Пять лет назад нижегородцы только знакомились с новым претендентом на губернаторскую должность, и хорошее впечатление производило то, что он старается вовлечь в обсуждение стратегии развития региона как можно большее число людей (хотя эти мероприятия носили, как правило, формальный характер, но площадки для обсуждения были, мнения людей высказывались и публиковались). Это имело значение как собственно для создания планов развития территории, так и для поддержки избирателей.
Сегодня же, когда репутация Глеба Никитина в регионе достаточно прочная, о последней составляющей Стратегии 2.0 он может не беспокоиться: если будут выборы, его выберут безо всяких проблем. А вот вовлечение людей в обсуждение имеющихся проблем всегда полезно, даже если такая работа носит отчасти имитационный и пропагандистский характер, а ключевые решения принимаются без особой оглядки на мнение населения. Если у людей создается впечатление, что к ним прислушиваются, что от них что-то зависит, – для самих людей и для социального самочувствия общества это только на пользу.
Другое дело, что вопросы, которые ставятся в программах, подобных Стратегии развития Нижегородской области, с одной стороны, не могут не носить стратегического, долгосрочного характера. С другой стороны, все прекрасно понимают, что реализация поставленных задач натолкнется на такие обстоятельства, которые при составлении программы предвидеть сложно, или просто невозможно («гладко было на бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить»).
Но даже если ты понимаешь, что воплощение программ натолкнется на сложности и непредвиденные обстоятельства, то все равно жить без программ и без планов хуже, чем с программами и планами, которые приходится потом корректировать.
В новых условиях, в которых мы все оказались, развитие любого региона, в том числе такого достаточно сильного, как Нижегородская область, происходит с учетом обстоятельств, которые возникли за последние два года. Насколько их учтут составители Стратегии? Не знаю, в какой мере их вообще можно учесть. Скорее можно строить какие-то планы, в которых ты выражаешь желание развивать информационные технологии, инфраструктуру, выявлять приоритеты при развитии разных направлений.
И очень хорошо, когда происходит сочетание региональной и федеральной компоненты. Основные ресурсы на реализацию крупных проектов давала и будет давать федеральная власть. В какой мере регион может проявлять самостоятельность и инициативы в выборе приоритетов и направлении ресурсов на реализацию этих целей? Это зависит, в первую очередь, от того, будут ли поддержаны в Москве эти приоритеты и цели и будут ли выделены на них ресурсы.
Степень самостоятельности региональных лидеров (я говорю о подавляющем большинстве регионов) очень невелика. Тем не менее, выстраивать программы и отношения с центром необходимо. Мне кажется, что наш губернатор в этом плане все делает правильно, и то, что здесь больше имитации, чем реальности, не так уж и страшно. Наверное, в наших условиях иначе и быть не может. В любом случае, если люди вовлекаются в обсуждение проблем региона, это хорошо.
Хотелось бы пожелать, чтобы имитации было поменьше, а реального наполнения побольше, то есть, чтобы к людям действительно больше прислушивались, хотя это процесс небезопасный – мнения у людей разные, не всегда они обоснованы. Прислушиваться надо, но выполнять нужно не все. И не только потому, что они иногда высказывают глупость, а и потому, что ресурсов на все не хватит. Нужно соразмерять желания и возможности.
Но контакт власти с населением – это то, о чем власть должна думать все время. Какие бы формы эти контакты не принимали, общественный диалог необходим. Поэтому я могу только поддержать усилия областной власти по формированию новой Стратегии развития Нижегородской области.
Александр Мазин, профессор НИУ РАНХиГС