Страшная картина предстала перед глазами….
Кобель и сука были мертвы.
- А ну, собирайте ка Вы свои пожитки и убирайтесь из села нашего! Чтоб духу Вашего здесь не было! – зло прокричал кто-то из толпы, обращаясь к семье Кристины и Отцу Василию.
- Правильно! Нечего тут дьявольскому отродью делать. Убирайтесь! – поддержали все деревенские.
А меж тем, с новым громогласным раскатом, пролился на землю дождь косой, проливной. Смывал он кров* собачью, что ручьями потекла по двору.
- И чтобы завтра духу Вашего не было в деревне нашей! А то очистим Вас огнём все очищающим, подпалим! – продолжали сыпаться угрозы от деревенских.
- Подпалим-подпалим, не сомневайтесь! - поддакивали люди.
Собаки, подойдя ближе, обнюхали трупы своих вожаков и протяжно завыли.
Зрелище закончилось. Люди начали потихоньку расходиться.
Рая рыдала. Горькие слезы ручьями текли из глаз! Все было кончено! Несчастная девушка хотела было броситься к собачьему трупу, Якиму любимому своему, да только брат ей не позволил, силой удержал. И правильно! Зачем чтоб люди лишний раз судачили?!
Глядя на произошедшее прояснилось в голове у Раи. Все поняла девушка. Вот почему подруженька так по Якиму сохла! Вот кем была Кристина на самом деле! Вот для чего ей Яким так нужен был! Про таких люди говорят: «Одного поля ягоды». Одинаковые! Толи люди, толи собаки. Да только одного не учла Кристина! Не Люба она была Якиму. А может парень и чувствовал какое-то родство? Но в родстве ли дело? А вот Кристина не смирилась. Не отдала Якима, решила, если с ней не будет, так никому не достанется!
Когда двор опустел и люди совсем разошлись, заплаканные родители завернули своих детей в мешковины и по домам понесли. Хоронили Кристину и Якима в человеческих гробах, а уж что внутри было никто не знал. По сей день люди судачат собаки там или люди все же? На самом краю кладбища похоронили Кристину и Якима - рядом.
- Вот вы и вместе, подруженька! Все случилось как ты и хотела! – вытирая горькие слезы, что ручьём текли из глаз кружевным платочком, пробормотала Рая, печально смотря на две свежие могилы с деревянными крестами.
Не успела Рая отвернуться от холмиков и пойти к выходу, как голова закружилась, перед глазами все поплыло и потемнело. Тошнота подступила к горлу.
- Якимушка… – пронеслось у нее в голове. – Вот оно как, стало быть…
Решила Рая, что не будет ей жизни в деревне, уезжать нужно. Только вот куда ехать? Да и время тянуть не стоит. Чем раньше скроется от глаз людских, тем лучше, а то пересудов и разговоров не оберёшься. Уж очень быстро ее беременность развивалась, не по-человечески.
И вот как-то ранним утром, когда солнце лениво протянуло свои тёплые лучи, Рая оставив родительский дом, ни слова не говоря, отправилась к ведьме Евдокии. А к кому ещё ей идти было? Не к кому! Кто ещё помочь сможет как не ведьма?!
-Вот так все и было, бабушка! – утирая слезы, пробормотала Рая! – Помоги мне, Христом Богом прошу! – Рая рыдала навзрыд.
-Так чем же я тебе помогу, дитятко? Срок то уже какой! Поздно что-либо делать! Хочешь не хочешь, а рожать придется!
-Ну как же… Куда же…. – девушка задыхалась от рыданий.
-Никуда! У меня оставайся! И живи до заветного дня. А там уж сама решишь как, куда и надобно ли оно тебе. По хозяйству мне поможешь, да и веселее во вдвоём то. – ответила ведьма.
Вот уж и рожать скоро. Долго Рая с силами собиралась, но набравшись смелости решила спросить у ведьмы, что она знает о перевертнях? Зашла девушка в избу, а ведьма Евдокия за прялкой сидит, а рядом с ней кот огненно – рыжий. Ведьма его Кузьмой звала. Кот сидел на лавке по-человечьи свесив задние лапы и спокойно молоко с блюдца пил придерживая его передними да баранкой закусывал.
- Да я много то о них и не знаю. Особо и рассказать нечего. – проследив за взглядом Раи и опережая её вопросы, сказала Евдокия, не отвлекаясь от своей работы. – Иди, иди, вон сядь на лавку, сама знаешь, что в ногах правды нет и не стой над душой.
Рая послушно села, а Кузьма ей протянул баранку и пододвинул блюдце с молоком. Девушка во все глаза смотрела на кота! Она благодарно кивнула «котику», но к угощению так и не притронулась.
Иссиня чёрная ворона Клара, сидящая возле прялки, неодобрительно каркнув, слетела с насиженного места, подхватила баранку с блюдца и вернулась на свое место.
