Карьера Вальтера в СС – он вступил в военизированные формирования НСДАП практически одновременно со вступлением в саму партию (номер в СС 124817) объясняется не только его личными интеллектуальными способностями, так резко контрастирующими с, мягко выражаясь, средним уровнем его коллег по партии, но и личными отношениями с рейхсфюререром СС Генрихом Гиммлером: однажды Шелленберг спас ему жизнь, дёрнув за руку, когда тот неосторожно прислонился к двери самолёта.
Уже через шесть лет после вступления в партию и СС В. Шелленберг удостоился Железного креста I степени (высшей наградой фашистской Германии, соответствующей званию Героя Советского Союза в СССР) и личного приглашения Адольфа Гитлера на званый ужин в рейхсканцелярию. Столь высоко была оценена операция Шелленберга по вскрытию методов работы секретных служб Великобритании, их взаимодействия со спецслужбами Нидерландов, связей с оппозицией в Германии.
Накануне Великой Отечественной войны Вальтер Шелленберг под чужим именем побывал в СССР. Советской разведке об этом стало известно из донесения своего агента Герхарда Кегеля, работавшего заместителем заведующего отделом торговой политики посольства Германии в СССР, члена компартии Германии с 1931 г. Вот как описывает визит В. Шелленберга в СССР Теодор Гладков: «В Москву под видом представителя химической промышленности Германии приехал странный человек, явно ничего в химии не смыслящий. Он был весьма молод, но почему-то все посольские «шишки» относились к нему с чрезвычайным почтением. Однажды после ужина с обильными возлияниями в ресторане «Националь» в узком кругу сотрудников этот «химик» разоткровенничался и сообщил, что война Германии против СССР начнется в ближайшее время, даже показал на карте исходные позиции немецкой армии и главные направления намечающихся ударов. От него Кегель впервые услышал выражение: «Наша цель - выйти на линию Архангельск-Астрахань».
Настоящее имя этого эрудированного господина было Вальтер Шелленберг, сотрудник AMT-IV в РСХА, более известного как гестапо. Тогда он имел чин оберштурмбанфюрера СС, но в день нападения Германии на Советский Союз стал шефом AMT-IV в РСХА, то есть внешней разведки всемогущей эсэсовской службы безопасности — СД».
Скептически настроенный читатель, конечно, скажет: ну, развязался язык у юного 29-летнего подполковника в ресторане, сумел берлинского гостя правильно понять наш агент в посольстве, вовремя доложить начальству – честь ему и хвала. Может ли этот эпизод служить доказательством начала работы В. Шелленберга на советскую разведку? Этот эпизод, безусловно, не может. Но питерский журналист Григорий Набойщиков раскопал факт контакта Вальтера Шелленберга во время данного визита в СССР с будущим Героем Советского Союза, одним из немногих советских разведчиков, чье имя было рассекречено уже в первые послевоенные годы, - Николаем Ивановичем Кузнецовым, известным в узких кругах в то время как агент под оперативным псевдонимом «Колонист».
Еще один контакт В. Шелленберга с советской разведкой относится к осени 1942 года. Из воспоминаний Вальтера Шелленберга: «В мае 1942 года Гиммлер взял на себя координацию мероприятий по проведению операции «Красная капелла»... В июне 1942 года он приказал нам с Мюллером прибыть в Ставку ... с подробным докладом о деятельности «Красной капеллы». «Красная капелла» - русская шпионская сеть, действовавшая на всей территории, находившейся в то время под властью Германии, а также в тех странах, которые пока оставались нейтральными. Эта сеть, в распоряжении которой было много нелегальных коротковолновых радиостанций, развернула свою деятельность от Норвегии до Пиренеев, от Атлантического океана до Одера, от Северного моря до Средиземного... Главный агент в Бельгии, работавший под кличкой «Кент», оставался необнаруженным. Только благодаря неустанной работе наших агентов нам удалось напасть на след Кента в Брюсселе»... ».
В. Шелленберг лично участвовал в охоте на Кента, его аресте и работе с ним: «Охота длилась четыре месяца, наконец, нам удалось напасть на след «Кента» в Марселе. Роковой для него оказалась связь с одной венгеркой. У них была маленькая дочь, и Кент всем своим существом был привязан к этой женщине и ребенку. Установив местонахождение квартиры женщины, мы могли с уверенностью рассчитывать на то, что он появится там. Нам не пришлось долго ждать — «Кент» вскоре появился и был арестован. Так как он готов был пожертвовать всем ради женщины и ребенка, он предоставил себя в наше распоряжение. Теперь мы могли перевербовать главного радиста «Красной капеллы» и впервые выйти на связь с центром в Москве. Несколько месяцев подряд нам удавалось таким образом сообщать русской разведке важную дезинформацию, в результате чего противник был введен в заблуждение. Над составлением дезинформирующих сведений работала созданная и руководимая Мюллером специальная группа, с которой мне, однако, с конца 1943 года пришлось бороться всеми средствами».
Бывший шеф политической разведки в своих воспоминаниях допустил лишь две неточности: Марта, подруга Кента, не была венгеркой – она дочь известного немецкого миллионера Зингера, а венгерская фамилия Барча досталась от умершего мужа, у Кента и Марты был сын, а не дочь.
Следите за моими дальнейшими публикациями и не забывайте подписываться на мой канал в Дзене!
Внимание! Статья основана на материалах открытого доступа в информационно-коммуникативной сети «Интернет» и не претендует на историческую ценность.