"Контрнаступ" мы ожидали. Неприятель, по своей медийной составляющей, широко его разрекламировал, да его и подталкивали к этому "деловые партнеры" из Запада и США, что вполне логично: столько денежных вливаний, бронетехники, оружия, боеприпасов поставлено, а результатов нет. Эмпатия к человеку в свитере у западных партнеров уже проходит, на него перестают обращать внимание, он начинает раздражать.
Сейчас противник крошит свои специально обученные бригады об линии нашей обороны. Направление главного удара до сих пор так и не выбрано, везде встречают "радушно". Теряет в боях массу личного состава, технику. Отрабатывают по нему из всех стволов, железки горят. И большое мужество и самоотверженность при этом проявляют не только наши солдаты и офицеры, но и полевые генералы.
Как полевого генерала отличить от генерала аппаратного — все фронтовики знают. Аппаратный, если удостаивает чести посетить войска за "лентой" — на "передок" не лезет, обретается в безопасном тылу. Любит красивые слайды, доклады, массовое скопление л/с в построении, чеканный шаг, красивую технику (Вот чтоб без всяких этих самодеятельных навесов из решеток от "птичек", кто разрешил?! Убрать!) выставленную по линеечке.
Любит парады боевых "птичек" в тылу, дабы восхищаться лично и предоставлять фото и видео-доказательства в родное ведомство о незыблемости и всеготовности нашей великой армии. Любит милые презенты из чего-нибудь трофейного или от местных умельцев.
Аппаратный генерал любит песни и пляски, вокальную и инструментальную самодеятельность, а пуще — удалую строевую песню, она напоминает ему курсантские времена. И горе тому подразделению, если песня не звенит в воздухе за чеканным шагом, а-та-та, прочный неуд. А за хорошую строевую песню урчащему от удовольствия генералу и никакой награды не жалко, и командиры это знают.
Полевой генерал сам лично облазил все линии рубежей обороны. Если нужно — он не гнушается и проползти до секрета боевого охранения, не боится испачкать генеральскую форму. Он знает слабые места не по бумажкам и старается их усилить. Он создает слаженное боевое управление вверенным участком фронта. Он заставляет все соединения и части вертеться, как белка в колесе, в плане боевой тактической подготовки.
Войска у него не отплясывают с балалайками и не ходят строем, в свободное от передовой время они усиленно занимаются на полигонах (хоть ребята и ворчат). Полевой генерал готовит свои войска к обороне и наступлению.
Пока было время — все участки и направления готовились к обороне всеми силами и средствами. Но на всех направлениях подготовка проходила по разному. Кстати, даже на полигонах войска тренируются по разному. Где-то отстраиваются полноценные линии обороны и укреплений и подразделения отрабатывают огромный спектр вводных задач (по-суворовски), а где-то армейцы, как во времена ВОВ, штурмуют цепями с криками "Ура" голые поля, бегая из одного края поля на другое.
Не все командующие являются полевыми генералами. Некоторые штабы покидают неохотно, считая, что не дело командующему отрываться от карт. Теперь о Теплинском.
Полковник К.Залесский докладывает:
"Высокопоставленные офицеры 5-й, 36-й армий отмечают решающую роль генерала Михаила Теплинского.
Начиная с 1 апреля, назначенный замкомандующего ОГВ (с) по боевым действиям Теплинский в «ручном режиме» выстраивал оборону вверенных бригад и дивизий.
Усиливая наиболее привлекательные для прорыва противника участки, военачальник корректировал места расположения минных полей, замаскированные точки установок ПТУР, тщательно замаскированные места размещения противотанковых резервов и маршруты их выдвижения, лично определяя даже типы боеприпасов в боеукалдках танков этих резервов. И с утра до вечера, не жалея ни себя, ни проверяемые батальоны, тренировал людей.
Но самый главный вопрос, которым задаются офицеры-операторы – как ему удалось с 90-процентной точностью определить направления ударов неприятеля?
Ответ — профессионализм и опыт. Командующий ВДВ не только воюет, начиная с выпуска из училища (Приднестровье (1992), Грозный и Аргун (1995), горная Чечня (2000), Донбасс, Сирия, Украина), но единственный из двух десятков военачальников современности, получивший звание Героя не «за Сирию» и не генералом, а ротным – в грозненской мясорубке в январе 1995-го.
Впрочем, сам Теплинский далек от шапкозакидательских настроений. Отбили, говорит, только первый штурм, главное наступление «натовских» бригад еще впереди".
Ну и от себя добавлю. Автор когда-то имел честь служить в воздушно-десантных войсках, т.е. в одних войсках с Михаилом Юревичем. А потом знает, что каждый десантник всегда помнит: "Никто, кроме нас!". В процессе службы могут меняться рода войск, после академий офицеров прогоняют по различным соединениям, но если начинал в десанте — это навсегда с тобой.