Во все времена в своей жизни я был атеистом. И никто не сможет меня переубедить и обратить в веру. Да, я крещёный (в раннем младенчестве), есть крестик с распятым И.Х. (даже два крестика: один – подарок мамы, второй подарил цыган). Более того, над кроватью висит собственноручно вышитая икона св. Николая ЧудоТворца (освящена в Воскресенском храме – г. Новохопёрск, где когда-то крестили отца). В 90-е и начале нулевых был лоялен к церкви и стал интересоваться религиозной архитектурой. В родном Новокузнецке во времена СССР было только две действующие церкви, в постсоветское время стали реставрироваться разрушенные храмы и открываться новые. Поехал также по близлежащим селениям знакомиться с религиозно-культовыми зданиями.
Много разговаривал с настоятелями. По бóльшей части они выкладывали душу, рассказывая о вверенных им храмах. Они рассказывали историю сооружения, что уже сделано и что предстоит сделать, рассказывали про старинные иконы и своих прихожан. Однако встречались и такие настоятели, которые давали от ворот поворот, не желая разговаривать. То ли попадья в ночь глухую не дала или наоборот дала утром скалкой в лоб, потому у попа и не было настроения. Ну да ладно, Бог ему судья...
Приехал в село за Новокузнецком (Атаманово – новокузнечане знают). На стыке 90-х и нулевых под церковь там приспособили дом. На крыше сколотили купол с православным крестом, под деревянный навес повесили колокол.
Захожу внутрь. В первой комнате – прихожей – расположилась библиотека с религиозной литературой и тут же стол с плиткой и чайником сверху, во второй комнате – большой – был алтарь, где проводились службы и иные обряды.
Зашёл немного не вовремя или наоборот вовремя. Там, в большой комнате, исповедовалась женщина лет сорока. В ожидании, когда священник освободится и дабы скоротать время, взял с полки первую попавшуюся брошюру с пожелтевшими страницами. Не помню, как она называлась, запомнился первый абзац текста. В нём говорилось, что телевидение – это величайшее зло, не следует истинно верующему человеку иметь дома телевизор. Прочитал пару страниц и положил книжку на место. Другая литература меня уже не интересовала, предполагая, что там тоже будет агитация против современных благ цивилизации.
Внимание привлёк настенный постер-календарь с изображением Богоматери и Иисусом Христом у неё на руках. Впрочем, заинтересовало не столько изображение, сколько перечисление праздников – от великих до малых. В году 365 дней и каждый день был расписан каким-либо событием! Читаю и отмечаю про себя, что какие-то праздники знаю, а про многие вообще ни разу не слышал.
Тем временем исповедь закончилась. Женщина пошла на выход, священник давал ей напутствия. С чем приходила прихожанка, какой у неё был грех на душе – я не прислушивался, не моё это дело.
Настоятель церкви – высокий, статный мужчина лет тридцати. Длинный волос, густая борода. Женщина ушла, обращаюсь к нему:
– Святой отец...
Улыбнувшись, он меня сразу же перебил:
– Да какой же я святой? Я – не святой.
Честно говоря, я опешил:
– Но так везде обращаются к священникам.
Настоятель смеётся:
– Неправильно обращаются.
Мне стало интересно:
– Почему же тогда священники не поправляют?
Настоятель погладил бороду:
– Гордыня в них возыграла, вот и не поправляют. К лику святых они не причислены, потому не дóлжно называться святыми.
Протягиваю ладонь к собеседнику:
– И как же мне к Вам обращаться?
Настоятель машет рукой:
– Вот только не надо на «Вы», не терплю я такого обращения. Мы к Богу обращаемся на «Ты», а Он выше нас. А ко мне можно просто – отец Михаил.
И дальше наша беседа пошла уже в русле приятного диалога. Настоятель оказался интересным собеседником, много рассказывал о себе, о вверенной ему церкви, показал проект будущего храма с колокольней, которую планировалось построить на месте домовой церкви. Построили храм или нет – не знаю, я уехал из Сибири и в том селе больше никогда не бывал. Однако после того разговора ко всем священникам я обращался только на «ты» без приставки «святой». Никто не возражал.