- Древние они. Такие же древние как волкодлаки. Все у них свое было: и страна была своя и земля. Только беда приключается, когда миры то смешиваются, а то б жили себе спокойно и дальше, а то вон оно что творится…. Но этого тебе не надо знать. Что там далеко, неважно все… А вот в наших края… Вообще много лет назад… Ну не так много, конечно… Ну вот тебе сколько? Ну вот! Вот столько лет назад, пришла ко мне одна такая… С пузом в слезах вся… Родить родила, да сбежала… Была у меня да сбежала. Оставила мне на воспитание своих…. щенков. А я что? А я старая уже… куда мне такая свора… Я их и раздала по добрым людям. Люди то они вырастят, выкормят…. В людях то щенки быстро людьми станут…. - Евдокия покосилась на Раю. – Понимаешь девка, о чем я толкую?
Рая не понимала, или понимала, но не до конца. Девушка вообще была не уверена, что в данной ситуации способна хоть что-то понимать, но переспрашивать испугалась, а лишь старалась внимательнее слушать.
- Так вот о чем это я… Ах, да… Те щенки то и были, брат и сестра кровные, подруга твоя покойная Кристина и жених твой Яким, от кого ты щенка то и понесла. И, похоже, не одного ждешь!-пристально посмотрев на Раин живот, сказала ведьма.
Услышав слова Евдокии, Кузьма фыркнул, выгнул спину и слегка распушил длинный хвост.
- Что Вы сказали? – в растерянности переспросил Рая. - Щенка? Какого такого щенка? – схватившись за живот пролепетала девушка.
Евдокия, Клара и Кузьма синхронно кивнули.
-Ой, мамочки! – взвизгнула Рая. От услышанного она напряглась и стало ей совсем плохо.
Кузьма зашипел и соскочил с места, а Евдокия с досадой сплюнула на пол и проворчала
-Эх, окаянная! Все вовремя! Началось уже! Эх, не дала допрясть.
Кузьма, тащи ведро и тряпки чистые, да побольше! А ты Клара вон лети из хаты, нечего тебе тут делать, охраняй лучше да не впускай никого.
Роды были тяжёлыми и выматывающими…. Рая кричала так, что слышно её было, кажется в родной деревне и вторили ей все деревенские собаки громким протяжным воем…. Спустя несколько часов появились на свет два щенка, в которых совсем ничего не было от человека. Крошечные и совсем слепые, беспомощные комочки слипшейся шерсти жалобно поскуливали и искали мать.
- Вот, они дети твои, горемычная! – поднося к Рая щенков обрадовала Евдокия.
Но вместо слез радости, несчастная испытала страх и стыд, и беззвучно горько заплакала.
- Ну, полно тебе…. Полно…! Чего ты убиваешься? – удивленно развела руками Евдокия. – А ты себе чего там навыдумывала? С чего решила, что связавшись с перевертнем, деток человеческих нарожаешь? Вот тебе привет пламенный и память от Якимушки твоего ненаглядного. Чего не так-то? Сама под пса легла, щенков и получила. Чего слезы то лить? – огрызнулась Евдокия.
Рая лишь молча отвернула голову и стала глотать слезы.
- Да не переживай ты так, горемычная! – сжалилась Евдокия. Дети то твои не всегда кутятами будут. Поговори с ними ласково, пошепчи на ушко и станут они как дети людские. От тебя все зависит, женщина. Как попросишь, так и обернется. А я подсоблю коли надо. Коли помощи моей захочешь.
Только вот Рае не то, что говорить с кутятами не хотелось, ей смотреть на них тошно было. И решила в тот момент Рая, что проще умереть, чем вытерпеть все это.
А Евдокия, что ж? Она страдания Раи понимала да желание исполнила. Дала ей ведьма травок, горемычная и заснула. Заснула и больше не проснулась. Как хотела, так и случилось. Сама так попросила.
А у Евдокии, работа такая. Она людям помогала. Все, что попросят в мыслях или на словах, то ведьма и делала.
Прошло несколько дней…. Евдокия сидела на завалинке, а на коленях у нее сопели, поскуливая во сне, завернутые в шерстяные платки два дрожащих клубочка, сучка и кобелек.
- Этих, Кузьма, не надо разлучать, а то все как в прошлый раз выйдет. – строго предупредила Ведьма. – Ты давай дом им ищи да побогаче, чтоб двоих взяли и воспитали как следует.
Кузьма усатый понимающе кивнул, взял корзинку, в которой мирно спали щенки и пошел в сторону деревни.
- Эх, судьба то судьбинушка…… Не даром в народе говорят: "Как собака родился, как собака и сдохнешь" … Эххх! – пустила скупую слезу Евдокия, быстро смахнув её костлявым пальцем.
По пути, огромный огненной - рыжий кот постепенно превращался в высокого статного мужчину, одетого в ярко-красный фрак. А из корзинки, вместо щенячьего поскуливая стало доносится всхлипывание человеческих младенчиков.
- Эх…. Вот ведь как оно в жизни бывает… - посетовала Евдокия сидя у открытого окна поглаживая ворону по чёрным блестящим перьям. – Любовь вон у них все. Любовь! А какая же это любовь, если они память той любви хранить не желают и стыдятся её так, что умереть готовы? Что ж это за любовь получается? А?
- КаррррКарро!!! – громко каркнув, Клара понимающе кивнула.
- Вот и я так думаю. Нет её любви то! Все люди себе придумали! – полностью согласилась с вороной Евдокия.
Клара то она умная! Двести лет как на свете белом живёт, все знает, всякое видела! Поэтому Евдокия всегда с ней советуется…