чем вдвое – с 5 млрд до 13 млрд рублей.
По данным Росфинмониторинга, в 2022-2023 годах объем подозрительных трансграничных операций снижается.
Напомним, на ближайшую перспективу расчеты в рублях и юанях являются самыми перспективными моделями для ВЭД, считают эксперты. Главный риск расчетов в рублях – вторичные санкции для торгующих с РФ стран, а использования юаня грозит увеличением зависимости от КНР. Расчеты в юанях лучше вести со странами Азии, Африки и Латинской Америки. LR