В беседах с Григорием старик часто говорил о Боге. Бог. Что Григорий о Нём знал? Да ничего! Бабка ещё была верующая, куда-то в церковь ездила. Когда она умирала, мать по её просьбе священника какого-то привозила. После её смерти мать тому священнику все иконы и книги, что от бабушки остались, отдала. Одну лишь себе оставила, в память о матери, завернула в тряпицу и убрала в шкаф. Вот в шкафу, в тряпице и был для Григория весь Бог.
Беседы с дедушкой приносили покой, согревали, светлее от них становилось. Вскоре Гришка заметил, что не только он делиться сокровенным с дедушкой Кешей и находит утешение в беседах с ним. Сначала он ревновал «своего» деда к другим заключенным, но потом это прошло. Даже сам Витка Носатый пришёл, заливаясь слезами к старику, узнав, что жена его, сдав сынишку их в детдом, сбежала с другим. Дедушка долго успокаивал его, утешал.
Так прошло три года. Все полюбили дедушку Кешу, но ближе всех он держался с Гришей. Весной дедушка заболел, с каждым днём было все хуже и хуже, но он упросил оставить его здесь, а не в госпитале – «недолго уже осталось». Скоро он умер. Взрослые мужики, преступник рыдали, прощаясь с тем, кто пусть ненадолго, осветил их жизнь, обогрел их. Смогли устроить и гроб, и отдельную могилу. Ярко светило весеннее солнышко. «Пасха!», - сказал кто-то.
Закончился срок Гришки. Домой он ехал радостный, торопился, представлял, как увидит мать, обнимет её. Но уже на подходах к дому тоска и дурное предчувствие охватили его. Их дом выглядел заброшенным. Дверь оказалась не заперта. Дом был пуст. К глазам подступили слёзы. Он увидел огонёк, на кухне в правом углу висел тот самый, завернутый когда-то в тряпицу образ, перед ним теплилась лампадка. За ним тихо скрипнула дверь, он обернулся: худенькая, высокая девчоночка стояла в дверном проёме:
«Здравствуйте, Гриша. Я Аня, сестра Зоина, - проговорила она и, зардевшись, опустила глаза. – Мама Ваша, тётя Оля, она…она умерла».
«Давно?», - еле прошептал Григорий.
«Пять лет назад. Она всё перед этим образом стояла и молилась о Вас, ждала Вас. Как с работы придёт за молитву и ночью тоже. Я …я знаю, что Зойка сделала. Я смотрела за тётей Олей, помогала ей, а когда она умерла, не смогла Вам написать. Стала сама передачи Вам слать. Зойка помогала, у ней муж сейчас высокий начальник. Стыдно ей было. Вы не думайте, мы тётю Олю правильно похоронили, даже отпели, - она помолчала. – Простите нас, пожалуйста, простите Зойку», - она всхлипнула пару раз и выскользнула из избы.
Григорий обессилено упал на лавку и обхватив голову руками, зарыдал.
Оптина пустынь, 2007 год.
Отец Николай с несколькими молоденькими семинаристами подошли к келье:
«Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас!»
«Аминь»
Они вошли в маленькую келью, все стены, которой были увешаны иконами, у стены в высоком деревянном стуле сидел старый монах с четками в руках.
«Благословите, отец Георгий».
После того как все устроились, о. Николай обратился к хозяину кельи:
«Отец Георгий, расскажите, пожалуйста, молодым нашим про Владыку Иннокентия, Вы же почти келейником при нем были в последние его годы жизни».
«Да, сподобил Господь узнать Владыку, но разве понимал я тогда, глупый Гришка с кем я общаюсь…… рассказать о нем….Владыка Иннокентий был Любовь, и словами своими и жизнью он показывал: Любовь побеждает всё! »
Первая часть - https://dzen.ru/a/ZH7hVfDfnDgG0on1?share_to=link
